Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин

разобраться в этом загадочном явлении, еще более Глубинном государстве, стоит сравнить первый срок Трампа, Трампа как 45 президента США – Трампа 1.0, и Трампа как 47 президента – Трампа 2.0. Поддержка американских обывателей была тоже довольно высокой, вокруг Трампа 1.0 сплотились все консервативные силы, палеоконсерваторы. При этом администрация была собрана в основном из представителей того же Глубинного государства – из глобалистов неоконов и невразумительных республиканцев, которых сегодняшние трамписты называют RINO, сокращенно от Republican In Name Only (Республиканец Только По Названию), что напоминает уничижительное rhino (носорог). Идеология же была на скорую руку составлена из набора разношерстных теорий заговора – иногда весьма проницательных, но чаще всего довольно абсурдных. Все это нашло выражение в движении QAnon, названного по имени анонимного блогера под ником Q, излагавшего эти странные теории и активно поддерживавшего Трампа, даже предсказавшего его победу на выборах в 2016 году. Трамп был и тогда удачным и харизматичным популистом, ворвавшимся в Белый дом вопреки всем законам и правилам на волне народного разочарования в глобалистах и либералах. Но у него не было идеологии, был какой-то ее эрзац.

И вот ко второму сроку эта идеология появилась. Ее ядро оставалось популистским и либертарианским. Нечто подобное было и раньше: уменьшение количества членов правительства, сокращение социальных выплат, отказ от гендерной политики и либеральной ценуры, борьба с нелегальной иммиграцией и т. д. Наиболее последовательно этот полюс представлен Стивом Бэнноном, который был советником по национальной безопасности Трампа во время его первого срока. Но теперь эта система консервативно-популистских и довольно националистических взглядов была очень четко сформулирована, что нашло свое отражение в отдельном документе – «Проект 2025».

Но едва ли такие положения могли отражать настоящую позицию того, что можно считать Глубинным государством и тем более еще более глубинным. Это тот же американский набор ценностей и установок, только взятый на предыдущей фазе. Он не может быть настоящим проектом альтернативного будущего, даже отдаленно сопоставимым с идеологий либерал-глобалистов, которая и была воплощена в Глубинном государстве.

Глубинное государство в США до определенного момента рассматривало чередование демократических и республиканских администраций как смену фасада одной и той же системы. И едва ли нечто по-настоящему глубинное могло внезапно отдать предпочтение предыдущей американской эпохе и ее условиям и приоритетам в ущерб более «прогрессивному» и «продвинутому» варианту. Значит, следы еще более глубинного государства надо искать где-то в других сферах.

Магнаты Силиконовой долины и правый акселерационизм

И здесь на помощь приходит то принципиальное новое, чего и близко не было в раннем трапмизме. На сей раз, в выборах 2024 года, Трампа поддержали ключевые фигуры из Силиконовой долины, олигархи и технократы, ранее традиционно ассоциировавшиеся исключительно с Демократической партией. Эта группа полностью увлечена процессом акселерации времени, откуда появился особый термин и соответствующая ему философия – акселерационизм. Сторонники акселерационизма считают, что бытие сосредоточено только во времени, и ускоряя время, разгоняя технический прогресс и особенно сферу социальных сетей и искусственного интеллекта, можно добиться перехода человечества на качественно новый уровень. Фактически это рывок к постчеловечечеству или к сверхчеловечеству.

Но в какой-то момент аскелерационисты Силиконовой долины разделились на два течения – на левых акселерационистов (left acc) и правых акселерационистов (right acc). Первые считали, что технологический прогресс естественно сочетается с леволиберальной повесткой и были безусловными противниками консерватизма и популизма. Но вот вторые выдвинули еще пару десятилетий назад довольно парадоксальный тезис о том, что технический прогресс и акселерационизм вообще не зависит от того, какая идеология царит в обществе. Или еще более радикально: либеральная идеология, с ее непоколебимыми установками, гендерной политикой, woke, DEI, культурой отмены, цензурой, стиранием границ, неконтролируемой миграцией, в настоящее время препятствует развитию – не только не ускоряет время, но тормозит его. Интеллектуалы этого направления – Кертис Ярвин, Ник Лэнд – сформулировали теорию «Темного Просвещения», согласно которой, чтобы бы вступить в будущее, необходимо отбросить предрассудки гуманизма и обычного Просвещения, и напротив, обратиться к традиционным институтам, таким как монархия, сословное общество, касты, закрытые системы, это гораздо больше будет содействовать техническому прогрессу.

Важно, что эту идею активно поддержали отдельные олигархи и прежде всего Питер Тиль, создатель системы paypall, Palantir и других успешных проектов, и Илон Маск. Техногиганты проникли глубоко в американский истеблишмент, поскольку контролировали критически важные технологии для слежения, сетей и электронной разведки. Они же существенно продвинулись в инженерном развитии, примером чему являются комические успехи того же Маска.

Так, именно в Силиконовой долине сложилась особое направление, иногда называемое «тилизмом» – по имени Питера Тиля. Правые акселерационисты представляли собой сплоченную группу таких могущественных олигархов, которые в какой-то момент почувствовали себя достаточно сильными, чтобы воплотить идеи «Темного Просвещения» в американской политике. Моя гипотеза заключается в том, что это теневое явление и составило основу еще более глубинного государства. Они не столько правые консерваторы, сколько идеологические противники левого либерализма и глобализма. Более того, согласно их теории, успешное техническое развитие и решающий рывок к новым технологиям и новому типу бытия возможны только в относительно закрытых социо-политических и культурных системах, воспроизводящих на новом витке феодально-монархические формы организации общества.

Тиль сам довольно рано примкнул к Трампу, создав внутренний круг, куда вошли члены семьи Трампа, а также ряд перспективных республиканских политиков, в частности Джей Ди Вэнс. Системы Palantir стали необходимой частью ежедневной практики ЦРУ и других американских спецслужб, и среди них «Темное Просвещение» постепенно вербовало своих сторонников. При этом популизм и национализм был осознанно выбран ими как массовое прикрытие для своих авангардных и отчасти зловещих идей.

Электоральное ядро было необходимо, но при этом его одного не хватало для победы. Тогда правые акселерационисты решили использовать социальные сети, что и вылилось в покупку Илоном Маском Twitter. И Маск же стал символом второго полюса трампизма, которое получило название Tech Right (техно-правые), тогда как популисты стали обозначаться техническим термином Trad Right (традиционные правые). Именно активное участие Tech Right и привлечение к Трампу молодежи через социальные сети и иные высокотехнологические инструменты влияния и обеспечило ему победу. В этой же среде был разработан и «Проект 2025». А сами тилисты и отобранные ими кандидатуры получили высокие посты в новой администрации. Вэнс и Маск у всех на виду, но это только вершина айсберга. Множество фигур этой группы заняли ключевые посты на разных уровнях администрации. В частности, Рассел Воут, который обнародовал «Проект 2025», занял должность директора Департамента по бюджету и управлению.

Правый акселерационизм встал на путь ликвидации либерального и глобалистского Глубинного государства, но не со стороны обычных консервативных