Матабар X - Кирилл Сергеевич Клеванский

— Такова была сделка, которую мы заключили задолго до того, как все случилось, — ответила призрачная копия легендарного мага. — Арор обещал мне возможность погрузиться в самые сокровенные тайны искусства в обмен на мои знания. И он сдержал свое слово. Как и положено всем подданным Королев.

Мираж обвел свою лабораторию… нет, скорее — темницу, немного печальным взглядом.

— Он привел меня сюда и запер. Как-то зачаровал мой разум, чтобы я больше не мог чувствовать поступь времени, — мираж говорил спокойным, сухим тоном. — Дни, месяцы, годы, десятилетия, целые века слились для меня в монотонные часы. Я не помнил ни себя, ни своего дома, ничего из того, что могло бы помешать мне в исследованиях.

Ардан отшатнулся и крепче сжал посох. Он знал, что Арор не был святым. Знал, что прадедушка успел совершить за свою жизнь множество ошибок, но…

— Порой он приходил ко мне, — продолжал мираж. — Делился своими мыслями или новостями внешнего мира. Я ведь все равно не мог ни с кем поделиться. Да и даже почти не осознавал того, что он мне говорит. Но Арор приходил… потом забирал мои исследования и снова уходил. И так, пока, наконец, мое тело не подарило мне свободу. И только когда мой разум начал разрушаться, то стали слабеть и его чары. Понимаешь?

Ардан кивнул.

— Слишком хаотичная трансформация параметров, — едва слышно прошептал Ардан. — Ни одна целостная структура не выдержит столько беспорядочных изменений в условиях. Правильно?

— Тень моего разума крайне ограничена, кровь Арора. Выбирай вопросы правильно, — повторил мираж, затем несколько раз мигнул и вернулся в прежнее русло разговора. — Последние недели своей жизни я потратил на создание этого миража. Понимаешь, зачем?

Ардан снова кивнул.

— Ты хотел отомстить, — медленно произнес юноша. — Отомстить Арору. Ты действительно создал из своей темницы ловушку.

— Все верно, — не стал отрицать мираж. — В отличие от подданных Королев, я не стал добавлять в нее никакой спасительной лазейки. И за те века, что я провел над изучением тайн магии… что же, кровь Арора, знай, что даже Хозяин Звездного Пламени не ушел бы невредимым. Да, может быть, я его не убил бы, но он бы страдал. Долго и мучительно.

Мысли в голове Ардана обернулись сверкающими искрами — с такой скоростью они мелькали одна за другой.

— Остальные из отряда Мендеры, что случилось с твоими товарищами?

— Арор их убил, — тут же ответил мираж. — Всех до единого. Реми, Басхаг, Крам, Марсель, Эстеньен, Ивар, Степняк. Он выследил каждого и прикончил. Просто не мог позволить себе рисковать тем, что Герцог как-то сможет повлиять на нас.

Сердце Ардана пропустило удар. Дедушка… Теперь Арди знал, почему легендарные герои Войны Рождения Империи затерялись на страницах истории. И теперь стало понятно, почему в книге Николаса смешались события из разных времен. Просто потому, что так проявлялись слабеющие чары Арора. Те мысли и новости, которыми тот делился с Николасом, потихоньку вместе с чернилами протекали на страницы.

Оставался последний вопрос:

— Если… если ты хотел отомстить Арору, то… — Ардан положил ладонь на свой гримуар, будто имел хоть какие-то шансы против пусть и мертвого, но Николаса, который и открыл ему двери в мир Звездной магии. — То почему я все еще жив?

Мираж исчез и появился около иллюзии окна, расположенной позади его стола.

— Горящий дом. Кричащий юноша. И старик, пронзивший свое сердце мечом, который он же и выковал, — произнесла тень Николаса, заставляя Арда сделать несколько шагов назад. — Я так часто видел этот сон, что путал его с реальностью. Никто не властен над временем и не способен видеть будущее, потому что будущее лишь бесконечный набор вечно меняющихся параметров, кровь Арора. Но даже так, возможно, среди множества параметров есть самый статистически вероятный. И если так, то… Арор любил тебя. Возможно, лишь когда ты появился на свет, Арор в принципе вспомнил, зачем ему сердце. Впервые с момента, как похоронил жену… Так что зачем мне твоя смерть?

Мираж повернулся к нему и улыбнулся. Так, как, пожалуй, улыбнулся бы хищник в лицо жертве, которую готов вот-вот растерзать.

— Ведь ты будешь страдать, ребенок с именем Ард. И я омою твоими страданиями могилы моих соратников. Потому что ничто не причинит, даже после смерти, Арору такой боли, как твоя. А теперь ступай, кровь Арора. Мне радостно от мысли, что ты не успеешь, когда…

* * *

Ардан хлопнул ладонью по стене, на которой все еще белел след от старого зеркала.

— Не успею? — прорычал он. — Не успею что именно⁈

Но камень оставался все так же нем к его вопросам.

— Арди? — встрепенулась стоявшая рядом Тесс. — Тебе не кажется, что башню немного трясет?

Ардан посмотрел на жену, все так же державшую его под локоть, а затем резко перевел взгляд на наручные часы. Прошло десять минут с тех пор, как они вошли в этот зал. И можно было бы подумать, что все, что Арди видел, происходило лишь внутри его разума, если бы не след на ладони, оставшийся от острого парапета.

— Арди, — снова позвала Тесс, прижимаясь к нему боком. — Ее действительнотрясет.

Ард встрепенулся и почувствовал легкие, ритмичные толчки, отдававшиеся через пол в ноги и поднимавшиеся все выше и выше по его собственному телу.

— Не переживайте! — увещевал ученый. — Из-за особенностей местного грунта башню порой потряхивает. Но обычно не происходит ничего…

Буквально под самый конец его успокаивающей реплики с потолка в паре метров от дородного господина хлопнулся кусок каменной кладки. Разлетевшись на десятки мелких осколков, он оцарапал несколько взвизгнувших девушек и экскурсовода, взвизгнувшего в ничуть не менее пронзительной манере.

— … серьезного.

Несколько мгновений, в полной тишине, ученый и господа разглядывали друг друга, пока башня не заходила ходуном и на головы не посыпались ручейки песка.

— Бежим! — взревело одновременно сразу несколько голосов, и все бросились в обратном направлении.

Ардан, вручив Тесс в руки свой посох, подхватил жену на руки и, буквально размазываясь в пространстве, бросился к выходу.

* * *

Они стояли вдвоем поодаль от раскопа, внутри которого суетились десятки ученых. Они бегали, что-то кричали, порой тыкали друг в друга пальцами. Некоторые и вовсе буквально