Лекарь из Пустоты. Книга 13 - Александр Майерс

Денисов повернулся к нам.

— Господин Некрасов, ваша позиция?

Вячеслав Андреевич встал, одёрнул пиджак и твёрдым голосом заявил:

— Ваша честь, мы категорически отрицаем все претензии истца! Но прежде чем мы сможем обосновать свою позицию, ходатайствую о переносе заседания. Стороне ответчика необходимо время на изучение дополнительных материалов. Объём бумаг, который только что передали суду, значительно превышает то, что было заявлено в предварительных материалах. Мы ходатайствуем об отложении заседания для подготовки полноценной защиты.

Денисов потёр подбородок и посмотрел на адвоката обвинения.

— Господин Коршунов, когда пакет документов был передан суду?

— Три дня назад, ваша честь.

— Господин Некрасов, у вашей стороны было достаточно времени для ознакомления, — судья перевёл взгляд на Вячеслава.

— Но мы не получили никакого уведомления.

— Правда? Одну минуту.

Денисов подал знак секретарю. Тот подошёл, они о чём-то пошептались, после чего секретарь отыскал в материалах дела какую-то бумажку и протянул судье.

— Согласно этому документу, уведомление было направлено в электронном виде. Если вы его пропустили — это проблема не суда. Ходатайство об отложении отклонено, — заявил граф и стукнул молотком.

Некрасов скрипнул зубами и сказал:

— В таком случае, ваша честь, мы вынуждены изучить новые материалы здесь и сейчас.

— Пожалуйста. Но учтите, что время заседания ограничено. Суд объявляет перерыв на три часа. После перерыва продолжим.

Денисов снова ударил молотком, поднялся и вышел. Коршунов с победоносной улыбкой взглянул на нас. Помощники за спиной карикатурно скалились.

Выбора не было. Мы расположились в комнате для совещаний, которую нам выделил суд. Приставы внесли коробки и папки с бумагами, предупредив, что в комнате ведётся артефактное наблюдение, и у нас нет права на снятие копий или пересылку документов.

Я мог бы наложить полог Пустоты, но не стал этого делать. Станет понятно, что я использую магию, даже если они не поймут, какую. В любом случае, на пользу нам это не пойдёт.

Но в случае чего я могу временно заглушить наши слова. Это легко списать на неполадки в работе артефакта. Обнаружить воздействие Пустоты никто не сможет.

— Это издевательство, — пробормотал Некрасов, открывая первую папку. — Они специально вывалили всё сразу на заседании, чтобы мы не успели разобраться!

Мы с ним переглянулись и поняли друг друга без слов. Действия Коршунова были понятны, это довольно стандартный приём для затягивания дела. Сторона вываливает кучу дополнительных материалов, и оппоненты вынуждены ходатайствовать о переносе заседания.

Но в этот раз судья отказал. Что означало — он играет на стороне Аристова.

— Не будем тратить время на жалобы. За работу, — я сел рядом и придвинул к себе стопку бумаг.

С нами были ещё двое помощников Некрасова. Они тоже взяли по папке и принялись за работу.

Первые полчаса прошли в полной тишине.

Документы выглядели качественно. Подписи, печати, номера счетов — всё было на месте. Если не знать, что это подделка, отличить от настоящих бумаг было бы крайне сложно.

К тому же подделки были грамотно перемешаны с настоящими — ведь Аристов действительно помогал нам в процессе строительства. Договаривался с поставщиками стройматериалов и подрядчиками о скидках, помогал согласовывать различные действия с чиновниками.

Мы подозревали, что здесь у него тоже есть выгода. Оказалось, что так и есть — часть подрядчиков опосредованно принадлежали роду князя.

В глазах скоро стало рябить от цифр и букв. Недосып тоже сказывался, но я заставил себя сосредоточиться и продолжал внимательно изучать бумаги.

Некрасов и его помощники отыскали несколько неточностей в актах приёма-передачи услуг и парочку документов, оформленных с ошибками — но это были мелочи, которые никак не помогут нам выиграть дело.

Я достал из папки очередную накладную. Это была накладная о поставке партии реагентов от немецкого поставщика «Штальберг унд Кёниг». Крупная партия, на несколько миллионов.

Что-то в этой накладной меня зацепило. Я перечитал её внимательнее. Мы действительно заказывали реагенты у этого поставщика — немцы славились качеством алхимического сырья, и Баум давно с ними сотрудничал.

Дата поставки — июль…

Я нахмурился.

В июле в Германии состоялась масштабная забастовка алхимических производств. Я слышал об этом, потому что тогда нам пришлось искать альтернативных поставщиков — «Штальберг» не мог отгружать продукцию. Их рабочие бастовали почти весь месяц.

— Вячеслав Андреевич, взгляните, — я протянул ему накладную и объяснил, что меня смутило.

Некрасов быстро прочитал документ, и его глаза загорелись.

— Если «Штальберг» не работал в июле, эта накладная — фальшивка! И мы легко сможем это доказать!

Он тут же достал телефон и начал кому-то звонить. Один из его помощников открыл ноутбук и начала проверять информацию в открытых источниках.

Ещё через пятнадцать минут у нас было подтверждение.

— Вот, — помощник развернул экран ко мне. — Новостная статья от третьего июля. «Штальберг унд Кёниг» объявляет о временной остановке производства в связи с забастовкой работников. Предприятие не отгружало продукцию с десятого по двадцать восьмое число.

— Отлично! — Некрасов удовлетворённо кивнул. — А по накладной отгрузка произошла двенадцатого июля. Значит, партия физически не могла быть отгружена. А если накладная поддельная, то и все связанные с ней финансовые документы — поддельные.

— Это подрывает доверие ко всему пакету, — добавил я. — Потому что если одна бумага фальшивая, суд должен усомниться и в остальных.

Помощники принялись искать связанные с этой накладной документы. А мы с Вячеславом до конца перерыва сумели отыскать ещё несколько бумаг, которые вызывали сомнение — не такие сильные, как накладная «Штальберга», но всё-таки.

В дверь постучали, и вошёл судебный пристав.

— Господа, перерыв окончен. Судья просит стороны вернуться в зал.

Когда мы вошли, Коршунов сидел на своём месте, вальяжно закинув ногу на ногу. Он выглядел так, будто нисколько не сомневался в победе.

Денисов занял своё место и несильно стукнул молотком по подставке.

— Заседание объявляется открытым. Господин Некрасов, вы ознакомились с материалами?

— Частично, ваша честь. Но мы обнаружили критически важное обстоятельство, которое ставит под сомнение весь пакет документов, предоставленных истцом.

— Прошу представить доказательства, — скучающим тоном произнёс судья.

Некрасов передал через пристава собранные нами документы, а затем вышел к трибуне и начал объяснять:

— Ваша честь, перед вами накладная о поставке партии катализаторов от компании «Штальберг унд Кёниг», датированная двенадцатым июля. Однако предприятие в указанный период не работало. Из-за забастовки рабочих производство было полностью остановлено.

Вячеслав Андреевич передал судье распечатку новостной статьи.

—