Статус: Клинок Системы - Андрей Мельник

вы можете сделать во имя защиты крепости, Домена и всех людей, — взять себя в руки, отправить гонца к Болдуру и передать ему мои слова: прошу вернуться в крепость как можно скорее, потому как перед тем, как начнутся переговоры, необходимо провести Совет Архонтов Домена. Я не думаю, что ваши пытки старика, чудом вырвавшегося из плена, на глазах у его сына, которого признают представителем Домена и орки, и дракониды, хоть чем-то поможет.

Лявонт выслушал меня, улыбнулся и рассмеялся:

— Так вы сын? Ну, это в корне меняет дело! Однако очень занятно слышать от вас, неожиданно свалившихся на нашу голову, что от вас и вашего отца зависит безопасность Домена и его будущее. Это так забавно. Рассказал бы всему гарнизону в тридцать пять тысяч бойцов, вооружённых огнестрелом, мечами и магией, да только времени жалко на подобный бред. Кто вообще поверит в такую чушь?

— Болдур поверит, — коротко бросил я.

— Архонт Болдур сейчас занят делами крепости за пределами города. Когда вернётся, вы получите свою аудиенцию. Если не дадите мне повода вздёрнуть вас на виселице. А до тех пор советую не испытывать моё терпение и не пудрить мне мозги. С вами мы тоже поговорим и покажем, какого гостеприимства заслуживают перешедшие на сторону орков шпионы. Уведите их!

«А, так пытки откладываются? Ну, тогда и я подожду… Разведку проведу» — перехватил я рукой тлеющий кусок верёвки.

Лявонт развернулся, махнул конвойным, и нас увели обратно в камеру. За десять следующих минут, благодаря Алисе, я узнал всё устройство места нашего заточения. Эти комнаты могли бы быть хранилищем чего-нибудь, но из-за высокой влажности и сырости всё добро здесь будет гнить. Поэтому они и переделали их под тюрьму.

Полчаса спустя я уже имел чёткое представление о том, что мы будем делать, если ситуация дойдёт до абсурда. Через час мой план, благодаря Алисе, знал весь отряд.

За нами не спешили, но и покормить нас даже не удосужились. Оружие и кольца с нас сняли, броню и доспехи тоже. В глазах вооружённых огнестрелом стражников мы были практически обречены, но это давало нам огромное преимущество.

Прошло ещё несколько часов. Я сидел, прикрыв глаза, и общался с Алисой…

«Что наверху?»

«Обычная жизнь в крепости: караулы, патрули, ужин в казармах. Никакого переполоха. Нас бросили сюда и, похоже, забыли. Лявонт ушёл в резиденцию и не возвращался».

«Хорошо. Пока ждём».

Как оказалось, о нас не забыли. Просто истязателей в крепости было не очень много. Профессионал всего один, а самоучек он решил не отправлять к нам, хотя желающих хватало. Садисты бестолковые… Впрочем, эта задержка казалась мне возможностью, так что мы спокойно ждали.

На каменных скамейках мы провели целую ночь, выслушивая насмешливые комментарии стражников, и только под утро началось то, чего я больше всего опасался… Какой-то мужик притащил в одно из свободных помещений для допроса все свои инструменты для работы. Через Алису я каждому из соратников передал, чтобы они готовились.

Послышался лязг замков и шагов по коридору. Прибыл конвой из четверых солдат.

Они прошли мимо нашей камеры и остановились у двери, за которой сидели Мэд, Вася, Брячедум и Зиркс. Открыли замок и вошли.

— Он просил привести кого-то на разминку. Давай начнём с этих, — донёсся голос одного из солдат. — Надо выяснить, откуда у них орочьи варги и столько богатств.

Я подошёл к двери с окошком и достал из «Длани Владыки» парные кинжалы.

— Слышьте, чумазые… — позвал я их. — Там среди моих вещей было тяжёлое кавалерийское копьё орков, видели?

Стражники заинтересованно подошли к нашей камере.

— Может, и видели, а что? — поинтересовался один из них.

— Скажите Лявонту, что я с радостью познакомлю его, любителя пыток, с техникой колосажания. Прямо на это копьё. На главной площади, разумеется.

Стражники заржали все как один — и смеялись бы в истерическом хохоте ещё долго, если бы не брошенный мной кинжал. Мгновение — и я у них за спиной. И мне даже не нужны техники для оценки моих противников, чтобы понять: слабаки.

Пять секунд, четыре удара, четыре скрюченных тела передо мной. Огнестрел — какой-то обрез — был лишь у одного. Забрал от греха подальше. Прям вырвал, ломая пальцы.

Забрал у него же связку ключей, открыл дверь в свою камеру и остальные, пока вдали был слышен топот стражников, откликнувшихся на болезненные крики отправленных в нокаут коллег.

— Захватываем подземелье, баррикадируем, стражников не убиваем — делаем пленниками, возобновляем переговоры, — бросил я Ратмиру, который уже подобрал меч упавшего стражника.

— Узнаю старую добрую дипломатию Лисоглядова! — с улыбкой произнесла Герда.

— Что, каждый раз так? — с удивлением произнёс мой отец.

— Сегодня он сама душечка. Обычно реки крови льются, — поддакнул Герде Вася.

Коридор подземелья был узким и длинным, с ответвлениями к камерам. Я двигался быстро, вырубая стражников одного за другим, телепортацией меняя позиции. Призвал щит, чтобы случайный выстрел и «пуля-дура» не наделали бед.

Наш побег оценили и другие заключённые, но, когда я не стал их освобождать, радостные визги и свист перешли на гул, и какая-то сволочь заорала в выходящее на поверхность маленькое окно: у нас тут побег.

Герда, войдя в камеру, быстро успокоила этого крикуна и что-то ему сломала. Как минимум — челюсть. Как максимум… Не хочу даже представлять.

Вырубая немногочисленную стражу, отбирая их оружие и ключи меньше чем за минуту, мы добрались до главного помещения стражников. Ещё через минуту от Мэда отправился на стол дознания сам дознаватель, который предварительно получил от него терапевтические удары в бубен, сломавшие тому нос. Цепями мы пристегнули его к кушетке, чтобы не двигался, кляп во рту заглушил болезненный ор.

Через три минуты мы уже квасили носы наружной страже, что вбегала в темницу. Пока одни члены отряда демонстрировали разницу между рядовым стражником и элитным авантюристом, другие закрывали двери и выстраивали баррикады. Наружу бежать отсюда смысла ноль. А вот взять бывших пленителей в заложники и добиться появления Болдура — вполне нормальная тактика.

Мы быстро организовали оборону. Стражников, лежавших без сознания, перенесли в дальние камеры и заперли. Других заключённых мы трогать не стали, оставили их в своих камерах. Воры, дезертиры и пьяный купец — не наши проблемы.

Прошлись по этому миниатюрному подземелью, блокируя все резервные входы и выходы. Таких здесь оказалось сразу четыре.

— Тайные ходы… — Я посмотрел на Машу: — Проверь каждый угол. Старые крепости всегда имеют лазейки, о которых знают не все. Может, мы с Алисой чего-то не заметили.

Маша молча скользнула в полумрак коридоров. Через двадцать