На острие скальпеля - Одри Блейк

Однако правда ясно читалась на разъяренном лице Гарри. Дэниел помнил об изнасилованной девушке и о незаконном аборте, узнав о котором Викери сумел подкупить Гарри и угрозами заставить отказаться от первоначального заявления, будто это Тримбл, а не мисс Биди, был рядом с Гибсоном во время печально известной операции по удалению грыжи. Однако Дэниелу и в голову не приходило, что та девушка была для Гарри не просто пациенткой.

Впрочем, сейчас это не имело значения. Если он немедленно не вытащит отсюда Гарри и Хораса…

– Нет, – только и успел он сказать, хватая друга за руку, а скрипучий смех Викери все еще звенел у него в ушах. – Нам пора.

– Именно это я и намеревался сказать, – вступил в перепалку новый голос, холодный и авторитетный. – Джентльмены… – Лорд Эшвелл наконец проснулся и неодобрительно хмурился.

– Простите, милорд. Мы не хотели вас беспокоить. – Викери почтительно поклонился.

– Да уж, совершенно незачем так яростно ссориться. Тут вам не политический клуб, – буркнул лорд Эшвелл, делая знак официантам.

Мускулистая рука Гарри задрожала под хваткой Дэниела, но приближающиеся слуги вынудили Викери отступить на шаг.

– Не все профессионалы – джентльмены… – начал он, с показным достоинством отряхивая жилет, но смолк, потому что его слова оборвал грохот подноса и звон бокалов, которые свалил на пол доктор Крофт, чья трость оглушительно ударилась о стол.

Неестественный взмах руки отвлек взгляд Дэниела от пролитой жидкости и опрокинутого хрусталя. Профессор охнул, и Гибсон инстинктивно подхватил его, не дав рухнуть на пол.

– Где ваше лекарство? – встревожился он, потрясенный тем, как смертельная бледность заливает искаженное гримасой боли лицо наставника.

Не в силах ответить, тот сделал резкий жест левой рукой.

– Что он принимает? – настойчиво допытывался Гарри.

– Дигиталис, – процедил Дэниел сквозь стиснутые зубы, пытаясь ослабить воротник стонущему Хорасу.

– Дигиталис! – крикнул Тримбл, диким взглядом обводя зал клуба, полный врачей и хирургов. – У кого‐нибудь есть?

Вперед выбежал пожилой врач из университетской больницы, на ходу откупоривая черный пузырек, который вытащил из кармана.

– Здесь высокая концентрация. Сперва хватит всего нескольких капель.

Никогда еще у Хораса не было таких сильных и пугающих приступов стенокардии.

– Откройте рот, – велел Дэниел и, стараясь не паниковать, принялся тщательно отсчитывать капли, вереницей падающие на высунутый язык Крофта.

Усидеть не смог никто. Даже древний лорд Эшвелл встревоженно заковылял вперед. Напряженное ожидание сопровождалось неясным бормотанием, а Гибсон с облегчением наблюдал, как у Хораса расслабляются руки и ноги, выравнивается дыхание.

– Вот так. – Позади кресла стоял Гарри. – Кто‐нибудь, принесите скамеечку для ног.

– Да в порядке же я, – заявил наконец Крофт, сердито вытирая рот, а рука, яростно стискивавшая грудь, разжалась. – Перестаньте суетиться, как кучка старух! – Он отстранился от Дэниела и рывком одернул сюртук, не в силах, однако, скрыть тяжелое дыхание. – Мне не нужны от тебя ни насмешки, ни поблажки, Сайлас. Твой идиотизм меня в могилу сведет.

Гарри рассмеялся, не сумев сдержаться. Ему вторили несколько студентов, стоявших сзади. Воспользовавшись тем, что зрители отвлеклись, Гибсон завладел рукой наставника и, несмотря на сопротивление, принялся осматривать кончики пальцев и ногтевые ложа. Порядок: кровь возвращалась на место.

– Вам уже лучше? – спросил врач, давший лекарство.

– Ой, да ладно вам. Мне просто нужно воздухом подышать, – отмахнулся профессор. Не дожидаясь распоряжений, официант принес его пальто и шляпу. Следом другой слуга притащил верхнюю одежду Гибсона и Тримбла. Дэниел понимал их желание побыстрее рассеять толпу. Ему и самому хотелось скорее доставить учителя домой, где можно проверить его рефлексы и прослушать грудную клетку. Он дождался, пока официант помог Хорасу надеть пальто, и только потом взялся за свое. Убедившись, что Крофт способен передвигать ноги, Дэниел с мрачным видом последовал за ним из клуба, остановившись только для того, чтобы поблагодарить врача, который дал дигиталис, хотя попутно пришлось вытерпеть самодовольную улыбку Викери.

– Дэниел, подожди! – Голос Гарри остановил его на лестнице. – Что это было? У профессора все в порядке?

Гибсон изучил тревожные морщинки вокруг глаз Тримбла. А приятель‐то постарел со времен учебы в Сорбонне. Но почему он не признался, что любит спасенную им девушку?

– Приступы стенокардии стали чаще и сильнее, – вздохнул Дэниел.

– Давай я помогу тебе проводить его до дому. Я знаю, он меня ненавидит, и все же, – смелые глаза шотландца смотрели прямо на Гибсона, – мы не можем его потерять.

Благодарный, что еще хоть кто‐то это понимает, Дэниел, пожав плечами, согласился, и друзья вместе вышли на улицу.

Однако Хораса они догнали только через полквартала.

– Ты мне не нужен, Тримбл, – выплюнул наставник, как только они приблизились. Холодные порывы лондонского воздуха наконец‐то остудили пыл Крофта настолько, что он смог заговорить.

– Если приступ повторится, Дэниел не сможет сам дотащить вас до дому, – пояснил Гарри, переводя дыхание.

Хорас оскалился, словно загнанная дворняжка.

– Вы там чуть не передрались, – укорил Дэниел, адресуя упрек обоим. – Ни разу не видел, чтобы Викери был настолько готов к потасовке.

– Я бы только порадовался ей, – проворчал Хорас, отвлекаясь. – Почему ты меня остановил? – спросил он.

– Потому что это был мой первый час покоя за всю неделю, а вы его испортили, – пожал плечами молодой хирург, пытаясь пошутить. – Теперь нам придется тащиться в клуб «Атенеум» и надеяться, что там уже забыли мою прошлогоднюю пьяную выходку.

Хорас покачал головой:

– С Тримблом я никуда не пойду. – Он остановился, глядя прямо перед собой, как будто Гарри здесь не было.

– Простите… – начал шотландец, но Хорас оборвал его проклятием и захромал по тротуару, Дэниел и Гарри последовали за ним.

Гибсон искоса взглянул на бывшего друга.

– Викери сказал правду? Ты женился на девушке, которой сделал ту операцию?

Гарри вздернул подбородок.

– Я женился на Джулии Бьюкенен.

Дэниел порылся в памяти и вздрогнул.

– Бьюкенен? Дочь твоего старого парусного мастера?

Тримбл кивнул.

– Если хочешь поболтать с ним, отправляйся в какой‐нибудь паб, – рявкнул Хорас. – А у меня нет времени обмениваться воспоминаниями с трусливыми предателями. Я иду домой. – Он завернул за угол, его тень в свете фонаря неистово металась из стороны в сторону.

– Встреча с профессором прошла лучше, чем я ожидал, – философски заметил Гарри.

Дэниел мимолетно улыбнулся и понизил голос:

– Я не могу отпустить его одного.

– Конечно. Присматривай за ним и проследи, чтобы он принимал капли, – напутствовал Гарри. – Пусть обязательно носит их с собой.

Гибсон кивнул:

– Теперь уж точно придется. Ему становится хуже.

Удаляясь от них, Хорас все больше терялся в тени, и взгляд Дэниела заметался между наставником и бывшим другом.

– Иди уже, – отпустил его Тримбл. – Поговорим позже, и я все объясню.

Обрадованный обещанием, Дэниел