Терра. Часть 2 - Маргарита Боулес

— Я не знал, что сказать.

Вдруг он притянул меня к себе, не отпуская запястья и наклонился так, что наши носы соприкоснулись. Я со вздохом впитала в себя его аромат цитрусов и услышала:

— Обещание… я дал тебе обещание в то лето, и в это.

— Сдержи, — прошептала с надеждой.

Когда его губы коснулись моих, я чуть не рухнула на землю на подкошенных ногах — до того разнервничалась. Вцепилась в его рубашку, потерялась, не знала, что делать.

— Расслабься. — Вновь мягкое прикосновение губ. Я выдохнула и позволила ему вести, а себе — просто плыть по течению. Его ладони гладили мою шею, перебирали волосы, посылая импульсы по всему телу, пробуждая танцующие хороводы мурашек. Когда я раскрыла рот и подалась навстречу, наши языки соприкоснулись в осторожной ласке — я как-то странно замычала. Пламя прокатилось по телу от сердца до каждой клеточки, сосредотачиваясь между ног. Провела руками по его лицу, коснулась волос и почувствовала прикосновение его рук ниже, на моей талии. Он прервал наш упоительный миг и посмотрел на меня.

— Еще. Ты обещал дважды.

— Ты это чувствуешь, да? — Его рука скользнула на мой живот, чуть прижалась к центру, нежно надавила. — Вот здесь? Вожделение?

— Все чувствую. Все горит.

— Раз это урок, то продемонстрируй мне то, чему ты научилась.

И мне не требовалось повторять дважды. Я слишком долго хотела эти губы. Внезапно даже не поняла, как обхватила его за шею, и он приподнял меня от земли, поддерживая навесу. Скрестив ноги за его спиной и обхватив руками, я целовалась с Грегором, неумело, но желая исследовать это искусство с ним.

Не знаю, как мы разошлись в тот вечер по комнатам. Я не спала всю ночь, трогая опухшие от поцелуев губы и рыдая от осознания, что он завтра уедет. Навсегда.

Так и случилось. После обеда Грегор уже стоял с чемоданом возле калитки, ждал водителя. В этот раз… я не вышла попрощаться. Он смотрел на мои окна, а я не смогла. Боялась, что разревусь, чем, собственно, и занималась, пока провожала отъезжающую БМВ взглядом.

Спустя два с половиной года я узнала, что Грегор собрался жениться. Нашел какую-то красивую модель в Англии и быстро сыграл свадьбу. В тот день я ревела до самой ночи, смотрела в ее социальных сетях фотографии со свадьбы, прощаясь с детской влюбленностью.

Вскоре от этих чувств остались лишь глухие отголоски. О Грегоре я зареклась думать, с каждым годом забывая того мальчика с ямочкой на щеке и голубыми глазами. Все померкло со смертью близких, когда я на себе испытала силу слова «смерть».

[1] Прошу простить мне такое написание. В русском языке официально нет такого слова, но есть сорт помидоров «Сызраньская пипочка». Пипочкой я нежно называю хвостик помидорки. (От автора).

[2] Отсылка на роман «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова.

Давний друг?

— Грегор? — Если рука и дрогнула, то лишь на мгновение. — Так мы договорились? Я могу отработать в зале — стану крупье, vip-клиенты будут выкладывать круглые суммы. Ты только выиграешь с этой сделки.

Я хорошо понимала, кто стоит передо мной. Человек, который потерял родителей, выжил в этом жестоком мире, добился расширения компаний, сумел вернуться и завладеть бизнесом, открыл сеть казино, значит, он умеет управлять.

— Решено, — кивнул он и посмотрел на оружие. — Так и будешь держать на мушке?

Я встала с дивана, подошла к письменному столу и осторожно положила глок на деревянную поверхность. Послышались тяжелые шаги. Когда я обернулась, он оказался у меня за спиной.

— Ты превратилась в обворожительною акулу, — пробежался взглядом по моему платью. Его рука поднялась к моей щеке, я увильнула, будто не заметила. — Думал, обознался. Весь вечер не мог оторваться от монитора. Как же ты прекрасна…

— Знаешь, скажи ты эти слова лет эдак на десять раньше, даже не представляешь, какую бы феерию произвели бы на влюбленную в тебя в то время девочку.

Он молчал, а следом кивнул.

— Ты же знал.

— Да.

— Слышала, твой развод вышел очень громким — его обсуждали все, кому не лень. Что же случилось, Грегор? Я видела ваши снимки со свадьбы — ты любил ее.

— Ты даже не поздравила, — укорил он.

— Ошибаешься, я звонила. Только трубку взяла она, сказала, чтобы я забыла твой номер. Я забыла, Грегор, но могу с опозданием поздравить уже с разводом. Что так? Не понравилась семейная жизнь?

Для меня эта тема оказалась болезненной. Аир яро настаивал на отмене брака, а я держалась, хотя чувствовала, что силы с каждым днем покидают, уверенность таяла.

— Нет, я застал ее на нашей постели с моим другом.

— Мне жаль.

— Я прилетал, когда ты пропала. Мне никто не сказал, что ты вернулась.

— Да, вот. Жива. Здорова.

Он обошел стол и сделал свет ярче. Меня ослепило, а когда глаза привыкли, я удивилась.

— Ты высветлил волосы?

— Сменил имидж, как тебе?

— Подлецу все к лицу, Грегор. Так мы договорились?

— Зачем тебе деньги, Скай? Ты не ответила.

— Вернуть обещала. Мужу.

— Не знал, что ты замужем.

— На грани развода, — подошла к дивану и взяла сумку. — Мне нужно только пятьдесят кусков.

— Он знает, что ты здесь, в таком виде?

— Скорее всего, ему абсолютно плевать, — я почти улыбнулась. — Не провожай.

— Нет уж, идем, — Грегор обогнал меня, приоткрыв дверь. — Как ты нашла глок?

— Случайно, пока рылась в твоем столу.

— Надо починить, иногда глючит.

— Когда мне выходить на смену? — Я достала телефон, но он был разряжен.

— К полуночи. Скажи, что ко мне — тебя приведут. Сначала улажу все формальности, полноценно начнешь послезавтра.

На улице уже светало, когда мы покинули казино: свежий воздух обдувал лицо, на небе занимался рассвет.

— Садись, я подвезу.

— Лучше возьму такси.

— Скай. Прошу.

Он довез меня до дома в мгновение ока, и я очень удивилась, когда Аиррэль чуть ли не бегом