Вероятностный чародей - Олег Рония

class="p1">Сотни крохотных тел лезли дикарям в одежду, вцепились в руки и ноги, кишели в спутанной шевелюре, лезли в носы и рты. Стражи бросили копья и стали кататься по земле, воя на зависть паровой сирене. Два щупальца Тамоаны, которая уже, как ни в чем не бывало, скрылась в подлеске, протянулись ко мне и одним слаженным движением перерезали костяными шипами обе веревки, на которых я висел. Естественно, я начал падать, но щупальца изящным жестом подхватили меня и деликатно поставили на гребень утеса. Я отбежал от края и огляделся, выискивая вершину, к которой нужно держать путь. Увы, первым делом я обнаружил все племя, которое выглядывало из кустарника сетах в пятидесяти от катающихся стражников. Дикари бросились ко мне; и явно не обнять хотели. Я что есть духу припустил к вершине горы.

– И чего бы меня на землю под утесом не поставить? Давно бы уже в джунглях растворился, – мысль била в голове под стать тяжелому дыханию.

Я мчался длинными, упругими шагами, держа курс к вершине. К счастью, в Клубе воров в Фиоре, где я учился ещё два года назад, главными предметами были вскрытие замков и бег. И будь сейчас здесь наш одноногий физрук, он был бы доволен!

Бежать в гору всегда нелегко, но моя родная Фиора раскинулась на склонах и опыта в беге по пересеченной местности у меня хватало. Я заставил себя чуть снизить скорость и держать дыхание. Дикие тоже берегли силы, мчались за мной молча, теми же хорошо рассчитанными шагами, как и я – им эта гора была родной. Не дадут добрые боги, споткнусь…

Пульс стучал барабаном, а вершина была ещё очень далеко. Я рискнул оглянуться и увидел, что плечистый старый туземец вырвался вперед, а справа и слева от него… Богиня ветров! Псы!

Огромные твари легко неслись упругими прыжками, с увлечением обгоняя людей. Языки их торчали набок. Если раньше я радовался, что у меня забрали оружие, то теперь его вес на поясе очень бы меня обрадовал. Псы обошли уже и плечистого вождя, а вершина так далеко… Среди грохочущей крови мой мозг с трудом сообразил, что и за перевалом они также легко… Может, скучающая темная богиня просто развлекается…

Тень накрыла меня, и что-то со свистом пронеслось почти над головой – ни один дирижабль не может так.

Я оглянулся и застыл, тяжело дыша.

Нечто сияющее металлом обрушилось с небес на плечистого туземца и легко подняло его в небо. Псы в ужасе пустились наутек, люди застыли. Стальная птица, махая кожистыми крыльями вроде крыльев орнитоптера, поднимала вождя в небо. Вот она стала сверкающей точкой. От нее отделалась другая точка – темная. Туземец истошно вопил, падая к земле. Стальное чудовище понаблюдало за ним, спикировало, подхватило в полутора сотнях сетов над нами и снова стало поднимать.

Оттуда, из сияющих глубин неба, в которых уже проступала огромная Темная луна, оно бросило вождя ахаров на дальние скалы.

Затем стальная точка стала стремительно приближаться к нам.

Дикари неслись с открытого склона под спасительный полог джунглей. Около опушки их встретили пули. Цепочка людей в черных одеждах и белоснежных банапурских чалмах вышла из леса, слаженно поливая ахаров огнем из винтовок и револьверов. Многие туземцы бросились обратно на склон и стали добычей чудовищной птицы; самые отважные попытались прорваться в родные джунгли и пали под хладнокровными ударами кривых сабель или угодили в сети для рабов. Издали за боем, скрестив на груди руки и покуривая позолоченную трубку, наблюдал худощавый человек в свободном темном одеянии – лица я его не видел. Почтенный, седобородый банапурец стоял поле него, командовал и иногда говорил что-то господину. За несколько минут, что я провел, отчаянно пытаясь отдышаться, с племенем было покончено.

Я застыл в одиночестве на голом склоне. Потом пустился бежать. Свист крыльев послышался за спиной, и я едва успел упасть ничком на камни. Рухнув с размаху, я сильно ушибся, грудь отдалась болью, но стальное чудовище не сумело вовремя затормозить и пролетело надо мной. Потом оно вернулось. Я поднял голову и увидел, как в половине сета надо мной зависло и медленно машет крыльями исполинское существо из потускневшей стали. Так вот какова Птица бури…

На бронепластинах её груди виднелись глубокие царапины, глаза из толстого стекла, похожие на иллюминаторы, невидяще глядели на меня. Чудище раскрыло стальные когти… и получило очередь в затылок. За спиной его возникла серебристая громада «Странника», идущего низко над вершиной горы. В фонаре рубки я увидел Герти. Аша висела на лестнице, держась одной рукой, в горсти её горело пламя, не обжигая ладони. Пин сидела у пулемета. Она лихо дала длинную очередь по банапурцам. Те падали наземь – правда, больше для профилактики – фонтанчики от пуль ударили сетах в двух впереди них.

Птица исчезла из поля зрения, я вскочил и в два прыжка очутился на лестнице. Аша сделала плавный жест, и фонтан огня поглотил птицу. А потом протянула ладонь мне. Рука её оказалась сильной, хватка – крепкой, а ладонь – нежной и теплой. Чиппи привела в действие лебедку, втягивая лестницу – её озабоченное лицо виднелось в люке.

Аэростат резко набирал высоту. Я упал на пол, тяжело дыша и крепко держась за болевшую грудь – там, наверное, сплошной синяк.

И понял, что дело далеко не кончено – стальное чудовище преследовало нас, ловко маневрируя кожаными крыльями. Пин вела огонь длинными очередями. Тварь ушла на левый борт и резко пошла на сближение. Бледная Чиппи стремительно захлопнула люк. Корпус «Странника» припадочно затрясся, пулемет резко замолк. Мучительно заскрежетал металл. Птица бури рвала наш корпус.

***

Интермедия Наблюдателя.

Когда Алексия сошла с дирижабля, доставившего её в столицу южных провинций Эгиды, её встретили подтянутые молодые люди в черной форме корпуса, ведающего секретными делами Ордена стражей. Они были безукоризненно вежливы и усердно делали вид, что прежде Алексу знать не знали – хотя во времена, когда её отчим самовластно управлял Югом, оба пытались за ней ухаживать. Алексия ответила им той же корректной, холодной вежливостью – она была обижена всерьез.

«Оказалась бы на их месте – тоже самое делала», – утешала себя она, но злость на былых друзей почему-то проходить не желала.

Алексия приступила к поискам, начав дело с секретного архива Южных провинций. Древний, пестрый город среди песков с поблекшими золотыми крышами старинного султанского дворца был заполнен беспокойной, ошарашенной толпой эвакуированных с юга чиновников и поселенцев и войсками, угрюмо ждущими отправки на юг. Город погружали в