Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

В конце концов, он был тем, кто когда-то отказал самой Секте Великого Океана.

— На самом деле, создание учения — это не всегда погоня за властью или управлением. В древние времена великие мастера основывали школы лишь для того, чтобы собрать единомышленников и прославить свой путь. В таких местах нет места интригам и борьбе за влияние, все стремятся лишь к познанию Дао. Брат Фан, у тебя и так есть стремление наставлять других, так почему бы не создать такое место? С твоими способностями ты мог бы принести глоток свежего воздуха в этот замутненный мир.

Слова Дугу Вэньхуня заставили всех задуматься.

Он продолжал:

— Император Хунсюань и Великий Святой Покоритель Драконов когда-то принесли человечеству процветание, но оба пали, восстав против небожителей. Иногда я задаюсь вопросом: существуют ли боги и бессмертные от рождения? И если они есть, то почему в мире смертных так много страданий? Оставили ли они нас, или же они вовсе не такие, какими мы их себе представляем? Может, в них нет той божественности, что должна оберегать людей?

— В любом случае, бессмертные не так уж важны. Возможно, они даже опасаются развития мира смертных. В чем разница между нашим миром и высшим? Быть может, в том, что у нас слишком много раздоров, а люди стремятся к бессмертию лишь ради собственной выгоды. Высшие техники всегда остаются в руках немногих сект. Им нужно это неравенство, чтобы сохранять свое превосходство и вечно взирать на всех свысока.

Эти речи заставили даже Фан Вана взглянуть на Дугу Вэньхуня по-новому.

Сказать по правде, он мало знал о нем, кроме того, что тот входил в число Четырех Героев Южного Небосвода.

Юный Фан Цзин тоже погрузился в раздумья после слов Дугу Вэньхуня.

Тот добавил:

— В мире тысячи и тысячи возможностей. С древних времен было немало святых и императоров. В Южном Небосводе тоже есть сокровища, не уступающие Императорскому Зеркалу, Достигающему Небес. Но больше всего я восхищаюсь Императором Хунсюанем. Он отверг высший мир, отверг богов. И пусть его путь оборвался, он жил ослепительно ярко. Его величие бессмертно, оно навсегда останется в сердцах людей.

В этот момент сверху донесся голос Фан Вана:

— Если я создам учение и назначу тебя заместителем, сможешь ли ты гарантировать, что оно будет развиваться именно так, как ты описал?

Глаза Дугу Вэньхуня вспыхнули:

— Конечно. Я прожил более четырехсот лет, знаю множество практиков и демонов-культиваторов. Я смогу собрать круг верных единомышленников.

— В этом нет нужды. Те, кто приходят ради создания организации, часто преследуют свои скрытые цели. Я еще подумаю об этом.

Фан Ван ответил небрежно. Дугу Вэньхунь хотел было что-то добавить, но решил промолчать.

Некоторые вещи действительно не стоило торопить.

— А как вы думаете, если господин создаст учение, какое название ему стоит дать? — с энтузиазмом спросила Сяо Цзы, вызвав бурное обсуждение на корабле.

Все принялись фантазировать.

Фан Ван же обдумывал слова Дугу Вэньхуня.

Из-за существования Чжоу Сюэ он и сам начал подозревать, что высший мир не так уж прекрасен. Вознесение означало потерю свободы — всё это звучало так, будто мир смертных был для небожителей чем-то вроде загона для скота.

Судя по словам Великого Святого Покорителя Драконов и Великого Святого, Карающего Бессмертных, как только в мире людей появляется Великий Мудрец, высший мир обращает на него взор. И если он слишком силен, это может навлечь беду.

Если он решит остаться в мире смертных, почему бы не подготовиться к противостоянию с небесами?

Конечно, Фан Ван доверял себе больше, чем кому-либо другому.

Он был готов наставлять других, чтобы в мире стало больше сильных практиков, но он не собирался тратить время на создание организации в ущерб собственной культивации.

Как в случае с Династией Глубокого Моря: их общая мощь была велика, но никто не мог противостоять Фан Вану в одиночку, что позволило ему устроить настоящую резню.

Если он сам не будет достаточно силен, враги точно так же расправятся с его людьми.

Мысли Фан Вана постепенно переключились на другое: он начал обдумывать, как объединить все свои техники меча, чтобы сделать Меч Убийства Бессмертных и Призрачных Богов еще мощнее!

Хотя Императорское Зеркало, Достигающее Небес было невероятно сильным, ограничения его текущего уровня культивации не позволяли Фан Вану раскрыть его мощь в полной мере.

Ему нужно было создать еще более сокрушительный прием!

Чтобы в следующий раз, столкнувшись с двумя десятками противников в сфере Нирваны, он не оказался в ситуации, когда не может убить ни одного из них.

* * *

Великая Ци, город Наньцю.

Прошли десятилетия, и Наньцю стал вторым по значимости городом в Великой Ци, уступая лишь столице, а по уровню процветания, пожалуй, даже превосходя её.

Поместье герцога Фана занимало здесь исключительное положение. Горожане знали: род Фан находится под покровительством бессмертных.

Ныне семья Фан процветала, численность клана перевалила за десять тысяч человек, и это не считая тех, кто практиковал в сектах или служил при дворе.

В одном из внутренних двориков.

Мать Фан Вана, госпожа Цзян, сидела в беседке. Попивая чай, она рассеянно наблюдала за золотыми рыбками в пруду.

Ей уже исполнилось сто шестьдесят лет. Несмотря на то, что она принимала Пилюли Сохранения Красоты, печать времени и пережитых лет на её лице скрыть было невозможно.

В этот момент в сопровождении служанок вошла богато одетая женщина. Её звонкий смех и веселые голоса свиты нарушили тишину двора.

Госпожа Цзян пришла в себя и, взглянув на дочь, Фан Лин, с укоризной сказала:

— Вечно ты шумишь, никакого такта. А ведь скоро станешь старшей ученицей Секты Великого Океана.

Фан Лин бесцеремонно уселась рядом с матерью, налила себе чаю и улыбнулась:

— Матушка, что хорошего в этой должности? Звучит красиво, а на деле — потолок для тех, кому не суждено достичь истинного бессмертия. Я и не хотела, но старейшины Секты Великого Океана настояли. Я же знаю, что им нужна не я, а мой брат. Без меня он, может, и вовсе никогда не вернулся бы домой.

Госпожа Цзян округлила глаза:

— Глупости говоришь! Как это твой брат мог не вернуться?

Фан Лин шутливо высунула язык:

— Ой, да я к тому, что ему тесно в Великой Ци. Я слышала от старших из Секты Золотого Неба, что он теперь Истинный Бессмертный Небесного Дао в Павильоне Долголетия. Матушка, вы и представить не можете, этот Павильон Долголетия в десять тысяч раз могущественнее Секты Великого Океана!

Она начала увлеченно