Развод. Счастье любит тишину - Анна Барс

Смотрю на Алису, а она всё так же сидит и даже глазом на меня не смотрит. Я продолжаю:

— Я хочу сохранить семью не ради собственного комфорта, а только потому, что это — самое важное, что у меня есть. И я верю, что наша дочь должна расти в полной, любящей семье.

Да, я ошибся. Да, я виноват. Но я мужчина. И я беру ответственность.

Сажусь. Без лишнего пафоса. Говорю то, что есть.

Смотрю на Алису.

Она смотрит в сторону, всё так же не обращает на меня внимания. Будто я — пустое место.

И тут голос судьи:

— Перерыв — пятнадцать минут. После перерыва будет оглашено решение суда.

Выходя из зала суда, мчусь в туалет — мне срочно нужно остыть.

В туалете холодно и тихо. Умываю лицо ледяной водой, вытираю руки. Смотрю на себя в зеркало — хмурый, лицо каменное. Я готов к любому исходу. Это не изменит моей позиции.

Стук двери.

Заходит он. Тот самый смазливый «адвокатишка»-помощник. Который хочет залезть под юбку моей жены. Зря он сюда зашёл.

Смотрит на меня с этой своей полуулыбкой — ещё больше раздражает.

— Чего ты вылупился? На жену мою смотришь? На меня уставился? Если глаза мешают — можем это легко поправить.

Смотрю на его отвратную рожу и хочется размазать его по стеке, но мы в здании суда, и это единственное, что меня останавливает.

— Красиво сказал, — тянет он. — Даже поверить можно. Если не знать, кто ты на самом деле.

— Уйди, пока цел. С тобой я позже разберусь, — бросаю ему.

Он подходит ближе. Говорит спокойно, но со скрытым вызовом:

— Алиса заслуживает лучшего. Она рядом с тобой страдала. А теперь ты хочешь всё вернуть, будто ничего не было?

— Ты кем себя возомнил, падла? — делаю шаг к нему. — Ты — никто. Жалкий адвокатишка, прилипший, когда запахло разводом.

Он усмехается.

Я не сдерживаюсь — хватаю его за грудки, резко прижимаю к стене.

— Слушай сюда, скользкий адвокатишка. Ещё раз подойдёшь к Алисе — хоть с чашкой кофе, хоть с советом — я тебе объясню, где твоё место. Ты меня понял?

Он дёргается, но я держу крепко.

— Это не угроза. Это факт, — продолжаю я. — Ты лезешь в чужую семью. А за это всегда прилетает. Я тебя спрашиваю ещё раз: ты меня понял?

— Понял, понял… Отпусти уже, дышать нечем, — сипло произносит он.

Отпускаю. Он тяжело дышит, смотрит зло. А мне плевать. Если сейчас не уйду — за себя не ручаюсь. Вытираю руки и выхожу, даже не оборачиваясь.

Снова в зале суда. Алиса уже сидит, как будто ничего не произошло.

Лицо у неё спокойное, но я вижу — губы чуть сжаты. Я её слишком хорошо знаю. Знаю, что переживает, нервничает — но никогда не подаст вида.

Судья возвращается. Произносит сухо, чётко:

— Суд рассмотрел доказательства, выслушал обе стороны. На основании представленных материалов брак между гражданами Можайскими признаётся расторгнутым. А также иск по разделу имущества одобрен. Решение вступает в силу с момента оглашения.

Всё. Готово. Финиш.

Алиса молча встаёт. Собирает сумку. Проходит мимо меня. Я не двигаюсь. Хочется что-то сказать — но уже не сейчас.

Отжала у меня половину всего. Мне не жалко. Но мой бизнес?.. Она ни хрена не знает и не понимает о бизнесе. Ещё решит продать кому-нибудь в отместку — и тогда вообще останусь разгребать какую-то жопу.

Проходя мимо, она останавливается у двери. На секунду. Спиной ко мне. Будто тоже хочет что-то сказать. Но просто уходит. Не оборачивается.

А я остаюсь. Один.

Выходя из здания суда, чувствую, как будто воздух стал тяжелее. Но я не сдамся. Я чётко знаю, чего хочу — вернуть семью, чего бы мне это ни стоило. Даже если это стоит половины моего бизнеса.

Делаю шаг к парковке. И вдруг слышу голос. Женский.

— Богдан?

Останавливаюсь. Узнаю этот голос. Быстро оборачиваюсь.

Стоит она. Смотрит прямо на меня. Лицо серьёзное.

— Нам надо поговорить, Богдан.

Глава 37. Стас

Переминаясь с ноги на ногу, я смотрю на своего бывшего мужа и пребываю в полнейшем смятении.

Эмоции переполняют настолько, что мне хочется побыстрее приехать домой, закрыться в комнате и ни с кем не общаться.

Но этого не будет. У меня прямо сейчас разрывается телефон и сразу несколько мессенджеров. Семья и близкие хотят знать, что и как — ведь заседание затянулось.

А я всё никак не могу собраться, чтобы рассказать им новости, а главное — выстоять под бомбардировкой вопросов.

Вот так распоряжением судьи Богдан стал моим бывшим мужем.

Даже не верится. Я так долго и так сильно хотела получить этот развод — прям спала и видела этот день.

И вот он наступил. Причём я получила именно то, что хотела. У меня нет причин для разочарования, однако главенствующая эмоция прямо сейчас — это и есть разочарование.

Ничего не понимаю… Я ведь получила желаемое в полном объёме. Что не так?

Из размышлений меня вырывает голос бывшего мужа.

— Ты о чём-то хотела поговорить? Я слушаю.

Надо отдать Можайскому должное — он, в отличие от меня, держится молодцом. Хотя внешне, может, я тоже выгляжу победительницей. По крайней мере, сильно на это надеюсь.

— Это про Наташу, — сразу же обозначаю границы разговора.

Как только Можайский слышит, что разговор будет про нашу дочь, что-то в его взгляде меняется. Очевидно, он рассчитывал, что беседа будет о нас с ним.

— В общем, — переминаюсь с ноги на ногу, потому что заранее знаю — ему моя идея не понравится. — Нам с тобой нужно будет вместе сказать ей о том, что… что мама с папой развелись и больше не вместе. Я подумаю, как лучше это ей преподнести, ты со своей стороны тоже подумай. И через пару дней мы можем встретиться на нейтральной территории и с ней поговорить. Уверена, всё пройдёт хорошо, — с этими словами я поднимаю на него глаза и стараюсь искренне улыбнуться.

Ведь мы не враги, и у нас общая дочь, забота о которой должна быть абсолютным приоритетом во все времена.

Богдан смотрит на меня молча.

Вскидывает бровь.

— В чём причина спешки? — недобро щурит веки он и принимает закрытую позу.

Впрочем, я так и знала, что ему не понравится этот разговор.

— Это не спешка. Я просто не хочу врать своей дочери, когда в следующий раз она снова будет спрашивать, где её папа и когда мы вернёмся