Гарри Поттер и стрела Судьбы - Артем Всеволодович Туров

ноль целых одну миллионных процента увеличивает мою силу. То есть польза все равно есть. А как известно, путешествие в тысячу ли начинается с первого шага, так что я просто разбрасывался очищающими и восстанавливающими чарами, пока старушка передо мной экспрессивно кричала на меня.

– И хватит заниматься уборкой, тоже мне наследник Блеков нашелся. Для этого есть домовики.

– Так я же просто, чтобы руки были заняты. Не бомбардой же кидаться прямо тут бабушка.

– Какая я тебе бабушка жалкий полукровка. Не называй меня так ублюдок.

– Как скажешь бабушка. Ну так, как зовут домовика этого дома?

– Кричер! – ор моей новоявленной бабули был бы слышен даже на материке, если бы не заклинания на доме, которые этот самый дом скрывали во всех спектрах восприятия.

Перед нами появился очень старый и очень сморщенный домовик, который смотрел на меня с какой-то невероятной ненавистью и с фальшивой радостью на портрет Вальбурги. Как волшебники могут быть такими слепыми, и не видеть ненависть этих мелких уродцев, которые готовы задушить все человечество в любую секунду, для меня это оставалось секретом.

Дальше было намного проще. Несколько наводящих вопросов, чтобы эта тварь начала восхвалять своего якобы любимого хозяина Регулуса, а дальше после прямого приказа рассказ о смерти бедного дебила, и вот крестраж Тома Реддла оказывается у меня в руках.

Наверное, даже нечестно, что моя девушка тупо знает будущее и рассказала мне очень многое, так что на вещи, для которых я должен был потратить кучу времени, я как-то даже и не обращаю внимание.

Правда, последующие несколько часов пришлось гнуть спину так, что не каждому батраку такое снилось. Совсем не благородное это дело – ритуалистика.

Конечно, можно было тупо чикнуть зубом василиска по медальону Слизерина, и на этом покончить с частью души моего врага, но… У меня есть покровительница рода. Эта покровительница, судя по ученическому кольцу у меня на пальце этому роду реально покровительствует и помогает. Так почему бы не сделать даме приятно.

Речь идет про ритуал жертвоприношения вечной госпоже. Любая душа так или иначе попадает в ее епархию, но… Даже у вечной госпожи есть рабочие обстоятельства и обязательства. А если отправить душу с ней на встречу через отработанную веками систему ритуала, то в таком случае эта душа, или частица души как в нашем случае, окажется в полном и безраздельном владении моей покровительницы.

Получу ли я от этого хоть какую-то пользу? Нет. Ни в коем случае. Цель ни в этом. Тут скорее речь идет про возврат долга. Мои предки наверняка частенько делали такие подарки, поэтому их непутевый потомок получил дивиденды.

Теперь я, и по моим заветам мои дети и внуки, должны были поступать точно так же. Ведь если в будущем наследник моего рода окажется в таких же обстоятельствах, то я буду надеяться, что ему помогут точно так же, как помогли мне. Вот такой вот коленкор.

Только вот как я и сказал, ритуалистика звучит романтично и таинственно только со стороны. На деле, это бесконечное ползанье по холодному полу, чертя и по десятку раз исправляя кривые линии для всякой хренограммы, в центр которой нужно будет поставить жертву, и только после этого чирикнуть клыком василиска.

Сам ритуал прошел скучно. Никаких спецэффектов кроме предсмертного крика частицу души Тома, никаких световых шоу, никакого шепота смерти за спиной и всего такого.

Частичка души Тома улетела на встречу с вечной госпожой, а со мной осталась лишь бесконечная усталость. Ну и ободранные как у путаны колени, которые довольно сильно болели. Как я и говорил, ритуалистика мне очень сильно не понравилась.

Впрочем, мысли мои были в таком же состоянии, как и мое тело. Ведь перед тем, как начертить все эти закорючки, я еще и несколько часов рылся в библиотеке рода Блек. Благо, что хоть тут мой учитель меня подстраховал, так что я не брал в руки особо сильно проклятые книжки, к которым мог бы прикасаться только глава рода. Иначе весь этот цирк с конями грозился затянуться надолго.

Правда усталость никак не помешала мне в первую очередь перед сном на полчаса прогрузиться в свои воспоминания и полностью проанализировать весь день. А ведь моя горячо любимая бабулинька дала мне очень много информации, которую нужно было просто для начала вычленить из общей речи, потом систематизировать, и только после этого делать выводы или оставлять как пока что ничем не связанную информацию.

Одним словом, так называемое духовное море я перед сном полностью высушил. Пока что она была достаточно мелкой, чтобы за несколько часов восстанавливаться. Такое истощение ментальных сил помогает увеличить не только резерв, но и скорость восполнения. Однако очень скоро, приблизительно через несколько месяцев, такая тренировка грозилась стать для меня не очень полезной, но до этого еще было очень далеко.

Спал я в доме на Гриммо, в одном из спален на хозяйском этаже как убитый. Впрочем, как и всегда в последнее время. У кошмаров просто не было сил пробиться сквозь барьер моей усталости и ментальной истощенности. Только была некая горечь от того, что в этот день перед сном я не смог обнять свою девушку. К хорошему быстро привыкаешь. А так, я даже не заметил, что комната была убрана из рук вон плохо, за что по-хорошему домовика стоило бы хорошенько наказать. Но мне было как-то плевать.

Глава 15

В доме на Гриммо я задержался на пару дней, а потом вернулся вновь в Кроули. На самом деле дел у меня было выше крыши, и по-хорошему мне стоило бы задержаться как минимум еще на неделю, но, во-первых, у меня было задание от бабушки, во-вторых, я невероятно сильно соскучился по моей девушке. Казалось, что еще несколько часов без Гермионы, и я мог бы заполучить сердечный приступ, или же сойти с ума.

Собственно, я понял, что точно то же самое происходило и с моей девушкой, когда она открыла дверь дома и попыталась убить меня задавив насмерть. Казалось, что девушка своими объятиями пытается сломать мне ребра.

Хорошо еще, что я успел зайти в дом и снять невидимость, а дальше мы просто минут десять стояли обнявшись, не обращая внимания на весь остальной мир. Слова в этот момент были лишними, я просто вдыхал запах любимой с абсолютно пустой головой. В голове была лишь одна мысль: «хорошо».

Не знаю в какой момент мы чуть успокоились, и смущенная Гермиона