Абонент временно недоступен - Катерина Райдер

 Наконец, после нескольких неудачных попыток место дислокации прояснилось – я был дома, лежал на диване в гостиной. Боже, какое облегчение! Но как только голова относительно прояснилась, на меня с новой силой обрушилась физическая боль. Из груди со свистом вырвался сдавленный стон. Я осторожно перекатился на спину, стараясь:

 а. Как можно меньше двигаться.

 б. Не шевелить головой, чтобы та не разлетелась перезрелой тыквой.

 в. Припомнить хоть что-то из вчерашнего загула.

 Внимание вновь привлекло постороннее присутствие. Теперь я окончательно утвердился, что помимо меня в квартире был кто-то ещё.

 Пусть это будет Скотт или Эдди. Пожалуйста…

 Ладно, нет смысла притворяться мёртвым (хотя по ощущениям я был весьма близок к этому), нужно встать и проверить, кто хозяйничает на моей кухне.

 С трудом приняв сидячее положение, я огляделся. Кроссовки валялись посреди комнаты, рядом с ними толстовка, но в остальном всё обычно. Ещё я заметил на журнальном столике стакан воды и баночку аспирина.

 Чёрт! Это точно не Эдди. Но, может быть, всё-таки Скотт?

 Хлопнув ладонями по лицу, чтобы окончательно проснуться, и тут же об этом пожалев, потому как правую щёку прострелило резкой болью, я кое-как встал с дивана. При этом случайно опрокинув бутылку пива, стоящую на полу. На звук выпорхнула Бриджет. Увидев расползающееся по ковру пятно, она недовольно закатила глаза. Я прекрасно знал это выражение, сейчас начнётся…

 СТОП! БРИДЖЕТ?!

– Проснулся наконец-то, – вопреки моим ожиданиям сочувственно улыбнулась девушка, подходя ближе и протягивая мне чашку горячего кофе. – Если чувствуешь себя так же, как выглядишь, мои соболезнования.

– Что ты здесь делаешь? – пропуская мимо ушей слова бывшей, нахмурился я.

 Бридж выглядела совсем по-домашнему: ни капли косметики, босая, одета в мою старую футболку, волосы чуть влажные. Какого хрена тут происходит?.. Я вчера проломил головой пространственно-временной континуум и оказался в прошлом? Поэтому всё так болит? Но, не успев как следует обдумать данную теорию, я внезапно сконцентрировался на другой, ещё более абсурдной!

 Ошеломлённо тряхнув головой, отчего перед глазами заплясали искры, я вылупился на девушку, начиная заикаться.

– Слушай, а мы что… с тобой… ну, это самое?..

 Слова через слог застревали в горле, я закашлялся, чувствуя, что почти готов выплюнуть наружу рёбра.

– Переспали? – невозмутимо уточнила Бридж, подошла к дивану и начала складывать постельное бельё, как ни в чём не бывало.

 Я снова схватился за голову. Похмелье устроило в ней перкуссионное шоу. Из-за нестерпимой пульсации в висках меня сорвало. Я шагнул по направлению к девушке, повысив голос.

– Бриджет, серьёзно! Давай вот без этого. Что вчера произошло?

 Брайс обернулась и, смерив меня оценивающим взглядом, неодобрительно покачала головой.

– Тебе бы в больницу съездить… Выглядишь паршиво.

 Что за тупая привычка не отвечать на вопросы? Аж бесит!

 И тем не менее я отвлёкся от главной проблемы, машинально глянув в зеркальную дверцу шкафа.

 Святые угодники! Огромный фингал расплывался зелёно-фиолетовым пятном по правой стороне лица. Бровь над левым глазом была покрыта корочкой запёкшейся крови. Нижняя губа опухла, а из-за отёка переносицы нос будто бы съехал на бок.

 Грудную клетку в очередной раз полоснуло неприятной резью. Я задрал футболку, отмечая, что костяшки пальцев сплошь покрыты ссадинами, и увидел несколько потемневших гематом.

 Ошалелый взгляд острым копьём метнулся в сторону Бриджет. Девушка чуть заметно усмехнулась, забрала у меня кофе, который я почти весь расплескал, и с важным видом уселась в кресло.

– Что ты так смотришь? Это не моих рук дело.

– Тогда чьих? – не подумав, брякнул я.

 Брайс снисходительно засмеялась.

– Алекс, да ты сегодня в ударе. Каждое новое предположение нелепее предыдущего.

 Мысли окончательно перепутались, затянув в тугие узлы извилины. Мне и без того было плохо, а теперь ещё и замутило. Спотыкаясь, я дошёл до столика и высыпал на ладонь несколько таблеток аспирина.

– Если решил покончить с собой, дождись, пока я уйду, – продолжала глумиться бывшая.

 Игнорируя третьесортный стендап, я не без сложностей, проглотил таблетки, осушил стакан воды и повернулся к девушке, глядя на неё вопросительно.

– Ну…

– Что? – невинно хлопая глазами, спросила Бриджет.

– Может, прекратишь издеваться и расскажешь, что было?

– Может и расскажу, – кокетливо ухмыльнулась Брайс, затем выдержала многозначительную паузу и, наигранно прочистив горло, сжалилась заговорив. – Около полуночи мне позвонил Хамир. Сказал дело срочное, попросил приехать в бар и забрать тебя.

– Кто такой Хамир? – негодующе переспросил я.

– Бармен. Ну, тот, который эмигрант. Хороший парень. Ты всегда оставлял ему самые большие чаевые.

– А, ну да…

 Кажется, воспоминания начали возвращаться. По крайней мере, я точно вспомнил Хамира, а точнее то, что он отказывался готовить мне ёрш, и я пообещал больше никогда не давать ему на чай.

 Стыдно-то как…

– Так вот, парнишка был очень встревожен. Говорил, ты сильно напился и устроил драку. Но, так как били в основном тебя, он решил не вызывать полицию, чтобы не доставлять нам лишних проблем. Я приехала примерно через полчаса, заплатила за ущерб и отбуксировала тебя домой. Конец.

 Обрывки вчерашнего вечера замелькали перед глазами, как слайды в испорченном проекторе, да так и не сложились в общую картину.

– Но с какого перепуга Хамир позвонил тебе?

– Ну, видимо он не знал, что мы расстались. А контакты постоянных клиентов у них, оказывается, занесены в базу.

– Хм… ясно, – угрюмо пробубнил я. – А ты сама чего домой не поехала, ну… после «доставки груза»?

 Это я пытаюсь шутить?.. Вот дебил!

– Я хотела, даже вызвала такси, а потом… – тут Бриджет запнулась и замолчала, отводя взгляд в сторону, словно ей было неловко продолжать.

 Скверное предчувствие засосало под ложечкой. Брови сами по себе сошлись на переносице.

 Мисс Бриджет Брайс была не из робкого десятка, если она смутилась, то явно произошло нечто из ряда вон выходящее.

– Ладно, давай, говори уже, – устав от витающего в воздухе напряжения, потребовал я.

 А что мне было терять? Я устроил пьяный дебош в баре. Опозорился по всем фронтам. У меня, кажется, сломано ребро. Лицо выглядит, будто по нему проехал бульдозер. И, вдобавок ко всему, теперь я должен бывшей подружке кругленькую сумму. Разве могло быть что-то ещё хуже?

– Ты заплакал, – тихонечко произнесла Бриджет, и я тут же пожалел, что настоял на ответе.

– Я что сделал?

– Заплакал, – повторила девушка.

 А, ну понятно! Взрослый пьяный мужик рыдает на плече бывшей после того, как его отмутузили в баре за длинный язык. С кем не бывает, обычное дело…

 Твою мать!

 Я шумно выдохнул, спрятав лицо в ладонях, до боли вдавливая