Задолбанец - Юрий Ра

другой бы не стал заморачиваться с формулировками и терминами, но Денис был человеком умным, приученным следит за своим языком. А тут и вообще экстремальная ситуация, надо и за мыслями следить, еще и врать не получится. Хотя… если самому быть уверенным в том, что думаешь, плюсом эмоционально окрашивать мыслеречь, то может проканать. Если не спалят, в ведь в буквальном смысле можно погореть.

Дружинникам хорошо, им дали команду вставать лагерем, они тут же героически бросились разбивать шатёр, распрягать коней. Денис тоже предпочёл бы колышки подтёсывать, а не подвиг совершать, но нельзя. Нельзя отдавать воеводе инициативу, воеводы по определению не умеют договариваться с потенциальным противником. А еще надо самому побольше авторитета заработать. Сейчас уважение к нему чуть выше обыкновенного почитания храброго воина, а надо, чтоб уверовали в него как в… как в разумного руководителя среднего звена, который фигни не скажет. Как это было на работе в том мире.

Там он был уважаем коллегами и подчинёнными настолько, что ему прощались маленькие слабости типа стиля одежды и мужских увлечений. Когда у уважаемого человека странное хобби, то это ему в плюс. Мол, нерядовой сотрудник имеет нерядовое увлечение. Вообще, когда авторитет прокачан, то персонажу всё в плюс идёт, любая дичь на харизму работает. Вот и тут надо также прокачаться.

Мысли в голове крутятся, а ноги шагают. Когда ты не выслеживаешь дракона, а идешь с ним на назначенную встречу, можно переть танком и не таиться. А кого стесняться? Дичь распугает? Неактуально! Опасный зверь на пути? Не смеши мои тапки, самый опасный зверь — огнедышащий дракон, все прочие хищники временно стали вегетарианцами и срочно превратились в зайчиков-побегайчиков. Они или смылись, или прикидываются элементами ландшафта.

Воевода шёл чуть впереди привычно неслышно по меркам упакованного в броню воина, он, как и Денис тоже не стал усиливаться в плане оружия, шёл опоясанный мечом без щита, копья и лука. В отличие от задолбанца его ножны не задели ни за один куст или ствол.

А потом Ратмир остановился и показал направление рукой, мол в той стороне ждет героя Змей, увлекательный диалог на языке драконов и славная смерть. И Денис отправился дальше в гордом одиночестве. Сказать, что он не боялся, было бы неверно, но сильного страха не ощущал. Объяснением тому могло стать ощущение какой-то несерьёзности существования. Право слово, ну какая магия, какие трёхголовые Змеи? Вы еще про Царевну-Лягушку вспомните или Кащея Бессмертного! Умирать не хотелось, но в смерть не верилось. Примерно также не хочется умирать в игре во время прохождения какой-то забойной миссии. Умер⁈ Да блин, всё по-новой начинать!

Вот с таким мыслями он и вышел на поляну или это опушка? Денис не очень разбирался в тонкостях лесонасаждений, главное было в другом — свободный от деревьев и кустов участок находился перед входом в пещеру. Пещера находилась под холмом с раздвоенной вершиной, похожей на женские груди. А прямо между двух этих самых титек холме сидела трёхголовая Змеюка.

— Вижу, пришёл. Смелый человечек.

— Так, а чего мне бояться, коли ты пообещала мне зла не чинить? — Денис по привычке напряг мыслеречь.

— Не ори, я рядом, хорошо слышу тебя.

О как, оказывается, мысленно тоже можно орать, а можно говорить тихо. Век живи — век учись.

— Так нормально?

— Еще потише.

— А так? — попаданец попробовал мыслить еще «тише»

— В самый раз.

— Тогда позволь представиться, Денис, в последнее время прозываемый Задолбанским. С кем имею честь вести беседу?

— Дурачок, что ли? Со мной. Но про честь мне понравилось, вежество тебе знакомо. — Последняя фраза ввела героя в непонятки. Не вся, а начало.

— Уважаемая, вероятно я неточно сформулировал свой посыл. А хотел я узнать, как тебя звать-величать, — ввернул сказочный оборот Денис, — имя и прозвание твоё дозволь узнать.

— Имя? Вон оно что… Вас человечков так много развелось, что вы придумали себе особые прозвания, чтоб понимать, о ком речь идёт. Нет, у нас у Змеев не так. Я есть я, если я мыслю про какого-то иного Змея, то всяк меня понимает, о ком я мысль веду. В том другом мире, откуда ты сюда попал не то было?

— Не то. У нас Змеи были социализированы.

— Чего?

— Включены в мировое сообщество разумных. Самый известный из Змеев имел имя Змей Горыныч. Кстати, он тоже был трёхголовый.

— Да врёшь поди! А нет, не врёшь. Трёхголовый самец. — в мыслеречи проявилась некая задумчивость и отголоски иных мыслей или даже эмоций. Чем дальше Денис общался, тем лучше он владел этим инструментом. — Так что, у вас там с ним мыслеречью человеки разговаривали? Всем в твоём мире доступна речь Змеев?

— Не всем, мало кому. — Денис напрягся и вспомнил слово «змееуст». Оно относилось не то к персонажу из «Гарри Поттера», не то из «Властелина колец» — У нас чаще Змеи и драконы разговаривают обычным голосом. И огнем плюются тоже.

— Дивный твой мир, точнее, диковинный!

— А уж ваш мне насколько кажется странным, уважаемая.

— Ладно, с этим всё понятно, ты вправду чужак здесь. Теперь говори, зачем пришёл ты и твои человеки.

— Яйцо у тебя выпросить.

— ЧТО⁉ — Драконица вскинулась, повела крыльями, а по поляне прошёл ветер. — И ты так спокойно это говоришь, словно не боишься смерти?

— А как мне по-другому говорить? Врать или юлить? Не хочу. Два разумных завсегда могут договориться о чём-то или не договориться. Но поговорить откровенно всегда полезней, чем молча ползать вокруг да около.

— И ты думал, что я просто так тебе отдам своё яйцо?

— А какая тебе с него польза? Если не ошибаюсь, если я вправе говорить такие интимные подробности, то ты свою кладку не оплодотворяешь. — Денис шёл по совсем тонкому льду. — А значит, из яйца никто не вылупится, так?

— Всё так. Но это моё! И не вам решать, что и зачем мне нужно. Ишь ты, как сказал: несотворенный плод! С кем мне его сотворять, когда я вылупилась о трёх головах?

И только теперь Денис начал подмечать детальки, если таким словом можно называть две головы, выросшие из массивного туловища на длинных гибких шеях, здоровенные кожаные крылья, то сложенные на спине, то раскрывающиеся, когда их хозяйка волновалась. Самым непонятным и любопытным для него был вопрос о том, всеми ли головами Змеюка