Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

8

— Ой, вот где вы, оказывается, живёте, молодой мастер! — Химари, идущая рядом со мной, выглядела бесподобно: в тёмно-фиолетовом кимоно с соцветиями глициний, чёрные блестящие волосы перехвачены у затылка здоровенным бантом, огромные карие глазищи (да-да, у японок тоже бывают БОЛЬШИЕ глаза!), в которых, если заглядеться, вполне можно утонуть. Чем хороша традиционная одежда — её не нужно точно примерять по телу, можно просто примерно знать размер и заказать по каталогу: допуски нивелируются завязками поясной ленты. Одежда, которая завязана и заправлена так, как положено культурной японке (а не так, как рисовали в манге!), оставляет совсем мало пространства сделать шаг, из-за чего нэкохимэ сейчас весьма забавно семенила, перебирая гэта. Кстати, на этих деревянных «ногоубийцах» она настояла сама — и, кажется, чувствовала себя вполне в своей тарелке. Как можно ходить на этих дощечках-с-верёвочками, которые ничуть не смягчали касание к мостовым и тротуарам (чем обычно занимается подошва нормальной современной обуви!), да ещё и скользят под пяткой — для меня оставалось огромной загадкой! Я бы даже сказал, что секрет утерян в веках, если бы своими глазами не видел несколько вполне себе молодых женщин, разгуливающих в подобном, и магией они ничуть не светили.

Сегодня шёл второй день Танабаты, так что число народа в национальных нарядах на улицах зашкаливало: выходной, «обязательные мероприятия» прошли, и каждый оттягивался так, как хотел. Сегодня свою «пенку» с праздника соберут многочисленные кафе и рестораны, не говоря уже о боулингах и всяких там караоке, я же счёл за благо провести день дома, а заодно забрать свой «живой амулет» из больницы. Аура кошки больше не фонтанировала энергией во все стороны, ослабленные длительной голодовкой (пусть и в «режиме ожидания») мышцы и связки восстановились, моя кровь, чтобы поддерживать работу сознания «защитницы», больше не требовалась. Кроме того, из-за нападения я не исключал, что возможна атака и на поместье в Ноихаре (это было бы равнозначно объявлению персональной войны именно клану, что маловероятно… но всё-таки), а эффективную защиту дома могла обеспечить только Кая. Тем более, непосредственная домовая, общавшаяся с кошкой в течение недели в режиме «нон стоп», уже успела заметно утомить последнюю, и Химари приложила все усилия, чтобы замотивировать зашики-вараши на скорейший отъезд. Домовая простодушно предложила девушке составить ей компанию в поместье — после чего бакэнэко вцепилась в меня совсем уж мёртвой хваткой: типа, господину требуется помощь и вообще, мечу необходимо быть подле руки, что им владеет! Кая слегка надулась, но я ей аккуратно объяснил, что, несмотря на внешний вид, со здоровьем у «Багрового клинка» не всё в порядке, и сделать что-то с этим могу только я. Видимо, домовая уже была свидетелем кошачьего «чего-то не так»: грустно посмотрев на меня, она не очень уверенным тоном сообщила, что возможно, я «действительно что-нибудь смогу сделать». Похоже, и она была в курсе, что срок годности клановых нек… ограничен. Впрочем, сейчас, на середине «эксплуатационного срока», можно было пока не кипешить…

С такси в праздничной Такамии продолжались проблемы, а отвлекать на второй день клановый автобус я не захотел: в нём разместился дневной «оперативный резерв», прикрывая дальнюю от додзё Разящего часть вытянутого вдоль озера города. Проблему с личным автомобилем нужно было решать — ситуаций, когда он нужен, становилось всё больше и больше. Однако, покупка и наполнение госпиталя пробили в бюджете кланового холдинга ощутимую дыру — и только постепенно реализуемые трофеи с предыдущего рейда «Рыбки» закрывали текущий дисбаланс средств. Так что, ножками, ножками, на автобусе — и опять ножками. Заодно и Химари посмотрит на город… а город посмотрит на неё. Ой, да…

Как я и говорил, девушка в кимоно движется мелкими шажками — смотреть на это весьма забавно! А на взгляд «чистокультурного» японца такое движение выглядит «на удивление мило»: недаром все мужики на нас пялились и оборачивались вслед. И естественно, Химари была с мечом. Ясуцуна была обернута яркой пёстрой тканью, у рукояти кокетливо перевязанной бантиком при помощи жёлтого шнура с кисточками на концах — Ринко так таскала свой боккен. Остаётся добавить про идеальную фигуру, выгодно подчёркиваемую традиционной японской одеждой, и портрет «прекрасная богиня с кем-то там, неважно кем» будет завершена. Такамия моему «клинку» понравилась, сказывался выбор момента — праздничный город был красив. Народ на улицах сверкал улыбками и фотовспышками, иногда с тобой мог поздороваться совершенно незнакомый человек — просто так, от избытка чувств. Да-а, сразу чувствовалась разница с атмосферой в Токио и Киото: в столице к тебе лишний раз никто и не подойдёт, а если обращается не гайдзин и не полицейский — ухо стоит держать востро. Автобус медленно тащился по улицам: не столько от трафика, сколько от того, что по переходам шла настоящая толпа, и приходилось ждать, пока очередной регулировщик в жёлтой каске пропустит общественный транспорт.

Химари была уже в курсе происходящих событий — Дофу оперативно собирала и архивировала документы, из заголовков которых, залитых в базу данных, если их смотреть в хронологическом порядке, получалась натуральная лента новостей. Всё равно слухи внутри коллектива — вещь неостановимая. А внутри коллектива из демонов, умудряющихся в возрасте больше ста пребывать на уровне даже не всегда подростков — в двадцатикратном размере. Пусть уж лучше будет «официальная позиция» — и никто ничего не переврёт. Кроме того, отдельные горячие головы были наверняка способны под влиянием момента устроить какую-нибудь глупость — вроде атаки объектов Минато но Дзию или «зажечь» что-нибудь самим на территории Оцу. Мне ещё повезло, что раньше таких проблем не было: дисциплина у Разящего на уровне, а народ из группы Каши просто был не слишком сильным и не очень воинственным. В Котегаве, как и в Вороне, я был совершенно уверен — вот кто глупостей делать точно не будет. Зато та же Агеха, когда нас прервали, буквально взбесилась, и я её хорошо понимал. Не став рассусоливать, твёрдо сказал «будь осторожна, ты не одна» — и открыл окно. Хорошо, что хиноенма — «взрослая девочка» и не стала «а-ля звезда» со своей яркой аурой воспарять в небеса, а только помогала себе импульсами, выпуская ауру из-под амулета. Младшая жена ещё и расстроилась, что не смогла взять придурка живым, и никак не могла взять в толк, почему я, едва увидев её целой, кинулся обниматься. До тех пор, пока к нам (из дома по дороге меня, как обычно, прикрывала мизучи) не доставили младшего