О моем перерождении в сына крестьянского 3 - Анатолий Михайлович Нейтак

Впрочем, не стану загадывать. К чудищам я покамест не совался, даже чтобы издаля, одним глазом, из чистого естествоиспытательского интереса. Ибо ну нафиг.

Мне моя вторая жизнь пока не наскучила!

Но вот Нулевая Цитадель замерла на оси, обозначенной полукольцами трибун, и приопустилась на финальный десяток метров, занимая точно рассчитанное положение. А перед обращённой к собравшимся нижней гранью — и перед не ослабшим ничуть экранирующим барьером — возникла иллюзия полностью лысого и безбрового мужчины с кожей, как будто присыпанной пеплом, и глазами, радужки которых отчётливо мерцали зеленоватым оттенком чародейской оружейной стали.

Нарядом этот персонаж не блистал. Но, учитывая обстоятельства, он мог бы явиться публике хоть в банном халате; едва ли нашлось бы много желающих высказать ему за неподобающее.

— Приветствую всех собравшихся! — грянул негромкий, но усиленный тысячекратно и потому всем прекрасно слышный баритон. Вещал сей, хм, экклезиаст даже не на цантриккэ, а на зантэрэ, имперском классическом то бишь. Ибо традиция. А проблемы не понимающих — проблемы именно не понимающих. — От имени и по изволению владыки Первого Дома и всея Империи Нашей, императора Гэрвыда, третьего этого имени, я, ректор Акхэрэтт Гэдбирэш Сархтэрим Лашшаз, высший магистр Дысош Возвышающий, отдельно чествую новую волну внешнего цикла и говорю вам: добро пожаловать! Вы явились сюда ради изучения неисчерпаемого в многогранности своей, благородного, возвышенного и возвышающего искусства магического, заплатив немалую цену за такую честь. Знайте же: уплаченная цена не окажется вложением напрасным, усилия ваши в стенах Акхэрэтт Гэдбирэш Сархтэрим Лашшаз не канут втуне, но окупятся точно в меру таланта и стараний. Со своей стороны, от имени администрации, профессуры и вспомогательного персонала, обещаю сделать всё, дабы учёба ваша шла, как лодка по ровной воде, помех и преград не встречая на пути своём. На сём учебное лето и год пять тысяч восемьсот сорок шестой спешу объявить официально начавшимися! Рэ!

И практически весь стадион в едином порыве, подхватив этот сигнал, взревел:

— РРРЭЭЭЭ!

Древний клич легионеров и Империи в целом, быстро вышедший на полную мощь, в исполнении многих тысяч лужёных глоток (а кое-где и дополнительно усиленный магией), казалось, приподнял чуть выше драконьи туши и даже немного покачнул громаду Нулевой Цитадели. Дысош Возвышающий где-то с полминуты взирал на трибуны, изливающие свои эмоции, а затем неторопливо вскинул руки и опустил их — ещё медленней, чем поднимал. К окончанию жеста снова воцарилась тишина.

— Не стану томить вас длинными речами, — перешёл он на цантриккэ, — ибо речи без вложения маны пусты. Как известно, в Нашем Университете всего девять корпусов, по числу магических школ. И вы, вчерашние абитуриенты, нынешние студенты, также разделены на девять потоков сообразно своим классам и специализациям — пока лишь самым общим. Каждый из потоков также будет разделён, ради удобства и организационной эффективности: сперва на десять групп, а затем и на подгруппы. Сейчас я приглашаю спуститься с трибун на поле всех студентов новой волны с потока воплощения, иначе — формирования! Не спешите, но и не медлите, а также не волнуйтесь: распределение временное, один раз в полугодие возможно сменить и группу, и подгруппу!

Воплощение — без малого самый популярный выбор. По моим (очень примерным) прикидкам, с трибун после слов ректора спустилось более трёх с половиной тысяч разумных. Возможно, даже все четыре тысячи. То есть численность отдельных групп могла достигать четырёх сотен — приблизительно как в батальоне. С другой стороны, подгрупп в зависимости от специализации у воплотителей тоже больше. Направляемая старшими студентами-помощниками, огромная толпа разделилась на десяток толп поменее и просочившись каждая в свою арку, двинулась в направлении главного корпуса. Но ещё до того, как этот процесс подошёл к концу:

— А теперь прошу на поле студентов новой волны с потока преобразования, иначе трансформации!

…и с трибун потекла вниз ещё одна толпа сходного размера. Разномастные алхимики, тоже очень, очень востребованный и популярный выбор.

— … вызов, иначе призыв!..

— … исцеление, или созидание!..

Ага, вот тут черёд Лейты. А также Кенали и Тихарта, конечно.

— … ограждение, оно же разделение!

— … иллюзия, иначе наваждение!

Мой черёд.

В целом иллюзионистов оказалось не так уж много, всего с полтысячи. Соответственно, после разделения на десять получились довольно скромные кучки по четыре-пять десятков в каждой. Но выбрать кучку по вкусу у меня не получилось: изрядно задёрганный старшекурсник, надзирающий над будущей пятой группой, нашипел на меня, тыкая в знак гильдии с двумя звёздами, и отправил в первую.

А я что? А я ничего. Мне сказали — я пошёл. Это ж не выбор между Гриффиндором и Слизерином, не так ли? Программа-то везде одна…

Очень быстро оказалось, что я, выражаясь деликатно, со своим «не так ли» пролетел. И что в первой группе скучкованы преимущественно слизеринцы, то бишь владетельные и высокородные. Те, что повыше уровнями, где-то 40+, да посильнее. Правда, в трындец благородную компанию каким-то чудом затесались ещё орк, разнополые эльфы-близнецы и зверолюд трибы Кошки. Если что, уточню для особых ценителей: зверолюд мужского пола (ну да потусить с живой кошкодевочкой я ещё успею, в БИУМ и не такое водится, как я понял).

Нашу активно переглядывающуюся, но не торопящуюся знакомиться компанию провели через арку с большой цифрой 1 (личный терминал без всякого моего участия пиликнул, автоматически совершая привязку к потоку и группе: удобненько, однако), затем в бодром темпе сопроводили до шестого корпуса, завели в довольно просторную аудиторию на втором этаже и оставили на попечение преподавателя.

Который сходу ошарашил новостью:

— Прежде чем начать организационное собрание группы 5846−1–6–1, назначим старосту. По традиции, староста сильнейшей, первой группы потока сам является сильнейшим и возглавляет десятку старост. Итак, кто здесь имеет ступень выше сорок пятой?

Вот тут-то я и осознал размеры подвоха. Как оно всегда бывает в случае качественного, глубокого и тёмного подвоха, слишком поздно.

Когда взгляд с трибуны остановился на мне.

О моем перерождении в сына крестьянского 20

Этап дв адцатый

— Уважаемый неофит, — смерив взглядом мою физиономию и поднятую руку, сказал препод.

Так-то он, говоря объективно, смотрелся недурно: лет тридцать с виду, шикарная волна вороных волос до ниже попы, перехваченная тремя заколками, рост примерно как у меня, то есть около метра восьмидесяти пяти, осанка танцора, гармоничные черты лица. Щеголеватый без чрезмерности наряд из эльфийского шёлка, ниспадающий-струящийся, словно водопад, на тогу чем-то похожий. Но так как я — не красна девица, мне этот тип сходу не