Сломанный Свет - Нина Море

— У вас... так уютно, — Ева улыбнулась. — И пахнет восхитительно.

— Моя фирменная пицца, — хмыкнул Александр Петрович. — Куриный фарш, перчик, помидорки Черри и пряности. Всё своё. С теплицы, Кир потом покажет

— Отец её готовит только для особенных гостей, — прошептал Кир на ухо Еве, когда снимал ее куртку, и поцеловал её в висок. — А ты у нас очень важный гость.

* * *

Кухня была просторной и залитой тёплым светом, будто всё здесь предназначалось для неторопливых разговоров и семейных вечеров. Почти вся мебель была из дерева, не новенькая из салона, а с характером: где-то с потёртостями, где-то с царапинами, но всё дышало теплом ручной работы. Полки были открытые, на них стояли баночки с крупами, специями и домашними заготовками, как из уютных подборок «доброго Pinterest», только без постановки, по-настоящему. У окна стоял старенький стол с чайником, скатерть с вышивкой и деревянные стулья с мягкими подушками. На подоконнике стояли ровным рядом керамические горшочки с зеленью.

— Вот это да... — восхищённо сказала Ева. — Очень антуражно. Почти как в кино.

— А я думал, что просто старьё, — усмехнулся хозяин.

— В этом и вся суть, — улыбнулась Ева.

— Раз кухню оценивает молодой и талантливый дизайнер, то я очень рад.

Ева с Киром сели за небольшой круглый стол, а Александр Петрович, надев на руки прихватки, достал из духовки два противня с ароматной дымящейся пиццей. Пока ели, Александр Петрович расспрашивал Еву о её учёбе, о семье, увлечениях, но делал это настолько деликатно, и ни в коем мере не упоминал тяжелое прошлое Евы, и то, что Кирилл долгое время пытался оттолкнуть ее от себя. Поэтому Ева быстро почувствовала себя комфортно и расслабилась.

Кирилл же… был просто счастлив, у него в душе была тихая радость. Он любовался Евой, ее улыбкой, живому разговору с его отцом, с которым они быстро нашли общий язык. А еще Кирилл видел радость в глазах своего отца, которому понравилась Ева. Да что уж говорить! Ева нравилась отцу всегда. Видимо житейская мудрость подсказывала ему о том, что Ева — истинная любовь его сына.

Вскоре Александру Петровичу позвонили с СТО.

— Машину привезли. Поеду, починю, пока есть время. Наверное до двух ночи. Кир, ты сам знаешь где котёл?! Включи, а то к вечеру стынет, не морозь Еву.

Когда за отцом закрылась дверь и вдали послышался мягкий рёв заведённого двигателя, Кирилл задержался у окна, провожая взглядом старую «Ниву».

Ева тем временем осматривала дом. Она прошла в просторный зал, с двумя диванами у окна. И окно это было такое большое, широкое, с уютными занавесками, с фикусами на подоконнике… наверное здесь всегда ставят елку на Рождество.

— Мы с ребятами часто тут собираемся. Дом отца на вроде штаб-квартиры, или места силы, — улыбнулся Кирилл, обнимая свою девушку со спины.

— Мне нравится, — кивнула Ева, нежась в объятьях.

— Моя спальня наверху. Хочешь, можешь пока там устроиться. Я схожу, включу котёл в подвале. А потом ребята приедут.

Кир заметил, как Ева, услышав про его друзей напряглась, нервно поправила волосы. Он развернул ее к себе, посмотрел в глаза…

— Не переживай, малыш. Они тебя обожают. Жалеют, что я тебя не «забрал» раньше. Знала бы ты, как они меня разносили, когда ты сбежала от меня…

Кир притянул свою Еву к себе и поцеловал в лоб.

— Всё будет хорошо, обещаю.

Пока Ева убежала на второй этаж. Кир спустился в подвал, включил котёл, как просил отец.

Но уже на полпути к кухне Кир усмехнулся про себя и покачал головой, вспоминая слова отца, что дом стынет:

Конечно, стынет. Особенно когда дома — девушка сына. Отец, ты хитрец…

Его улыбка стала шире, почти детской.

Он понял, что отец специально оставил его с Евой… наедине… Кир не стал делиться этой мыслью вслух, просто запомнил.

* * *

Спустя час хлопнула входная дверь, и в зал, как к себе домой, ворвались друзья Кира: Глеб, Артём, Саша… и… Серафима.

Сима стояла напряжённая, руки скрещены на груди, и недоброжелательно сверлила взглядом Глеба, который, между прочим, выглядел до неприличия довольным, и подталкивал Симу подальше от выхода.

— Вот, — объявил Глеб. — Подруга твоей Евы захотела помочь нам с делом. Добровольно, почти.

— Неправда, — спокойно сказала Сима. — Этот кроманьонец остановил машину Дениса, подрезав его, а потом вытащил меня, и только потом отпустил моего друга.

— Зато ты приехала, — подмигнул Глеб. — Значит, не зря… Плюс впечатлил тебя своей техникой вождения.

— Ладно… Я и правда хочу помочь Еве, чем смогу.

— Проходите давайте, — Кир сдержал улыбку и пригласил всех внутрь.

А Глеб между делом, по ходу, склонился к Симе:

— Серафима, а ты знала, что кроманьонцы были весьма привлекательны? — протянул Глеб, следуя за ней. — Могла бы назвать меня австралопитеком, было бы обиднее. Ты ведь специально сделала мне комплемент. Кроманьонцы… ммм… подсознательное, Сим?

— Не льсти себе, ты максимум… доисторическая заноза, — буркнула Сима и устроилась в кресле, скрестив руки на груди.

В это время друзья Кира, бурно обсуждая что-то важное, уже растаскивали треугольные куски пиццы, блаженно жуя, кто-то ставил на стол напитки и чипсы.

Сима оглядела стол, и особенно коробочки с напитками.

— Морс? — удивилась она, когда ей протянули стакан.

— Мы не пьём алкоголь, принцесса, — подмигнул Глеб, облокачиваясь на спинку её кресла. — У нас всё по-серьёзке. Это принцип настоящих мужчин.

И в этот момент с лестницы спустилась Ева.

В платье-рубашке до колен, в махровых носках и с собранными волосами она выглядела… домашней. Слишком милой, чтобы быть частью плана с маньяком.

Кир тут же подошёл, взял её за руку, притянул к себе. Ева обняла его.

— Привет, Ева. Отличные носки. Сама связала? — усмехнулся Артем.

— Нет. Сама стащила у Кира, — парировала она.

Все рассмеялись, атмосфера сразу потеплела.

* * *

— В общем, Кир, — начал Саша. — Мы кое-что нарыли.

Пока раздавали пиццу и морс, ребята делились свежей информацией о Сергее. Подтвердилось: у него есть связи в городе, но держаться эти связи на пресловутом шантаже… Да и то, все это по слухам... А вот легальных рычагов у него почти никаких. Но было ясно, что он мутный тип. Хитер. Профессиональный манипулятор. И явно обеспокоен тем, что Ева теперь с Киром.

— Ясно, — хмуро сказал Кир. — У него, видимо, компромат на каждого своего «друга». С его-то пристрастием к скрытым камерам и прослушке… Вуайерист хренов.

— Именно, — подхватил Глеб. — И знаешь, как его поймать? Такого прошаренного, стоумового мудака? — Глеб подкинул орешек и поймал его на лету ртом. — На живца. Вернее, на Еву.

— Нет! — ответил Кир