Министр товарища Сталина 2 - Ал Коруд

отказывались принимать этот факт. Выросшие ставки ФРС ввергли американскую экономику в глубокую депрессию и дефляцию. Но за жёсткий золотой стандарт держались так долго не из-за экономической ортодоксальности. Это произошло потому, что направляющие Уолл-стрит влиятельные силы — Денежный Трест — были твёрдо настроены не жертвовать своей целью. А цель — создание управляемой США глобальной валютной державы через золотой обменный стандарт. Его «Дж. П. Морган и К°», Бенджамин Стронг, Диллон, Рид, Эдвин Кеммерер и ведущие финансовые элиты Соединённых Штатов выстроили на пепле Первой мировой войны.

Они испытывали мало угрызений совести по поводу погружения экономики США в самую тяжёлую в американской истории депрессию в своей бесплодной попытке вырвать из рук Англии глобальную финансовую власть. В этом и заключался тот ужас, что захватил страну. Миллионы человеческих жизней и десятки миллионов судеб поставили на грань из-за неуёмной жажды власти. Запомните это хорошенько, друзья!

Делаем перерыв на чай: парням нужно время для переосмысления, а мне — освежить горло.

— В отличие от событий в Соединённых Штатах после 1931 года, британский фунт стерлингов плавал свободно, без привязки к золоту. Его девальвация приблизительно на 40% подняла британский экспорт и смягчила воздействие мирового краха. Довольно быстро другие европейские страны тоже оставили золотой стандарт, за исключением Франции. США тем временем цеплялись за дефляционный золотой паритет до апреля 1933 года. Стечение обстоятельств этих кризисов привело к возросшей роли федерального правительства в американской экономической жизни. Это приняло форму Нового курса Франклина Делано Рузвельта, когда первый с Первой мировой войны президент-демократ вошёл в должность 4 марта 1933 года. Большинство программ восстановления Рузвельта в действительности продолжали или выполняли многие из инфраструктурных проектов, которые начал невезучий Гувер.

С самого начала Великой Депрессии в 1931 году и до пика военных расходов в 1944 году американский правительственный долг вырос с 29% от ВВП до более чем 130%. Одновременно доля расходов на общественные нужды во всей национальной экономике повысилась с 12% в 1931 году до более чем 45% к 1944-му. Великий проект Бенджамина Стронга сделать Нью-Йорк и Уолл-стрит банкирами Европы и всего мира существенно исказил структуру глобальной финансовой системы, международной торговли и экономического развития. Это и привело к их окончательному и неизбежному краху. Потребуется ещё шесть лет внутренней экономической депрессии, корпоративной реструктуризации и подготовки к новой большой войне в Европе, чтобы полностью преодолеть это поражение Уолл-стрит и вытеснить Британскую империю как доминирующую силу в мире. Вдобавок потребуется окончательное уничтожение возрождающегося как будущий конкурент американской гегемонии Германского Рейха.

Слушатели сделали стойку. Они внимали каждому моему слову.

— Этот процесс называется, товарищи, Второй мировой войной. В действительности он продолжал нерешённые геополитические проблемы Первой мировой войны. Это колоссальное и трагическое сражение между двумя державами — Германией и Соединёнными Штатами — за право стать преемником Британской империи в качестве основной мировой державы. По крайней мере, именно так рассматривали это ведущие элиты в американском истеблишменте. Сомнительно только — лелеяли ли когда-либо немецкие элитарные круги серьёзно идею глобальной абсолютной власти. Очевидно, они не делали этого до 1914 года и, по всем признакам, даже в течение 1930-х. Для этого Гитлер слишком сильно боялся мощи Британской империи.

Однако не могло быть сомнений, что у Денежного Треста США действительно имелись идея и намерение создать глобальную абсолютную державу, неофициальную финансовую империю, обеспеченную самыми мощными вооружёнными силами в мире. Чтобы решить эту задачу, они нуждались в новой мировой войне. Федеральная резервная система должна и здесь сыграть решающую роль. Первая попытка влиятельных нью-йоркских банков, за которыми стоял частный Федеральный резервный банк Нью-Йорка, оказалась катастрофической неудачей. Неудача погрузила Соединённые Штаты в худший в их истории финансовый кризис с цепной реакцией банковских банкротств и годами депрессии. Не прошло и десяти лет, как Уолл-стрит и влиятельные семьи, стоящие за её спиной, оказались готовы сделать свою вторую, удавшуюся заявку на глобальную власть.

— Группа Рокфеллера вместе с многочисленными руководителями связанных с ними корпораций (от Генри Форда до Дюпонов) давно увлекалась европейскими моделями управления: «фашистским корпоративизмом» по Муссолини и даже германским нацизмом. Уолл-стрит и основные промышленные лидеры США традиционно были настроены против рабочих и тяжелы на подъём, если дело касалось уступок остальному населению. Они восхищались способностью Гитлера и Муссолини в начале 30-х годов вымуштровать дисциплинированных рабочих и раздавить профсоюзы и политические партии — без разницы, социалистические, демократические или коммунистические.

Однако для их фашистских симпатий перед войной существовал гораздо более сильный геополитический стимул. Они, как и их собратья из британского «Круглого стола», хотели масштабной войны — войны между двумя пугающе сильными евроазиатскими конкурентами американской гегемонии: между Россией и Германией. Они хотели войны, в которой две великие силы (большевистский СССР и гитлеровский Третий Рейх), «терзая друг друга, истекли бы кровью до смерти».

В 1941 году, к моменту вступления США в войну, «Стандарт Ойл» из Нью-Джерси (позже переименованная в «Эксон») была крупнейшей нефтяной компанией в мире. Она контролировала 84% всего топливного рынка США. Её карманным банком был «Чейз Банк», контрольный пакет акций которого принадлежал семье Рокфеллеров и их необлагаемому налогом фонду. Следующим крупнейшим владельцем акций «Стандарт Ойл» после Рокфеллеров являлась фирма «И. Г. Фарбен» — громадный нефтехимический немецкий трест, жизненно важная часть немецкой военной промышленности, с которым американцы вели дела ещё с 1927 года.

— Вскоре после захвата власти Гитлером в 1933 году Тигл по просьбе личного политтехнолога Рокфеллеров Айви Ли договорился собирать и переправлять «И. Г. Фарбен» и нацистскому правительству информацию о реакции США на перевооружение Германии. А обратно — о политике Третьего Рейха по отношению к церкви и учреждении гестапо. Задачей Ли являлось формирование пропагандистской кампании в США в поддержку Германии и развитие симпатий к Третьему Рейху. Примечательно, что новое партнёрство объединило племянника Джона Д. Рокфеллера Авери Рокфеллера (представлял интересы семьи), барона Бруно фон Шрёдера из Лондона и его двоюродного брата барона Курта фон Шрёдера. Последний руководил «Дж. Эйч. Штайн Банк» в Кёльне и был директором Банка международных расчётов в Базеле. «Дж. Эйч. Штайн Банк» сыграл ключевую роль в первоначальном финансировании Гитлера в далёком 1931 году. Он выступил посредником для крупной немецкой промышленности через организацию «Харцбургер Фронт» во главе с Ялмаром Шахтом, Фрицем Тиссеном, генерал-полковником Хансом фон Зектом и множеством других людей. Эти люди поддерживали Гитлера на ранней стадии немецкого экономического кризиса как потенциального гаранта власти.

Д еятельность банка Шрёдера — Рокфеллера управлялась парижским отделением «Чейз Банк», которое продолжало функционировать в