Вступай в Культ - Вова Бо

Но тем не менее я наконец ступил на обычную землю, развернулся, каменный шип выстрелил и замер в считаных сантиметрах от моего лица. И лишь когда он начал медленно втягиваться обратно, я позволил себе выдохнуть.

Из шипов передо мной сложился целый утёс, затем на него медленно взошло существо, отдалённо напоминающее каменного льва с гривой из мелких кольев. Существо остановилось на краю и посмотрело на меня тёмными провалами каменных глазниц.

— Не шевелись, — прошептал я.

— Что это такое? — так же шёпотом спросил Курама.

— Стихийный дух. Камня. Он разумен и очень зол, потому что мы буквально ему по хвосту прошлись.

— Ты прошелся, я рядом стоял, — Курама медленно бочком начал отодвигаться от меня подальше.

Самое обидное, что Суббота тоже. Я же не знал, как общаться со стихийными духами, это Роджер умеет. Может, ещё Коричка, но точно не я. Поэтому сделал единственное, что пришло мне в голову.

Сложил ладони возле груди. Универсальный знак мира странников. На всякий случай ещё и коротко поклонился.

Лев смотрел на меня пять секунд, и это были самые долгие секунды в моей жизни. То, что мы находились на земле, ничего не значило. Я не сомневался, что вся гора — это и есть стихийный дух. И ничего не помешает ему передвинуть гору в любое другое место.

Но вместо этого утёс начал медленно опадать, лев развернулся и побрёл обратно к шпилю, постепенно погружаясь всё глубже в камень, пока вовсе не растворился в нём.

И лишь в этот момент я позволил себе облегчённо выдохнуть и выпрямиться.

— Пронесло, — прошептал я и посмотрел на свои руки. Дрожали. — Что ж, плохая новость в том, что осмотреться нам не дадут.

— Дай угадаю, хорошая в том, что мы до сих пор живы?

— Нет, это очевидная. Хорошая, что мы выяснили, кто на этой равнине главный альфач.

— И что это нам даёт?

— Безопасный ночлег. Огибаем гору и разбиваем лагерь прямо под ней. Прямо под открытым небом. Нас никто здесь не тронет. Главное, смотреть, куда наступать.

— Етить у вас тут весело в глубине, — покачал головой Курама. — Можно я домой пошел, ну вас нахрен.

— А вдруг я бешеный и меня ликвидировать надо будет?

— Шутишь? Давай сам как-нибудь поднапрягись. Очевидно, моя помощь тут не требуется.

* * *

Полуостров нежити многие иногда называли Глоткой, хотя никто не понимал, откуда пошло такое название. Но когда оказалось, что в самом центре находится огромный колодец в глубину, так ещё и расположенный в недрах земли, название быстро вспомнили.

Теперь оно казалось настолько очевидным и как нельзя более подходящим, что слово буквально ворвалось в обиход.

Битва под Глоткой, как стали называть недавний поход, принесла много перемен. Нежить разбили, это правда. Почти подчистую. Но защитники Алеппо потеряли ещё больше. Живыми в город вернулась лишь треть, хотя многие из них осели где-то по пути.

По городу ходили слухи, что за стеной внезапно появился боевой лагерь, взявшийся неизвестно откуда. И по неведомым причинам часть наёмников осталась именно в нём. Разумеется, никто в городе в такую чушь не верил, кроме родни пропавших бойцов. Они хватались за волшебный лагерь, как за спасительную соломинку. Надеялись, что именно там найдётся их брат, отец, муж, сын…

Но проблема была в другом. Чаще всего пропавшие бойцы возвращались, только в окружении другой нежити. Да, мертвяков разбили, но вместо них встали новые. И даже не это было главной проблемой.

Выжившие рассказали, что случилось в Лагере-под-Горой. Про дракона, про провал в Бездну, про тот ад, что там творился. Дракона вроде как победили какие-то неизвестные спириты. И хотя никто этого не видел, сам дракон также не появлялся.

Зато все точно видели сотни глубинных тварей, что лезли из Глотки. И сейчас, спустя несколько дней, все жители Алеппо могли разглядеть их своими глазами. Правда, твари тоже стали нежитью.

Дохляки оккупировали Глотку и теперь могли непрерывно пополнять свои ряды за счёт монстров, что лезли из глубины чуть ли не каждую неделю. Стену некому защищать, так что сейчас на ней выстроилась шеренга мертвяков от края до края. И они стоят на ней, словно несут вечный дозор. Только вот смотрят все как один в сторону Алеппо.

Руководство города прекрасно понимало своё положение. Церковь потеряла веру, город потерял бойцов, нежить с каждым днём становилась всё сильнее. Были отправлены запросы помощи во все соседние города и в саму столицу Королевства. Только вот ответ был до смешного простым:

«Держитесь».

У Королевства сейчас своих проблем по горло, потому что церковь Форсайта воюет с некоторыми домами внутри Королевства, и уже начались стычки на границе с Республикой. Все силы приведены в максимальную боевую готовность, так что маленькая кучка нежити на краю карты никого особо не волновала.

Что там говорить, в высоких кабинетах не у всех были карты такого размера, чтобы в них влезло захолустье под названием Алеппо.

Поэтому у мэра города не оставалось иного выбора, кроме как держаться. Стоит открыть ворота и попытаться вывести население, как люди тотчас станут лёгкой добычей, прецедент уже был. Единственное, что спасало, это какие-никакие стены.

Мобилизовали всех, кто способен держать оружие, город был готов как к осаде, так и к кровопролитной битве. Но все понимали, что спасти их может лишь чудо.

Единственный, кто чуда не ждал, так это пожилой бывший старший администратор городской управы Алеппо, а ныне главный управляющий центра оздоровления спиритов, как он сам называл особняк. Название ему совсем не нравилось, но другого Дейв Карли ещё не придумал, хотя очень старался. Ведь название — половина успеха.

— Вызывали, господин Борроуз? — замялся Дейв перед входом в роскошный белый шатёр, украшенный символикой церкви Апола.

— Заходи, — раздался голос.

Пара восставших паладинов рыкнули на Дейва, отчего у старика подогнулись колени, но затем всё же нежить расступилась, освобождая проход.

Дейв вошёл внутрь и посреди роскошного убранства увидел широкий стол, за которым сидел сам командующий Борроуз. Сейчас он был в человеческом обличье, но старик уже знал о его истинной сути.

— Твоё лицо кажется мне знакомым, — задумчиво произнёс Борроуз.

— Дейв Карли, господин, — поклонился управляющий. — Раньше я работал в городской управе, мы несколько раз встречались при реконструкции форта. Я согласовывал выделение бюджетных средств и отвечал за рабочих.

— Хм, вот оно как. Я требовал переговоров с главным в особняке. Это ты?

— Да, господин. Был ещё один человек по имени