Моя история. Автобиография Альбано Карризи - Альбано Карризи

жуткий скандал, основанный на клевете. С подачи редактора утверждалось, что я – настоящий монстр, уничтожающий крупнейший лес Апулии для построения курортного поселка, где собираюсь проводить дискотеки, публично и лицемерно воспевая честь и порядочность. Я собирался разбить грязному сплетнику лицо, но меня вовремя остановил мой дорогой друг Вилли Молко, в то время занимавший должность заместителя редактора еженедельного новостного журнала «Oggi».

Вот так непросто мне пришлось. Я так и не дождался от него опровержения, но со временем, слава Богу, правда восторжествовала. Вот на что способен человек, движимый чувством мести!

Однако и это еще не все. После нашей победы в Сан-Ремо, когда второе место занял Тото Кутуньо, нашелся еще один тип, неназываемый мною импресарио, которому не пришелся по вкусу наш триумф.

Этот «синьор» уже пытался насолить мне много лет назад, публично распуская слухи, что я, что бы это ни значило, приношу неудачу.

Окрыляющий и прекрасный мир шоу-бизнеса имеет темные стороны. Возможно, дело в том, что он частично функционирует по детским законам – иногда достаточно глупого слуха, чтобы тебе объявили бойкот. Никто из представителей иных сфер деятельности не стал бы воспринимать заявления сплетника всерьез – но речь идет о работниках культуры, которые серьезно относятся к такому нелепому суеверию. Если в обычной жизни подобные люди попросту демонстрировали нехватку ума, то на эстраде к их заявлению прислушиваются, запуская самое настоящее сарафанное радио. Болтовня нередко приводит к самым плачевным последствиям, вплоть до творческого краха жертвы. Не секрет, что подобные схемы – хитрый способ избавиться от конкурента.

Что касается ситуации с тем импресарио, то мне пришлось незамедлительно отреагировать. Нет, я и не думал оправдываться, предпочтя вести борьбу его собственным оружием.

«Завидев этого типа, тщательно прикрывайте свои деликатные места, – объявил я, – а то подцепите что-нибудь ненароком».

Не могу сказать, что горжусь этим поступком, но в то время речь шла о выживании. В результате он, вроде как, понял, что зря чесал языком, и свернул планы по моей дискредитации.

Но это еще не конец. Стоило нам выиграть в Сан-Ремо, как клеветник-импресарио, обиженный тем, что его артист занял второе место, возобновил атаку с новой силой. Он снова прибегнул к своей верной стратегии – лжи, заявив на этот раз, что я, якобы, больше не собираюсь выступать в Италии, поскольку победа пробудила во мне жажду наживы. Прочитав о себе очередную чушь, я влетел в пресс-центр АНСА[74] с требованием немедленно распространить опровержение: в моем концертном расписании нет Италии, потому что уже давно намечено в турне в Испанию! Разумеется, я не собирался сжигать мосты со странами, которым обязан карьерой, и публикой, которая меня обожала. Единственная причина, по которой тем летом я не давал концерты в Италии, заключалась в том, что испанский тур был организован и расписан по дням намного раньше и Фестиваля, и нашей победы.

35. Маленькая Америка в Челлино-Сан-Марко

Разумеется, хорошего было гораздо больше.

Публика ждала нас, а успехи следовали один за другим.

В мае 1985 года мы с Роминой представили Италию на песенном конкурсе «Евровидение», который проходил в шведском Гетеборге, и заняли седьмое место с композицией «Magic, Oh Magic» («Магия, о, магия»).

Через год мы подписали контракт с WEA[75] на запись альбома Sempre sempre, получившего хорошее продвижение по всей Европе. В 1987 году мы вернулись в Сан-Ремо с песней «Nostalgia canaglia» («Проклятая ностальгия») и в этот раз заняли третье место. Мы как раз ожидали пополнения в нашей семье, и Ромина вышла на сцену конкурса в интересном положении. В 1989 году мы снова приехали на мой любимый фестиваль, заняв третье место с «Cara terra mia» («Моя дорогая земля»), а в 1991 году – вошли в число финалистов с «Oggi sposi» («Молодожены»).

Незабываемые годы. Колеся по всему миру, мы неизменно возвращались в наше окруженное лесом поместье – дом, что хорошел день ото дня.

Постепенно жилище пополнялось находками и сувенирами из разных стран и вскоре превратилось в музей, способный рассказать нашу историю. Дети росли на полпути между итальянской и американской культурами и хотя с раннего возраста говорили по-английски, мы отправили их учиться в школу базы ВВС США в Сан-Вито-деи-Норманни, примерно в 30 километрах от Челлино.

Решение было продиктовано несколькими причинами: во-первых, мы хотели познакомить их с американской культурой, а во-вторых – чтобы в школе никто не шептался о них как об «отпрысках Аль Бано и Ромины Пауэр». К счастью, на базе их воспринимали буднично – детьми итальянца и американки.

Тогда-то мне в голову и пришла идея создать «Маленькую Америку».

Привозя детвору на базу ВВС США, мы обзавелись хорошими друзьями. Ромина, например, играла в софтбол с женами военнослужащих в команде «Медвежонок Пух». Я же познакомился с необыкновенным человеком – капитаном Джимом Мартисом. Вместо руки, которую потерял во Вьетнаме, он использовал какой-то крюк, прикрепленный к плечу, и при этом умудрялся играть в бейсбол! Я высоко ценил его целеустремленность и закалку: то был человек, который никогда не сдавался.

Когда я пригласил его в наш дом, он оказался очарован лесом и покоем, царившим в поместье. Мартис поинтересовался, не сдается ли здесь какая-нибудь квартирка, а в ответ я предложил ему подождать пару месяцев. За это время я спешно отремонтировал старое здание в массерии, где сначала находился склад, а затем – курятник. Вскоре на его месте возникла двухэтажная квартира из камня и дерева, где и поселился Джим, став первым американцем в нашем маленьком раю.

Я неспроста назвал его первым: с тех пор, как капитан поселился у нас и рассказал об этом коллегам, многие их них захотели последовать примеру и снять жилье в поместье «Боско»[76], как оно теперь называлось. Местная природа словно сошла со страниц приключенческого романа, а ее просторы напоминали Шервудский лес, где Робин Гуд и его спутники вели лихие, но благородные дела.

С появлением американцев из Сан-Вито-деи-Норманни в поместье выросла настоящая деревня. Как в Соединенных Штатах было множество Маленьких Италий, районов, где жили итальянские эмигранты, так и в Челлино родилась Маленькая Америка.

Так я убил двух зайцев: во-первых, получил возможность проводить выходные и праздники с друзьями, а во-вторых, поскольку офицеры круглосуточно находились под присмотром военной полиции за пределами базы, на территории поместья постоянно дежурил патруль. Разумеется, это служило отличным сдерживающим фактором для любых злоумышленников. В то время в Италии промышляли организованные бандформирования. Они похищали людей и требовали выкуп. Я опасался, что однажды подобные негодяи доберутся и до моих детей, но с появлением военных мы наконец могли спать спокойно.

Так продолжалось до 1993 года, пока не