Ведьмак поневоле - Вадим Владимирович Чинцов

мощь русов до сих пор была несокрушимой, и будем ожесточенно сражаться за свою жизнь. Не пристало нам возвращаться на родину, спасаясь бегством; мы должны либо победить и остаться в живых, либо умереть со славой, совершив подвиги, достойные доблестных мужей!»

— Слава не погибнет — заверили воеводы князя. И поклялись сложить головы, но не посрамить славы русской.

Следом клятву принесли все воины, а волхвы скрепили клятвы жертвоприношениями. 22 июля русские снова вышли в поле. Князь приказал закрыть ворота, чтобы никто не мог вернуться за стены. Русы сами ударили по грекам, и их атака была такой яростной, что противник дрогнул и стал постепенно отходить. Сам Святослав врубался во вражеские ряды как простой воин. Видя, что его фаланга отступает, византийский император повёл в бой «бессмертных» (элитное подразделение византийской армии, сформированное по инициативе императора Иоанна Цимисхия во время войны с русами. Тагма «бессмертных» входила в состав элитных центральных подразделений армии Византийской империи. Бессмертные представляли собой отряды тяжёлой кавалерии катафрактов.

Логофет евнух Никифор старался всеми силами набрать новое войско, взамен уничтоженного турками. Для этого он собирал людей, рассеявшихся по Азии и служивших кое-где по найму, надел на них латы, дал им щиты, заставил носить шлемы и копья. Поставив над ними одного из вождей человека умного и способного к обучению воинов (это был Константин Каппадокийский, человек, по своему происхождению, близкий к василевсу Михаилу, вместе с ним воспитывавшийся и походивший на него нравом), он тренировал их и, при его помощи, научил военному делу. Они твёрдо держались в седле и ловко владели оружием. Но дав им образование внешнее, Константин образовал, кажется, и их души. Желая приучить их к ловкости во время сражения, он снимал с древков острые наконечники и, разделив воинов на отряды, ставил их один против другого и приказывал им, со всей силой понуждая коней, нападать строй на строй и быстро бросать друг в друга копья. Тех, которые отважнее приступали к этому делу, причислял он к первому разряду воинов; а кто в подобных схватках отличался часто, тех называл бессмертными. Таким-то образом все, поступавшие в эту фалангу, стали носить название Бессмертных)

По флангам русской рати ударила вражеская бронированная конница. Это приостановило натиск «варваров», но русы продолжали атаку, не считаясь с потерями. Их натиск был просто чудовищным. Обе стороны понесли тяжелые потери, но кровавая битва продолжалась. Неожиданно началась сильная гроза, поднялся сильный ветер. Тучи песка ударили в лицо русским воинам. Затем хлынул ливень. Русским пришлось укрыться за стенами города. Греки приписали буйство стихии божественному заступничеству. Цимисхий, потрясённый сражением и опасающийся нового боя или плохих новостей из столицы, если осада будет продолжена, тайно предложил Святославу мир. Басилевс настаивал, чтобы русы сами обратились с мирными предложениями. Цимисхий считал умалением своей чести самому искать мира. Он хотел казаться Византии победителем. Святослав удовлетворил его тщеславие. Свенельд со свитой прибыл в византийский лагерь и передал предложение мира.

Два правителя встретились на Дунае и договорились о мире. Греки пропускали воинов Святослава на Дунае. Даже дали в дорогу хлеб. Русский князь соглашался уйти с Дуная. Доростол русские оставляли. Ромеям отдали всех пленных. Русь и Византия возвращались к статьям соглашений 907–944 гг. Стороны снова считали себя «друзьями». Это означало, что Константинополь снова платил дань Руси. Также Цимисхий должен был направить послов к печенегам, чтобы они освободили дорогу.

Таким образом, Святослав Игоревич избежал военного поражения. Мир был почётным. Византия снова считалась «партнером» и платила дань. Однако Болгарию, на которую у русского князя были большие планы, пришлось оставить и там устанавливалось византийское господство. Поэтому Святослав желал продолжить спор за дунайские земли, издавна принадлежавшие славяно-русам. Святослав отправил в Киев Свенельда с большой частью рати, она шла по суше. Сам с малой дружиной остался на Белобережье, на острове дунайской дельты, и зимовал там. Князь ждал прихода с Руси новой большой рати, чтобы продолжить сражение на Болгарию.

Наконец Аделя вернулась мыслями на грешную землю и, направилась к стоявшему на возвышении золотому Престолу, изготовленному из золота из последней добычи Святослава. Сев на золотой трон в виде ажурного, будто плетенного из золотых шнуров кресла, украшенного драгоценными камнями, повелела — Вызови-ка третью Верховную ведьму и Верховного жреца Волкодлаков.

Веденея приложила два сложенных пальца, указательный и средний к виску, мысленно связавшись с нужными людьми, затем прошла к трем простым деревянным креслам, украшенным только искусной резьбой, стоявших перед Престолом и заняла одно из них. Во второе кресло села появившаяся через пять минут рыжеволосая Ярослава, чье имя значило — «славящая Ярилу-солнце». Ярослава была одета в шелковый изумрудного цвета сарафан, одетый на простую белую льняную рубаху с небогатой вышивкой. На голове ведьмы был золотой венец с огромным изумрудом размером с голубиное яйцо, обрамленный крупными брильянтами, закрепленные на венце в районе висков висели рясны из мелких изумрудов, опускающиеся чуть ниже плеч.

Третье кресло ждет Аделю после появления Ведьмака.

Отворилась и неслышно закрылась тяжелая, обитая сталью дубовая дверь — вошел жрец-волхв Радомир (радеющий о мире), огромный, под два метра ростом, на лице которого совсем не читались прожитые им почти три сотни лет — ему можно было дать и тридцать и пятьдесят, присмотревшись к морщинам около внимательных глаз с ярко-зелеными зрачками. Подбородок Радомира был выбрит, над верхней губой росли длинные усы, голова у него была выбрита, но с одной стороны, ближе к середине, свисал клок русых волос чуб-оселедец, свисающий к левому уху — признак знатности рода, как в глубокой древности у его предков варягов-русов. Широкая грудь напоминала бочку, мышцы и жилы змеями оплетали его тело. В одно ухо была вдета золотая серьга, украшенная крупным рубином. На мощных предплечьях были боевые позолоченные браслеты, которыми можно было остановить даже меч. На шее виднелась татуировка мирового дерева, остальное скрывала безрукавка из меха волка.

Жрец Велеса одновременно почитал и Перуна, Бога воинов, несмотря на войну между Велесом и Перуном, причиной которой стала банальная борьба за власть. Велес хотел доказать, что он могущественнее Перуна, но, проиграл. Несмотря на его поражение, славяне не перестали поклоняться «скотьему богу», хотя несколько опасались его. Своим Велеса считали колдуны и маги, что старались заручиться его поддержкой с помощью оберегов.

В руках жреца был дубовый посох, на одном конце которого был закреплен булатный наконечник копья. Жрец сел недалеко, в десяти шагах слева от трона на удобную лавку с выгнутой спинкой, обитую войлоком — Что случилось, Аделя? Меня отвлекли от занятий с отроками.

— Похоже, мы все-таки дождались нашего Пастуха, только вот есть одна загвоздка — в