Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

В общем, с Эдгарс мы договорились на совместные продажи мази с дополнительным воздействием. Главное теперь, чтобы она машинально не начала пробовать это воздействие на мне. А то почувствует во мне дар Жизни, тут-то и плакала моя маскировка.

Интерлюдия. Тея Нейгарт и чернильные пальцы

Когда Тея в детстве училась писать, пальцы у нее постоянно были в чернилах — никак не удавалось аккуратно! Гувернантка настаивала, чтобы в таком случае Тея брала перо только через носовой платок, и Тея честно старалась так и делать — но платок в таком случае ужасно мешался, строчки разъезжались, буквы съезжались вкривь и вкось и гувернантка отчитывала уже за это.

Чернильные пятна на пальцах благородной дамы — очень дурной тон. Кто-нибудь может решить, что она щеголяет ученостью, а это недопустимо.

Когда Тея, уже став подростком и открыв в себе дар мага Воды, узнала, что, оказывается, чернильные пятна неизбежно образуются на пальцах абсолютно всех, кто пишет, чертит или рисует, она решительно сказала, что не будет обращать на это внимания. Просто не будет, и все. Если чернильные пятна — признак ученого, значит, она будет гордиться своими научными занятиями!

Но с тех пор у Теи не было случая приобрести несмываемые пятна, вот в чем дело! Да, она многому выучилась у своей наставницы, но навыки были в основном практическими. А потом Тея заболела, и в основном читала — писать не было сил, да и незачем вроде бы… И вот теперь.

— Как вы, Тея? — с улыбкой спросила Альмикен Карсен, входя в кабинет мага Огня. — Быть может, хотите перекусить? По-моему, нашему повару сегодня необыкновенно удался пирог с ревенем.

— Благодарю, Альмикен, — с улыбкой ответила Тея. — Я, пожалуй, закончу на сегодня. Глаза уже побаливают.

Кабинет Карсена был ярко освещен: маг Огня создал несколько летающих светящихся сфер специально для этой цели. Однако книга, которая Тея упросила его ей показать, никогда не проходила через печатный станок или типографию. Это был рукописный фолиант, переплетенный в ярко-оранжевую кожу, судя по текстуре принадлежащей зверю вроде крокодила. И тот, кто его писал, тоже не отличался идеальным почерком писаря, причем принялся он за свою работу давненько — чернила, явно дорогие, почти не выцвели, а вот бумага очень сильно потемнела, и разбирать написанное стало сложнее. Хорошо, неведомый переписчик по крайней мере не экономил место на странице, не то было бы совсем невозможно!

К сожалению, он также не экономил и слова, перемежая то, что казалось Тее дельными инструкциями, множеством отвлеченных рассуждений и славословий в адрес Императора!

Поэтому Тея писала конспект. Краткое изложение, отдельные выдержки — назовите, как хотите. Писала небыстро, вчитываясь, чтобы понять как можно лучше — потому что делала она это не для себя, а для Влада. То есть для себя тоже, но это второстепенно: у нее и так, как говорил Аксель, получалось неплохо, а Водному магу больше и не нужно.

Но все же Тее удалось сделать вид, что она заинтересована в портальной магии просто до невероятия и упросила Акселя походатайствовать перед Карсеном, чтобы он дал ей кое-что посмотреть.

Что он и сделал.

Тайту Карсен выслушал их обоих, погладил бороду и сказал:

— Ладно, Тея, раз уж вы так интересуетесь — грех будет отказать! Водный маг с хорошими, глубокими знаниями в портальной магии — это редкость! Большинство, увы, узнают только то, что им самим нужно для работы — а в теорию глубоко не лезут. Вон как этот хмырь.

— Я — лезу, — не остался в долгу Нелин, — а то как бы ты со мной работал? Просто наша барышня хочет уж совсем… эзотерику. У меня для этого голова не приспособлена, я и математики столько не знаю!

— Ладно-ладно, — усмехнулся Карсен, — извини, ты и правда хорош! — потом строго поглядел на Тею. — А с математическим-то аппаратом разберетесь? Или вам учителя математики тоже подыскать? Увы, у меня самого времени категорически нет.

— Думаю, я справлюсь, — сказала Тея. — У меня был неплохой репетитор. Но если окажется, что не понимаю, обращусь к вам.

Про себя она подумала, что Влад наверняка отлично знает математику — у них как-то возник об этом разговор, и хотя Тея с ужасом узнала, что он даже таблицу умножений до двадцати пяти не выучил (это выучили даже «братцы» Нейгарты — не знать таблицу умножения неприлично, как же ты иначе будешь считать деньги?), он зато прекрасно разбирался в геометрии и даже про интегралы и производные знал! А это ведь уже совсем высший пилотаж. И при этом считал в уме совсем плохо! Странный перекос, но Влад объяснил ей, что просто в его мире считают все с помощью странной магии их мира, которая позволяет создавать сложные вычислительные машинки, и делать их такими простыми и дешевыми, что их буквально выдают детям для игры! Поэтому считать в уме почти никто не учится.

— Да будет так, — кивнул Карсен. — Но увы, выносить из дома я эти книги даже вам не могу разрешить — я дал слово. Придется вам работать у меня в кабинете.

— Большое вам спасибо! — Тея сложила в благодарном жесте. — А не доставит ли это вам неудобства?

— Работа у меня не кабинетная, — ухмыльнулся Карсен в усы. — Приходите по утрам — да и все. Кабинет почти с гарантией будет свободен.

Так что Тея поставила себе целью изучить все книги по огненной магии, которые Карсен счел возможным ей доверить — то есть те, которые касались портальной магии, интерес к другим разделам Тее обосновать не удалось.

Но даже это, она подозревала, станут для Влада большим подарком! Он и так освоил очень много огненной магии, частенько ему достаточно было посмотреть на какой-то фокус, и он уже знал, как его делать. Влад безумно умен и наблюдателен, Тея не переставала им восхищаться, и чем больше узнавала, тем больше восхищалась. Так что, быть может, даже ее конспект сможет серьезно ему помочь? Тея старалась сделать его максимально подробным, информативным и при этом четким.

Когда Альмикен позвала ее пить чай, Тея вдруг с удивлением поняла, что, кажется, она закончила с этой оранжевой книгой! Во всяком случае, очень похоже на то, что закончила. Логически раздел вроде бы завершен…

Она быстро перелистала страницы дальше. Тут еще довольно много, но вроде бы в основном рассуждения о природе разумности Огня — мол, это воля бога Огня или некая изначальная «субстанция», которая связана с богом лишь опосредованно, а потом еще целая