Жена для огненного дракона - Анна Гале

Настоящих прошений в стопке оказалось всего шесть. Двое поселян не поделили приплод от коровы, которую один продал другому. Вдова с пятью детьми просила понизить для нее семерину. Какой-то поселянин утверждал, что четыре года учился у лекаря, и теперь хотел сам принимать больных. Двое жаловались на постоянные кражи фруктов с плодовых деревьев. Ещё один просил подновить крышу дома за счёт казны поселения.

— Корову продал, значит, и ее приплод тоже принадлежит покупателю, — проговаривал Гарион вернувшемуся главе поселения, перебирая в руках шесть прошений. — Вдову от семерины освободить пока что на год. Дать ей денег из казны на корову, коз или кур, проследить, чтобы монеты были потрачены именно на это, и отчитаться мне.

— Господин Гарион, ваш батюшка в такие дела и не вникал никогда, — попытался вякнуть глава поселения и тут же умолк под взглядом дракона.

— Если лекарь подтвердит, что учил Вартина и что тот может принимать больных, так и пусть принимает, — продолжил Гарион. — Те, у кого воруют фрукты, сами разберутся — забор повыше ставить или собак во дворах заводить. Пока скажи стражу, пускай особо присмотрит ночью за теми дворами. А вот в честь чего тебе подновлять крышу дома за счёт казны? Ты не старик, не вдова с детишками, и жалование имеешь хорошее.

— Так ведь всегда при вашем ба… — глава поселения осекся. — Как скажете, господин Гарион. Подновлю за свой счёт.

— И смотри, узнаю, что прошения и жалобы у кого-то не принимаешь и мне не передаешь, — тут же лишишься места, — жёстко сказал Гарион.

На мой взгляд, лишиться места упитанному было бы неплохо прямо сейчас. Но хочет Гарион дать шанс главе поселения — его право.

Мы уезжали под песни довольных музыкантов и приветственные крики толпы. Что-то подсказывало мне, что ушлый начальник согнал народ на площадь и всеми правдами и неправдами заставил орать приветствия погромче.

В следующих трёх поселениях повторялась с небольшими изменениями одна и та же картина. Гарион интересовался, заплатят ли музыкантам за работу, и тут же выяснялось, что очередной глава искренне считает это лишней тратой монет.

— А за что тут платить? Они должны быть рады, что им вообще оказывают честь и зовут выступить, — был общий смысл ответов.

Дальше среди кипы ненужных приветственных бумаг Гарион выискивал несколько прошений — в основном, по всякой ерунде, которую могли решить на месте и без него. Гарион отменил или понизил семерину для нескольких семей в особо сложных обстоятельствах, поручил оплатить кому-то лечение из казны и восстановление сгоревшего дома. Вид у каждого главы поселения при этом был такой, будто платить придется из собственных сбережений.

Разумеется, себя начальники не обделили, вложив в стопку бумаг и собственные прошения. Один хотел за счёт казны обзавестись новой мебелью, другой — бесплатно лечиться у лекаря. Но самым замечательным по наглости было послание главы самого дальнего поселения с просьбой отменить лично для него и всей его родни семерину, ибо он в поте лица трудится на благо господина дракона.

— Как впечатление? — поинтересовался Гарион, когда мы возвращались назад, перекусив в этом последнем поселении.

Стол для перекуса своим богатством напоминал новогодний или свадебный из нашего мира.

— Неприятное, — процедила я. — Уверена, что каждый глава ворует монеты из казны и получает слишком много бесплатных услуг. Странно, что лекарь не согласился лечить того, лысого, без монет.

— Лекарь от него не зависит, — Гарион хмыкнул. — Если что, всегда может уйти, хорошими целителями везде дорожат. Согласен, главы поселений воруют, требуют от людей работать бесплатно и наверняка не принесли мне большую часть поданных прошений.

— А ещё не боятся лишиться своих мест, — отметила я.

— Потому что большинство драконов не вникают в дела поселений, главное — чтобы оттуда поступала семерина в достаточных количествах, — объяснил Гарион.

Я тут же представила у власти Квира и Гвира. Картина получилась печальная. Подозреваю, что эти бездельники не взглянули бы на стопки прошений, зато вкусно поели бы и наверняка потребовали бы музыку и представление.

— Но ты собираешься вникать, — сказала я.

— Собираюсь, — Гарион энергично кивнул. — Раз в две-три недели буду без предупреждения появляться там и узнавать, как дела. Скорее всего, кого-то из глав придётся уволить в назидание другим.

— Почему не всех? — спросила я.

— Хотя бы потому, что они уже знают, что и как делать, а новый человек будет вникать в управление поселением, — ответил он. — Обычно главы поселения заранее готовят себе замену — сына или любого молодого родственника.

Понятно, должность лакомая, а потому пожизненная — кто ж добровольно уйдет с такого хлебного места? — и передающаяся по наследству. Глава воротит в поселении, что хочет, зная, что дракон не станет вникать в местные порядки.

— А тебе не кажется, что слухов о твоём правлении будет ещё больше, чем обо мне? — я улыбнулась.

— Не сомневаюсь, — бесстрастно произнёс Гарион. — Но эти слухи меня мало волнуют. Я и так, по мнению большинства драконов, выжил из ума, поселив тебя в замке. Следующие мои поступки удивят их гораздо меньше.

— И что ты планируешь делать? — заинтересовалась я.

— Для начала — устроить так, чтобы лично до меня доходили все прошения, — неторопливо заговорил Гарион. — Пустить часть казны на нужные вещи вроде лечения бедняков. Заставить ночных стражей действительно работать по ночам.

— А они не работают? — уточнила я.

— У нас в поселении работают с тех пор, как я получил власть. А в остальных, скорее всего, просто получают монеты. Может быть, проходят по улицам вечером и утром, не больше того. Насколько знаю, обычно ночные стражи — родственники глав поселений, — объяснил Гарион.

Я понимающе кивнула. Дальше можно не объяснять, всё и так ясно. Платить стражу должны неплохо, а проверять, как он выполняет обязанности, никто не станет.

— Ещё я подумаю, какую работу можно дать тем, кто жалуется на нищету, — продолжал Гарион. — Хотя уверен, что большинство из них — обычные бездельники. А тех, кто действительно попал в беду, я собираюсь поддерживать монетами из казны.

Я тут же представила, как замок осаждают жители всех пяти поселений, пытаясь доказать, что каждому из них необходимо дать денег — и побольше. Надеюсь, Гарион четко обозначит критерии нуждаемости.

Глава 17

Туфли для званого вечера

В замке нас ожидала обувщица с готовым заказом: изящными туфельками, расшитыми цветочными узорами. Тонкий каблучок — сантиметров семь — на вид казался не слишком устойчивым, но мастерица заверила, что сделанные ею туфли за много лет