Шторм в сердце империи - Ян Анатольевич Бадевский

— Зачистить? — уточнил практичный Мусаев.

— Не спеши, — я начал планомерно осматривать вражеские гондолы, делая их прозрачными. — У нас ещё несколько минут.

Четыре цеппелина.

Остальные продолжают кружить над островом и водохранилищем.

Правда, голубые и оранжевые вспышки, а также зигзагообразные молнии давали понять, что в тылу противника творится неладное. Наши стихийники устроили там адский замес.

— Левитаторы — на сближение, — отдал я короткий приказ.

— Есть на сближение, — отозвался Демон.

Наши летуны-невидимки, подчиняясь мысленному распоряжению, помчались к чужим цеппелинам. А я, врубив непрерывную циркуляцию, начал по очереди делать гондолы бесплотными. Не целиком, только дно и палубные перекрытия. Удовлетворённо кивая, наблюдал за тем, как крохотные человеческие фигурки, размахивая руками, летят в чёрные воды Волчьего моря. Я попросту вытряхивал наших врагов из дирижаблей. Как муравьёв или какой-нибудь мусор.

— Добить, — приказал я.

— Кого? — не понял Демон.

Гадство. Я и забыл, что он не видит на большом расстоянии.

Пришлось пояснить:

— Всех, кто выпал из дирижаблей и барахтается в воде.

— Принято, — Демон тут же передал телепатическое распоряжение с помощью Ольги.

Ни в бинокль, ни каким-либо иным образом, я не мог рассмотреть левитаторов, отправившихся на зачистку. У меня их было не так много, человек пять-шесть, зато все — в чудо-комбинезонах Михалыча. Идеальная маскировка. Смерть, несущаяся на крыльях ночи.

Дирижабли продолжали плыть в нашу сторону по инерции, но внутри уже никого не было. Ради интереса я опустил бинокль ниже, чтобы рассмотреть происходящее на воде. И мы, и они двигались на высоте около пятидесяти метров, продолжая снижаться. А всё потому, что моя гвардия готовилась к высадке. Прямо сейчас пилоты сидели в мехах, запуская движки на холостой ход, проверяли бортовые системы и надёжность фиксации обвесов. Я знал, что опасной для человека при падении в воду считается высота свыше двенадцати метров. Пятьдесят — это уже без шансов на выживание. Но мы имеем дело с одарёнными, и рисковать я не хотел. Вот, пожалуйста. Двое или трое выпавших ухитрились сгруппироваться и нырнуть под правильным углом. Вот только я не заметил, чтобы кто-нибудь из этих ушлёпков ухитрился выплыть.

— Никто не выжил, — последовал логичный доклад Демона.

Я положил бинокль в нишу под приборную панель.

— Пусть покружат там ещё несколько минут и возвращаются к нашим бортам.

— Так точно, — кивнул Лютый.

— Никого не режем? — расстроился Мусаев.

— Всё будет, — заверил я.

Энергетические вспышки на острове уже были заметны невооружённым глазом. Очередной электрический разряд ударил в наблюдательную вышку, которая накренилась и начала медленно заваливаться на бок. Кто-то выпал и грохнулся о землю, по опорам побежали молнии…

Ещё одна вышка вспыхнула ярким пламенем и сгорела дотла буквально за несколько секунд. Рядом образовался выжженный чёрный круг.

Я вновь поднёс бинокль к глазам.

Берег острова стремительно приближался. А вместе с тем приближалось начало эпичной зарубы. К нам на всех парах стягивались дирижабли со всего водохранилища — я насчитал семь бортов. Раньше они патрулировали окрестности, а сейчас экипажи получили новый приказ. Любой ценой помешать десантированию врага.

На земле тоже шла подготовка.

Ближайшая к нам часть побережья представляла собой ощетинившуюся сталью и моторами орду, готовящуюся к схватке не на жизнь, а насмерть. Альбранд выдвинул вперёд дюжину мехов, в которых я безошибочно узнал выпускаемых Ганзой «Тигров» четвёртого поколения.

А вот это не есть хорошо.

Потому что «Тигры» данной модификации — амфибиии, способные функционировать даже под водой. И они перекрывают подступы к месту высадки. Я ведь планировал осуществить сброс прямо на мелководье…

За «Тиграми» нерушимой стеной встали «Хтоны».

Это ещё хуже, потому что они оснащены гарпунными пушками — единственным торсионным оружием, не запрещённым Кодексом инквизиторов.

Ладно.

Сами напросились…

Глава 18

Я начал раздавать приказы.

И одновременно случилось несколько очень неприятных для Альбранда вещей.

Прежде всего я отправил диверсантов на вражеские дирижабли. Мусаева, Айвазяна, других прыгунов. Все они, как и левитаторы, использовали маскировочные комбинезоны. Поэтому могли убивать кого вздумается без малейших последствий для себя.

Вторым сюрпризом был криогенный удар по амфибиям Гамовых.

Ибо нефиг.

Волна холода прилетела такая, что проморозила насквозь прибрежную линию, часть берега, воду на несколько десятков метров в ширину и хрен знает сколько в глубину. Атаку провели криосы Мещерского — трое очень мощных ребят, привыкших работать в связке. Вот именно по этой причине я не хотел шлёпать к острову по мелководью — с нами могли проделать тот же фокус.

Стужа наступила такая, что даже я в рубке почуял дыхание зимы.

Внизу потянуло ледяным ветром и трескучим морозом.

Стоявших в воде «Тигров» накрыло моментально — они не успели ни отступить, ни даже дёрнуться. Прямо сад ледяных скульптур. Кого-то вморозило по пояс вместе с руками, бензопилами и коловратами. Кого-то — по грудь. Корпуса машин покрылись изморозью, их припорошило тонким слоем снега.

И — никакого движения.

Никаких ревущих моторов.

Досталось и «Хтонам». Вторую линию обороны пригвоздило к земле, а сами шагатели застыли в причудливых позах. Цепи и диски больше не вращались, пилоты в кабинах не подавали признаков жизни. Рядовые пехотинцы, державшие строй в третьей линии, истошно орали, их ряды смешались. Кому отморозило руки, кому ноги, пальцы или половину туловища. Остальные выжили, но были вынуждены сместиться на безопасное расстояние.

Потому что стужа продолжила наступление.

Всё, как я и просил.

Ледяной плацдарм, растянувшийся в ширину метров на сорок-пятьдесят. Я даже не сомневался, что вода в этой зоне промёрзла до самого дна.

На заднем плане что-то горело, полыхали молнии.

Когда парни Мещерского угомонились, я тихо произнёс:

— Высаживаемся.

Демон участвовал в разработке плана, но до самого конца не верил в его успех. У нас бы и не прокатило, случись схватка с сильными одарёнными вражеской армии. Но я позаботился, чтобы эти фигуры были выведены из строя.

Лютый начал раздавать телепатические приказы.

Радиопереговоры могли перехватить, как и мысленные потоки, но сейчас в имении князя царит такой хаос, что менталисты Гамовых и сами не рады. Прибавьте сюда телепатов вассальных Родов — и вы получите в эфире шум, от которого голова вспухнет. Так что переговаривались без заморочек — нагло и не скрываясь.

Мы продолжали наблюдать за происходящим с пятидесятиметровой высоты. А вот шесть десантных цеппелинов, набитых под завязку пехотой и мехами, пошли на снижение. Прижавшись к ледяной кромке, командиры воздушных судов откинули аппарели, и я