Маг по прозвищу Кобра-II. Предстоятель - Михаил Востриков

крайнее… Нанять киллера, чтобы поучить тупого, но удачливого конкурента — мистера Милтона Сойера из города Бозмена, штат Монтана, в результате выстрела в которого тот не был задет, а была убита какая-то случайная баба, оказавшаяся на линии выстрела!

И ничего! Ни расследования, ни шумихи в газетах… ни-че-го!

И с европейской биржей киллеров Sanitar они разошлись полюбовно. Биржа не потребовала оставшиеся по контракту деньги, а он не потребовал назад уже выплаченный аванс. Форс-мажор, ничего не поделаешь… клиент в последнюю секунду перед выстрелом просто нагнулся, чтобы зашнуровать ботинки, чем избежал…

Да! Вот такой еврейский ошер (ивр.: счастье). Ай-й, вэй! Только не спрашивайте вопросы, как всё это сделал Господь всех иудеев Иегова. Да кто его знает, сделал в общем! Неясно было одно, когда и сколько он попросит у Кантарера за своё покровительство и защиту?

«Да плевать, — рассуждал Игорь, — Когда попросит, тогда и буду думать! А пока… Эй-й! Мне вот это… это… и во-о-он то… пода-а-ай, Господи!».

* * *

Всё началось и закончилось как-то нелепо и очень быстро. Один въедливый нумизмат подал в суд на Кантарера и выиграл его.

«Штраф один миллион долларов и один месяц в тюрьме штата», — таков был вердикт судьи.

А произошла… Ай-й, вэй! Прямо-таки знаменитая советская пересортица:

«Второй сорт выдаём за первый, а первый выдаём за люкс»

Конкурент, владелец мелкого провинциального аукциона почти законно «натянул» сохранность своего «Double Eagle» (золотая монета $20) на шаг — из «ms62» сделал «ms63». По бумагам конечно. А это была лучшая в мире сохранность для монеты такого типа. И соответственно почти законная возможность продажи этой монеты у себя на аукционе не за сотни тысяч, а за миллион долларов! И продал ведь паразит!

И Кантарер по каталогу этого аукциона видя и хорошо понимая смысл такого безобразия, решил «уделать» конкурента «как стоячего».

«Что-то давно обо мне не писали с завистью и восторгом, как о кудеснике и акуле бизнеса», — заносчиво подумал он.

И он «уделал» конкурента! Из своего «Double Eagle» «ms62» он сделал… та-та-та-там… «mc64+»! Два с половиной шага! Причём через сертификационную фирму, в которой он имел долю в 25%, о чём всем было прекрасно известно, да и он этого не скрывал. А это уже была сверхнаглость и откровенный топорный шахер-махер!

Вообще «ms» — это обозначение для тех монет, которых не было в обращении и они взялись прямо из мешка только что отчеканенной продукции Монетного Двора. И далее, через заботливые руки работников этого Монетного Двора сразу же попали в коллекции. Понятное дело, что бессовестные нумизматы всего мира тут же разделили «ms» на десять частей — от обычной «ms60» до идеальной во всех отношениях «ms70», которую получали далеко не все, даже современные монеты. Так чуть ли не одна-единственная американская монета XVIII века дотягивала всего до «ms67», что являлось верхом её совершенства и безупречности.

И всем специалистам было известно, что реально монета не бывшая в обращении, могла быть максимум «ms64». А тут был ещё и плюсик, т.е. полшага вверх с неким даже запасом. Ладно бы Кантарер делал «ms63» из «ms62». А он, наглец, сделал из «ms62» сразу «ms64+»! И это позволило ему обойти конкурента и установить рекорд по продаже таких монет у себе на аукционе — два миллиона долларов! Но вместо дифирамб…

… он услышал целый хор из независимых и весьма уважаемых в нумизматической тусовке еврейских голосов, который лишь подтвердили произведённую им пересортицу!

«Ату его жулика!»

Да ещё этот суд! С участием экспертов, ясен пень, сделавшими свои заключения можно сказать по нотам этого хора.

* * *

«Бороться бессмысленно, — жалел и ругал себя Кантарер, — Но где же был Иегова, почему не защитил⁈»

Хотя Кантарер и был беспредельщиком, он хорошо понимал, что в этой ситуации, чем впустую бороться за своё честное имя, рациональнее всего было признать поражение, выплатить штраф и идти работать, т.е. обжуливать людей и дальше. «Корпоративное» же жульё (коллеги) не будет топтать его слишком долго, у самих рыльце в пушку и они тоже боялись отпугнуть людишек с деньгами от общей шито-крытой финансовой пирамиды. Ну или надутого пузыря, кому как нравилось называть это явление.

Однако месяц в тюрьме штата Кантареру всё же предстояло отсидеть…

Адвокат предложил вариант. За миллион двести тысяч долларов ему на месяц предоставят одиночную камеру со всеми удобствами, пятиразовым питанием и даже будут каждый день приводить женщин.

«С ума сошли⁈ Лям двести за месяц? Вот ещё! — рассуждал Кантарер, — Я итак уже поиздержался на судебных издержках и штрафах. Как-нибудь просижу и на общих основаниях, бесплатно, люди же сидели и ничего. Всего-то месяц».

И он отказался от предложения адвоката, а с ним и всей пеницитарной системы США.

А зря!

Отвёл его Господь всех иудеев Иегова хлебнуть тюремной баланды в юности, поэтому и не знал Гарри Кантарер простой жизненной истины, что не было таких денег, ради которых обычному человеку нужно идти в тюрьму на «общак». Не закоренелому уголовнику, для которого «тюрьма дом родной», а обычному. Не существовало таких денег!

И рад бы потом всё отдать, но было поздно, сам же отказался.

* * *

Это в федеральных тюрьмах Америки, как и на российских «строгачах», царил относительный порядок. Срока у людей были огромные, надзирателей по четверо на одного сидельца, все приветливые, не конфликтовали попусту, не матерились, общались по имени-отчеству, много читали, молились. Хотя и там дерьма хватало, но всё же.

А вот в тюрьмах штатов, где на 20 зеков по норме приходился один надзиратель, да и тех не хватало… Кому-то предложили переправить кокаин в анусе. Сел. Там же вчерашние малолетки и те, кто отбывал срока за грабеж, убийство, хулиганство и т.д.

Перенаселённость, насилие, жестокость, беспредел. Государственные тюрьмы в США были переполнены, а персонала катастрофически не хватало. Малочисленные охранники попросту не способны были пресечь зверства заключённых по отношению друг к другу. А беспредельная жестокость сокамерников и произвол персонала способствовали лишь высокому проценту самоубийств среди заключённых.

* * *

С утра Гарри Кантарер явился для прохождения месячного тюремного наказания в полицейское управление штата.

И началось…

Привезли его к месту отбывания наказания, в тюрьму штата, полицейской службой U. S. Marshall уже в ручных и ножных кандалах. Во время перевозки держали целый день закованным.

В тюрьме он прошёл медкомиссию. Вердикт вынесли — здоров. Ему выдали тюремную робу синего цвета, солдатские ботинки, куртку, брюки, бушлат, белье, простыни.

Ещё