Фиктивные. Бой с любовью - Евсения Медведева

Я не это имела в виду! - достала из ящика силиконовую лопатку и отодвинула этого кулинара от плиты. - Просто ты никогда не интересовался лечением моей мамы. С чего сейчас тебя так взбудоражили эти буклеты? Бледная ты, Юль... Поедете, на солнышке потусуетесь пару недель. Тебе на пользу пойдёт. И часто отец вам такие реабилитации организовывает? - Лютаев вдруг улыбнулся, и я потеряла мысль... Столько колкостей крутилось на кончике языка, а сейчас штиль и эхо в голове.

Свет пронизывал его фигуру, делая футболку прочти прозрачной. Чёрная вязь татуировок стала яркой, четкой, манящей.

В носу засвербело, этот приставучий запах теперь ничем не смыть! Чёрт... Что я хотела сказать?

- Пару раз в год, и то если мама в духе. Иногда она просто невыносима! И радует её лишь мысль о нашей квартире, куда мы можем вскоре вернуться, - достала тарелки и начала накрывать на стол. Нарезала хлеб, сыр и овощи, махнула на стул, и Лютаев послушно занял отведенное ему место. А что с квартирой?

Она была арестована по судебному иску о компенсации ущерба. Но твой отец пообещал все решить...

- Ай да папка у меня! Да, Юль? Заботливый, щедрый, внимательный. Не то что я, - и вдруг во взгляде Никиты

появилось нечто странное.. Будто черная туча набежала, стерла прозрачную голубизну глаз, заполняя все

угрозой…

Глава 27

Никита

- Ай да папка у меня! Да, Юль? Заботливый, щедрый, внимательный. Не то что я... Юля внезапно закрылась, даже сжалась, словно внезапно ей стало холодно. Прелестный румянец обернулся бледностью. Она опустила глаза, поспешно допила кофе и поднялась.- Я пойду собираться, мама ждёт...

И вот тут произошло то, что окончательно выбило меня из колеи. Юлька едва заметно кивнула головой, да так обыденно, привычно... Так делают подчиненные перед начальником или прислуга в доме богатого хозяина, когда просят разрешения выйти из комнаты.

И не во мне дело! А в многолетней дрессировке...

Корень языка затянуло такой горечью, ядом ярости, злости! Это не отец, это рабовладелец какой-то. Юля думает, что у неё была свобода? Франция, возможность выбрать университет и будущую профессию? Да не было у неё ничего!

Ни детства, ни свободы. А те два года за границей ей дали как последнюю волю перед казнью. Погуляла? Мир повидала? Насладилась одиночеством и вкусом самостоятельности? Пора и в стойло, пока никто не попортил... Точно к таким же ладным кобылицам с шелковой шёрсткой и идеальными манерами. Козлом знатным был Андрей Малинин. Истинным козлом... Иначе бы и дочь, и жена знали и о наследстве, и о недвижимости, которой он владел, и о долях в бизнесе. Наблюдал, как Юлька торопливо бежит по лестнице, стыдливо прикрывая ладошкой аппетитную попку, обтянутую тонкой тканью. Платье длинное надела, пытается спрятать от меня тело, глаза, душу. Думает, ничего не увидел? Всё я разглядел. Правда, с опозданием...

Встал и вышел на террасу, набрав полные легкие воздуха, а после рванул по тропинке, чтобы стереть вновь накатившее возбуждение.

Мозги мне нужны сейчас. Только мозги!

Пронёсся три круга вокруг коттеджного посёлка, а когда свернул в переулок, заметил, как вспыхнули фары машин Юли и Вахтанга.

Уехали….. Прекрасно!

Ледяной душ, кофе, сигарета и телефон.

Ваха, вы где? - сбежал в подземный гараж, где меня уже ждали Князев и Савин. У больницы, шеф. Марк проводил Юлию Андреевну до палаты, ожидает в коридоре. Отлично. Глаз не спускать. Ясно?

Предельно!

Друзья без особого приглашения прыгнули в мою машину, сохраняя молчание. Витязев хмурной, Савин с компьютером, да и сел на переднее сиденье...

- Ну, Жека, чего нарыл? - вырулил с парковки и помчался в сторону больницы. Чёткого плана пока не было, потому что нет всей картинки, но вот первый шаг я уже знал.- Лютый, я не даже не знаю, с чего начать, блин! - Савин почесал макушку и раскрыл лэптоп. -Так меня ошарашили вчерашние данные, что я позволил себе вольность копнуть глубже. Я не нашел ни одного подтверждения, что Малинин был банкротом! - Женька в привычной манере защёлкал пальцами, прокручивая какие-то документы. - Ну, ничего, Никит. Начинал с Конопко, помнишь такого?Лев Саныч? - присвистнул и, пока встали в пробку, забрал из рук друга ноутбук. - Который

десять лет отсидел за своих подельников? Козёл отпущения?- Тонкостей этих я не нашёл, но в целом - да. Денег у него было дохреналион, или даже ещё больше. Часть бизнеса в поле, часть легальная. И вот пять лет назад Малинин начал все продавать. Половину денег вывел за бугор, два года назад перевёл счета на имя дочери. Вторую половину вложил в доли, и в последнее время просто получал пассивный доход. Никита, жена твоя неприлично богата!- Настолько неприлично, что знать ей этого не позволялось, - прошептал и даванул педаль газа. Эти совпадения было невозможно не замечать!

Готовил папка дочь к выданью! Однозначно готовил!

Конопко... Конопко... Ладно, этим займусь после.

- Жень, ты бы нашёл аккуратного и вьедливого юриста со связями где-нибудь повыше. Нужно выяснить, что именно принадлежит Юле, чтобы знать, в какие двери долбиться. Это ж, сука, надо! Два гребаных года девка живёт и боится головы поднять! Смирилась с долгами, с тем, что теперь обязана доброму дяде Пете Лютаеву, молится на него, потому что он взял на себя все вопросы с кредиторами! - хлопнул по рулю и закурил, чтобы чуть отравить вновь нахлынувшую злость. - А я даже не удивлюсь, если те самые кредиторы и были его дружками.

- Гребаный ты Лютаев, вот ничем тебя не удивить, - Савин захлопнул комп и бросил им в притихшего Витязева.

Удивить он меня решил... Наивный чукотский мальчишка. Моя семья - логово змей, а с ними я уже привык уживаться.

Мы подьехали к клинике, где лежала мама Юлии, машину я припарковал так, чтобы видеть центральный вход.

Вот это план-капкан! Вот это батя у меня! Сами девку загнали, сами прессовали, а потом и выручали тоже вместе. За два года прибылью не делились, надеясь, что, подсовывая бумажки на подпИсь, отожмут все до последнего!

Это просто в голове не укладывалось. Я знал, что отец мой из рода шакалов, но чтоб настолько гниЛоЙ….. Вдруг из центральных дверей выскочила Юлька. Худенькая, тоненькая, почти невесомая. Платиновые волосы развеваются, голова опущена.

Она так торопилась спрятаться от всего мира, что стало понятно - разговор с мамой не