В разводе. Лоскутное одеяло сердца - Лана Полякова

Не вовремя.

Как же живо до сих пор во мне то оскорбление, предательство… и как это отравляет мою жизнь!

Неловкая пауза затягивалась.

- Мам, пап, а мы пойдём вместе гулять? – вошёл с вопросом на кухню мой Антошка, и деловито устроился на Никитиных коленях.

- Пойдём, конечно,— ответила сыну, радуясь, что он так вовремя появился, разрывая наше общение, и предложила Никите, — я одену Антошку, и вы с ним подождёте меня на улице?

- Погуляем до обеда по городу! – безапелляционно сказал сын, словно припечатал.

Гены пальцем не раздавишь…

- С удовольствием, — отозвался Никита, приобнимая сына и не сводя с меня своего странного взгляда, будто решая сложную задачку.

За калиткой, на улице мама всё ещё спорила с Ильёй Сергеевичем, и их голоса разносились далеко по округе.

Пока я шла по двору, успела выслушать, как звонким девчоночьим голосом, ехидно спросив, хмыкнула мама:

- Вы ещё красной краской указатель нарисуйте, стрелочку с надписью: «Здесь есть чем поживиться» для хулиганов и воров!

— Ну что вы, Ольга Васильевна, мы переловим всех хулиганов вашего городка и сделаем план полиции! – басил в ответ Крыловский сотрудник.

- Я не собираюсь бросать свой дом на растерзание!

- Я не позволю и травинке вырасти на вашем огороде без разрешения!

- Такой могущественный?

- Такой заботливый! – отозвался Илья Сергеевич.

Я открыла калитку, и спорщики замолчали, дружно повернувшись в мою сторону, словно только что заметили.

Мама разрумянилась, воинственно держа в руках ещё один букет, а Илья Сергеевич смотрелся довольным рыжим котом, что дорвался до желанного.

Открыла калитку, шагнув за ограду и улыбнулась. Какая у меня еще в сущности молодая и красивая мамочка!

- У вас есть заграничные паспорта? – обратился ко мне Никита.

Он стоял, подхватив Антошку на руки, чуть в отдалении от нашего забора, на кромке начинающегося леса, и я повернулась в его сторону, отвечая, растерянно:

- Нет, нам как-то ни к чему.

Это же долго всё делается! Пока оформим, уже весна настанет? А как же я уже пообещала Антошке поездку?

- Минутку! – обратился Никита к Илье Сергеевичу, прерывая их с мамой занимательные переглядывания.

Перекинувшись парой слов с кем-то по телефону, Никита вновь спросил меня:

- Позволишь сделать фотографию?

Я кивнула, соглашаясь. Захлопнула калитку, оставляя маму с Ильей Сергеевичем во дворе, и посмотрела на Никиту.

- И Антошки?

Кивнула снова и повернулась к мужчине из свиты Крылова, что незаметно подошел к нам и стал рядом.

- Познакомься, это наш юрист и мой помощник, Дмитрий Алексеевич, — Представил мне его Никита и добавил, — Он и займётся всем оформлением, если ты не возражаешь. Хорошо, что ты не стала менять фамилию и записала меня в свидетельство о рождении.

Угрюмый юрист сфотографировал нас с Антошкой по отдельности, попросив снять шапки и, кивнув, молча исчез. Просто растворился незаметно для меня в мгновение.

Фантастика!

Никита устроил Антошку в детское кресло, и сам сел за руль автомобиля. Я находилась немного в прострации и доверилась выбору места для прогулки моим мужчинам. Предсказуемо мы приехали в курортный парк.

Парк опоясывает покрытую лесом гору Железную и находится немного выше основного города.

Зимой наш парк почти всегда в тумане. Скорее всего, это связано с тёплыми источниками, но каждая проплывающая мимо туча считает своим долгом осесть на гору. И инеем покрыто всё.

Нереально красиво. Хрустальные берёзки, веточками-колокольчиками провожающие каждого посетителя, ели, превратившиеся в снежных исполинов, куцые травинки, ставшие под инеем произведениями искусства. Всё обманчиво и нереально вокруг.

Моё будущее тоже в тумане. И моя реальность тоже в наростах, надуманного этим туманом всякого несбывшегося.

Почти всю прогулку я помалкиваю и, замкнувшись в себе, пытаюсь осознать происходящее.

Никита с Антоном. Отец и сын. Так правильно и так больно.

Меня кидает эмоционально в крайности. От острой ревности сына к Крылову до не менее острого чувства вины перед ним.

И я воспринимаю окончание прогулки с благодарностью. Усаживаясь в машину, не жду подвоха.

А зря!

Глава 36

Глава 36

- Ну, что? Пойдём жениться? – спросил Крылов весело, подруливая к городскому ЗАГСу.

И повернулся к сыну, отрезая мне пути отступления.

- Антош, как считаешь? Нам нужно с мамой оформить наши отношения и зарегистрировать нас как семью в государственном учреждении?

- Прямо сейчас? – со скепсисом спросила я, выпадая из своего задумчивого состояния и чувствуя, как закипает во мне злость, поднимаясь пеной со дна души.

- А что тянуть? Мы и так уже везде опоздали, – ответил мне мой бывший муж.

- А зачем вам это делать? – спросил Антошка, глядя на Никиту с недоумением и непониманием.

- Чтобы быть мужем и женой, чтобы официально и юридически стать семьёй. Чтобы не расставаться больше никогда! – ответил сыну очень серьёзно Крылов, загоняя меня в угол окончательно.

Там, где все известные нам манипуляторы учились управлять людскими эмоциями, мой бывший муж преподавал! Он ведь видит, что я сейчас не готова к борьбе. И, тем более, не готова идти жениться! То есть замуж, блин! Знает, что при сыне я не стану спорить. Он, в конце концов, знает, что мне нужно время для принятия решения, и, тем не менее, загоняет меня за флажки как дичь!

- А как же брачный контракт, и договор, и всякое такое, что так важно в мире таких, как ты, – хмыкнула, откидывая голову на подголовник сидения.

- Каких? – удивлённо приподнял бровь Никита и посмотрел на меня честными-честными глазами профессионального страхового агента и