Не влюбляйся в меня - Даниэлла Ник

– Ну, я правда не знаю, как себя вести, Арсений, – нахожу в себе силы признаться. – Я пришла просто поблагодарить за папу. Сама не поняла, как все произошло.

– Это называется страсть и влечение, Ярослава. У нас сорвало крышу. Мы идеально совпали. Я давно это почувствовал, только ты почему-то противишься. Какие эмоции ты сейчас испытываешь?

– Мне стыдно, – выдавливаю из себя.

– Я могу приехать к тебе?

– Это лишнее, Арс.

– Почему?

– Потому что мне не понравился секс с тобой. Прости!

Глава 33. Ярослава

Глава 33. Ярослава

Отбиваю входящий и делаю музыку погромче. Не знаю, поверил он мне или нет, но звонков от Подгорного больше не поступает.

Добираюсь до дома и первым делом иду в душ, где смываю с себя мужской умопомрачительный запах и засохшую смазку между ног. На удивление, я не плачу, хотя порывы были.

Почистив зубы, надеваю на себя махровый халат, а на голове сооружаю тюрбан из полотенца. Нахожу в холодильнике бутылку кефира и наливаю себе стакан. Аппетита нет, да и есть, собственно говоря, нечего. Нужно заказать доставку, но сегодня я готовить точно ничего не планирую, поэтому, оставляю это на завтра.

Включив ноутбук, просматриваю список дел на завтрашний день и составляю план занятий с детками. От работы меня отвлекает мамуля, с которой мы болтаем полчаса. Я рассказываю ей о том, как съездила к папе, разумеется, умалчивая о походе в кабинет сексуального врача-невролога. Мы договариваемся пообедать с ней завтра, после чего я вновь возвращаюсь к работе.

Мне еще нужно смонтировать ролик о поездке в Питер для соцсетей, но сил на это совершенно не остается. В итоге, заваливаюсь в кровать и залипаю в интернете. Внезапно в дверь раздается звонок, отчего я ужасно напрягаюсь. Не буду открывать. Что за гости, когда ночь на дворе? Звонок повторяется снова и снова, после чего экран телефона загорается от входящего вызова с незнакомого номера.

– Алло? – отвечаю я.

– Здравствуйте, – звонко произносит женский голос. – Это салон цветов «Орхидея». Курьер для Вас доставил цветы, но не может выполнить заказ, так как дома никого нет. Подскажите, пожалуйста, как можно передать букет?

– Здравствуйте. Можно оставить у двери? – судорожно соображаю я.

– Да, конечно. А Вы скоро появитесь?

– Через час.

– Я переживаю, что их украдут, – с сомнением отвечает оператор. – Может, вы с курьером где-нибудь пересечетесь?

– У нас очень приличный дом. Не переживайте.

– Хорошо. Цветы будут ожидать Вас у двери. Хорошего вечера.

– Спасибо. И вам!

Кладу трубку, с ума сходя от любопытства. Кто же это? По сути, варианта два. Денис, который одумался, или Арс. Хотя, первый, конечно, вряд ли. За эти дни он мне не написал и не позвонил ни разу. Но, положив руку на сердце, я не особо по этому поводу и переживаю.

На цыпочках подхожу к входной двери и прислушиваюсь, что же за ней происходит. Тишина полная. Осторожно смотрю в глазок, и, никого не увидев на лестничной клетке, тихонечко открываю дверь. Слева, прямо на полу, лежит большой букет бордовых роз, обернутых в прозрачную пленку. Присев на корточки, поднимаю его и замечаю в цветах маленькую открытку.

«А мне очень понравилось» – гласит лаконичная надпись, отчего я расплываюсь в улыбке. Заношу цветы домой и устанавливаю их в вазу. Не удерживаюсь, и фотографирую их с разных ракурсов. Нереально красиво!

Вновь сокрушаюсь, что ни с кем не могу поделиться и иду сушить волосы, после чего плюхаюсь в кровать и засыпаю как младенец.

Утром у меня дикая потребность быть красивой, поэтому я уделяю чуть больше времени укладке и макияжу. Затем вынимаю из шкафа белую рубашку и брючный костюм бордового цвета, под который надеваю тот самый комплект, на который Денис не обратил ровно никакого внимания. Жертвую завтраком, клятвенно пообещав себе обязательно сварить себе кашу, прыскаю на себя духи и спешу на работу.

По пути набираю папу, чтобы узнать о его самочувствии, но у него процедуры и он не может долго разговаривать. Я люблю в машине поговорить по громкой связи, потому что в течение дня на это остается не так много времени. Алиса, наверное, еще спит. С мамой мы встретимся в обед. Только вспоминаю о Таюше, как она тут же звонит.

– У нас ментальная связь, Юмшанова! – хохочу я, отвечая.

– Привет, Яся. Вспоминала обо мне?

– Не поверишь, только что!

– Надеюсь, хорошими словами?

– Конечно! Как ты там? Рассказывай! – я очень жду новостей. А еще, болтовня отлично отвлекает от мыслей о Подгорном.

– У нас тут дубак, минус двадцать семь, я чаю пятую кружку пью с утра. А у нас еще и одиннадцати часов нет. Ты можешь себе представить? – бурчит Таисия, после чего явно прихлебывает из чашки.

– Жесть какая! – посматриваю на термометр на приборной доске. – У нас всего минус три. Снег растаял весь.

– А здесь – наоборот, нападало его на днях, как специально. Коммунальщики с ума сходили, разгребали. Такси цены взвинтили раза в три. Пришлось сегодня ехать на работу с этим мерзким Елисеем.

– Что за Елисей? – любопытствую я, внимательно следя за дорогой. – Это твой несносный коллега?

– Несносный – не то слово. Человек в футляре. У нас с ним взаимная неприязнь.

– Старый хрен?

– Если бы! – фыркает подружка, на заднем фоне слышу, как шуршит фантиком. – Относительно молодой. На три года меня старше.

– О, ничего себе. Двадцать восемь лет. Урод? – спрашиваю, представляя себя как минимум Квазимодо.

– Нет. В том и дело. Вообще не урод. Просто, упоротый какой-то. И, знаешь, на своем ведь стоит до последнего и все!

Я смеюсь, потому что Тася искренне считает, что есть только два мнения – ее и неправильное.

– Ты надолго там застряла?

– Не знаю. Сначала на две недели, потом еще продлили мою командировку. Думаю, до Нового года как бы не пришлось тут тусить.

– Подружилась с кем-нибудь?

– О. Да, кстати. С его двоюродным братом и женой. Отличные ребята, и веселые. На бубликах катались на прошлой неделе с ними и их друзьями, – смеется Юмшанова.

– А Елисей с вами?

– Елисей? – прыскает она. – В пиджаке и при галстуке? Не. Кафку, наверное, читал, или играл в