Не приближайся! - Лилия Левицкая

Что-то настоящее? Во мне? Но он говорил это серьезно, без тени усмешки. И от его слов снова потеплело где-то внутри. Может, он видит во мне то, чего я сама не замечаю?

— А Даня? — тихо спросила я, не глядя на него. Этот вопрос все равно висел в воздухе.

Он снова посмотрел на дорогу.

— С Даней я сам разберусь, — его голос стал жестче. — Это наши с ним дела. Не думай об этом сейчас.

«Не думай об этом». Легко сказать. Но его уверенность немного успокаивала. И подкупала. Он брал ответственность на себя.

Машина замедлила ход и свернула на тихую улочку, вымощенную брусчаткой. Я таких в нашем городе и не видела. Старинные дома с красивыми фасадами, маленькие уютные кафешки с цветами на окнах. Мы остановились перед одним из таких — с неприметной вывеской и столиками на улице под полосатыми навесами. Место выглядело стильно.

— Приехали, — сказал Матвей, глуша мотор. — Пойдем, выпьем кофе.

Он вышел из машины и снова открыл мне дверь. Я выбралась наружу, оглядываясь. Здесь было тихо, солнечно и пахло свежей выпечкой и кофе. Никаких знакомых лиц. Он подождал, пока я подойду, и легко коснулся моей спины ладонью, направляя к входу в кафе. От этого простого жеста по телу снова пробежали мурашки.

Внутри кафе было еще уютнее, чем снаружи. Мягкий свет, негромкая музыка, деревянные столики и пара диванчиков у окна. Людей почти не было — только пожилая пара в углу и девушка, уткнувшаяся в ноутбук.

Матвей уверенно кивнул официанту, который тут же подошел, и выбрал столик у окна, но так, чтобы нас не было видно с улицы. Он галантно отодвинул для меня стул — еще один неожиданный жест. Я неуклюже села, положив сумочку на колени. Куда деть руки? Что говорить?

— Вам как обычно, Матвей? Двойной эспрессо? — спросил официант, улыбаясь ему как старому знакомому. Значит, он здесь часто бывает?

— Да, спасибо, Макс. А тебе? — он повернулся ко мне. — Капучино? Латте? Или сок?

— Мне… капучино, пожалуйста, — пролепетала я.

— И, может, чизкейк? У вас сегодня малиновый, кажется? Он у них отличный, — предложил Матвей, глядя на меня вопросительно.

Я кивнула. Почему бы и нет? Раз уж я здесь.

Официант ушел, и снова повисла тишина. Я уставилась на сахарницу, потом на маленькую вазочку с цветком, потом на узор на скатерти — лишь бы не смотреть на него. Но я чувствовала его взгляд. Не насмешливый, не оценивающий. Просто внимательный.

— Чем ты увлекаешься?

— Я? — я замялась. — Рисую немного. Ну, для себя. И музыку люблю разную.

— Рисуешь? А что? — он чуть наклонился вперед, и мне показалось, что ему действительно интересно.

— Пейзажи в основном. Людей не очень получается, — призналась я. — И немного графику пробую… ручкой там, лайнерами.

— Здорово. Надо будет посмотреть как-нибудь, — сказал он просто, без всякого подтекста.

В этот момент принесли наш заказ. Ароматный кофе в красивых больших чашках и аппетитный кусок чизкейка с ягодами. Я сделала глоток капучино — вкусно! Пена была нежной, а кофе не горчил.

Мы помолчали немного, пробуя напитки и десерт. Я чувствовала, как напряжение потихоньку спадает. Матвей не давил, не задавал неудобных вопросов, не хвастался собой. Он просто был рядом, создавая вокруг какую-то спокойную, уверенную атмосферу.

— А ты? — осмелела я. — Чем ты увлекаешься, футбола и … машин? — я кивнула в сторону окна, где стоял его джип.

Он усмехнулся.

— Машины — это да. Скорость люблю. Но не бездумно. Еще боксом занимаюсь. И… — он сделал паузу, посмотрел на меня как-то по-новому. — Иногда читаю. Не только то, что по программе задают.

Я чуть не поперхнулась чизкейком. Матвей? Читает? Тот самый Матвей, про которого ходили слухи, что он драчун и прогульщик?

— Правда? А что читаешь? — не удержалась я от вопроса.

— Разное. Классику иногда. Фантастику люблю хорошую. Брэдбери, например. «Вино из одуванчиков» читал недавно. Знаешь?

Я знала. Это была одна из моих любимых книг. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Это было так… неожиданно. Он — и Брэдбери. Образ "крутого плохого парня" начал трещать по швам, рассыпаться прямо на глазах.

Он заметил мое удивление и улыбнулся — на этот раз не самоуверенно, а как-то… теплее.

— Удивил? Не вписывается в образ, да?

— Немного, — честно призналась я, чувствуя, как снова краснею, но уже не от смущения, а от чего-то другого. От понимания, что передо мной сидит совсем не тот человек, которого я себе представляла.

Он откинулся на спинку стула, глядя на меня.

— Люди сложнее, чем кажутся, Мира. И ты тоже. Не просто девчонка, которая хорошо рисует.

— Ты… ты давно здесь бываешь? — спросила я, просто чтобы что-то сказать.

— Достаточно давно, — он кивнул. — Нравится здесь атмосфера. Тихо, никто не лезет. Можно подумать.

— О чем подумать? — вырвалось у меня. Он посмотрел на меня внимательно, словно решая, стоит ли отвечать.

— О разном. О том, что дальше делать, например. Школа скоро закончится.

Я кивнула. Это да. Экзамены, поступление… Голова шла кругом от одной мысли об этом.

— А ты… решил уже, куда? — спросила я. С его возможностями, наверное, любой вуз открыт.

— Пока думаю, — он пожал плечами. — Вариантов много. Не хочу ошибиться. А ты? Куда метишь?

— Я? — я снова смутилась. — Не знаю пока. Может, на дизайн какой-нибудь… Это все так сложно.

Он понимающе кивнул. Мы помолчали. Тишина уже не казалась неловкой, скорее… наполненной. Я поймала себя на том, что мне комфортно сидеть вот так, напротив него, в этом тихом кафе. С ним было… интересно. Он посмотрел на часы на своем запястье.

— Ну что, поехали? Он подозвал официанта, расплатился, не дав мне даже попытаться достать кошелек. Мы вышли из кафе на залитую солнцем тихую улочку.

Когда мы снова сели в машину, я была уверена, что он повезет меня прямо домой. Но Матвей, выехав с тихой улочки, вдруг свернул не в ту сторону. — Куда мы? — спросила я, удивленно глядя на него.

— Есть тут одно место недалеко, — он бросил на меня короткий взгляд. Пять минут, не больше. Обещаю вернуть вовремя, а то твоя мама объявит меня в розыск.

Мы подъехали к небольшому скверу, который я раньше видела только из окна автобуса. Сейчас, в будний день, здесь было почти безлюдно — только мама с коляской вдалеке да пожилой мужчина, читающий газету. Матвей припарковался у входа.

— Удивлена? — спросил он, паркуясь. — Думала, я обитаю только в