Развод по моим правилам - Ольга Игонина

красивыми и богатыми мужиками. Интересно, он правда думает, что я буду платить ему бесконечно? Или просто тянет время, пока не найдет способ вытянуть из меня больше? Фиг я ему хоть копейку еще дам.

В голове должен быть только Сергей. И он должен остаться отцом этого ребенка – ради нас обоих. Даже если анализ покажет, что это ребенок Руслана... Нет, об этом нельзя думать. Это слишком страшно.

Телефон в режиме полета светится рядом с подушкой, как маленькая бомба замедленного действия. Завтра придется что-то решать с Русланом. Может быть, встретиться и поговорить начистоту? Только где гарантия, что после этого он не побежит сразу к Сергею?

Руслан - проблема, которую нужно решить немедленно. Завтра же поговорю с ним и поставлю точку. Хватит этих дурацких игр. У меня есть Сергей, есть ребенок – настоящий или будущий, неважно. Есть семья, которую нужно сохранить.

Пусть завтрашний день принесет ясность. А пока что нужно хотя бы попытаться уснуть, собраться с силами. Завтра будет непростой день – и с Русланом нужно разобраться, и к врачу сходить, и Сергея убедить в своей честности...

Глава 43

Сергей

Сижу рядом с Алисой в машине, делаю вид, что сосредоточен на дороге. На самом деле мысли скачут, как бешеные. Самому страшно, но все чаще в голове проскакивают мысли о Кире. Вспоминаю ее улыбку, ее запах, ее тихий смех после... И том, как было по-будничному уютно, а тогда казалось, что скучно. Нет, нельзя об этом думать, особенно сейчас. Что мне не жилось в тихой гавани, на фига мне все эти приключения, истерики Алиски, и еще ребенок. Кажется, я даже себе боюсь признаться, что не хочу никаких пеленок, подгузников.

Паркуюсь у больницы. Алиса молча достает сумочку. В последние дни она какая-то странная - вздрагивает от каждого сообщения на телефоне, нервно теребит цепочку. Раньше за ней такого не замечал. Может, гормоны? А может...

- Прекрати! - одергиваю себя. Не время предположениям, нужно просто узнать правду. - Что ты вся мельтешишь, не понимаешь, что я рядом и меня это раздражает.

- Сережа, ты с ума сошел? Если у тебя кризис среднего возраста, то я ни при чём. Свои комплексы можешь к бывшей жене сходить полечить.

Вспыхиваю, стыдно, но никак не могу себя остановить. Ощущение, что мой мир с появлением Алисы мчится куда-то не туда. И я себя не узнаю!

В зеркале какая-то недовольная, сальная рожа, обрюзгшая. Куда делся красивый мужик, которому все телочки готовы были дать, оборачивались вслед.

Заходим в клинику. Все какое-то мерзко-блеклое, единственное желание - уйти отсюда. С детства ненавижу все, что было связано с медициной.

В кабинете УЗИ холодно. Алиса лежит на кушетке, прикрыв глаза, и я вижу, как напряжены ее пальцы, она сжимает край одноразовой простыни. Может, она боится услышать результат или боится, что я услышу его первым.

Доктор молча водит датчиком по ее животу, оставляя следы геля. На экране монитора появляется серое изображение, размытое и странное для непосвященного взгляда. Где-то там жизнь. Крошечная, хрупкая, еще почти незаметная, но уже настоящая. Мой взгляд прикован к экрану, словно если я отвернусь, она исчезнет.

- Срок около восьми недель, - произносит врач, продолжая что-то записывать в карточку. Его голос спокоен, профессионален, но для меня каждое слово звучит, как удар колокола. Я чувствую, как в голове начинают мелькать цифры, даты, события. Семь недель назад... Та ночь, когда Алиска как бешеная набросилась на меня, когда мы забыли про предохранение. А вдруг она заметала следы. Я помню ее улыбку, ее смех, ее тепло. Но почему-то сейчас эта ночь кажется такой далекой, словно это было не со мной.

Но что, если это не та ночь? Что, если это произошло раньше? Или позже? И эти сообщения на телефоне, которые она так старательно прячет... Мне нужно подтверждение, или я сойду с ума.

Я лихорадочно считаю недели, перебирая в памяти все возможные даты.

- Неделя погрешности, - говорит врач. Проклятая неделя! Это значит, что все возможно.

Алиса открывает глаза, и наши взгляды на мгновение встречаются. В ее глазах - страх, боль, растерянность. Я быстро отворачиваюсь, не в силах выдержать этот взгляд. Она тоже считает. Она тоже знает, что срок может совпадать не только с нашей ночью.

Доктор продолжает что-то объяснять, показывает на экране какие-то отметки, размеры, параметры. Я киваю, делая вид, что внимательно слушаю, но слова до меня не доходят. В ушах стоит звон.

Врач выходит, оставляя нас одних. В комнате повисает тишина, нарушаемая только тихим жужжанием аппаратуры. Алиса медленно садится, не глядя на меня. Она натягивает одежду, стирая с живота остатки геля, и я замечаю, как дрожат ее руки.

- Ты теперь доволен? - что-то едкое в ее голосе, кажется, она уже удовлетворена результатом УЗИ.

- Ну что, я вас поздравляю, - врач протягивает небольшую фотографию, на ней снова серые разводы.

Косым взглядом замечаю, как Алиса проверяет телефон. Опять эти странные сообщения? Кто ей пишет в такой момент?

- Доктор, у меня еще одна просьба. - Перевожу взгляд на Алису. - Я тебе верю, но мне нужна справка в суд. Тест ДНК сейчас можно сделать? Нам нужно сделать анализ, - говорю сухо, стараясь скрыть эмоции. - Как можно скорее.

- Зачем тебе эта справка? - ее голос дрожит. - Думаешь, я спать с другим побежала?

Алиска шипит. Доктор удивленно поднимает брови вверх, видимо, нечасто будущие счастливые отцы закатывают истерик на первом скрининге.

- Я же сказал, что мне для суда надо. Или ты думаешь, что судья поверит тебе на слово? - говорю спокойно, но внутри все клокочет. - И я, что должен думать, особенно после всех этих странных сообщений!

Она застывает, только пальцы крутят пуговицу.

- Так ты поэтому про анализ заговорил? Решил, что я...

- Я ничего не решил. - теперь уже я повышаю голос. - Мне нужна эта чертова справка. Когда можно сделать тест?

- Самое раннее с десяти недель. - врач пожимает плечами. - Но это будет и стоить дороже, и сами понимаете, все равно придется подождать, пока малыш подрастет.

- Знаешь что... - Алиска поднимается с кушетки, ее глаза блестят от слез, - делай свой анализ. Но знай: если ты мне не веришь сейчас, то никогда не поверишь.

Я смотрю