100 великих криминальных расследований - Марианна Юрьевна Сорвина

похожих случая. Ему попались на глаза две заметки, в которых сообщалось, что с разницей в год при схожих обстоятельствах умерли две молодые женщины. 14 декабря 1913 года в ванне домика, арендованного четой Смитов, скончалась миссис Смит. А 22 декабря 1914 года тоже в ванне арендованного дома умерла миссис Ллойд.

Нил отправился к квартирохозяйке Ллойдов, которая заинтересовала его тем, что мистер Ллойд, оказывается, снимая дом, интересовался исключительно размерами ванны. То же самое показала и хозяйка Смитов в Блэкпуле: Смит спрашивал про ванну.

Вскоре помощник инспектора пришел в отдел не с пустыми руками и порадовал Нила еще одним сообщением из газеты, несколько старее остальных. Там говорилось, что 20 мая 1912 года некий Генри Уильямс снял односемейный дом на Хай-стрит, а через два месяца его жена захлебнулась и умерла в результате эпилептического припадка.

– Да это же черный вдовец! – воскликнул Нил. – Надо арестовать серийного убийцу, пока он не убил следующую жертву.

Мотив обнаружился быстро: женщины, которые по заключению врачей стали жертвой несчастного случая в ванне из-за гриппа и эпилепсии, перед своим замужеством составляли страховку и писали завещание на имя мужа. Что Уильямс, Смит и Ллойд – один и тот же человек, Нил уже не сомневался. Учитывая скорость, с которой преступник преумножал свое состояние – по жертве в год, – следовало торопиться.

Ванна стала местом сокрытия преступления Джона Смита

Возле страховой конторы был поставлен патруль, который вскоре задержал брачного афериста. В Скотланд-Ярде задержанный сознался в мошенничестве и подделке документов. Он действительно менял имя, но никого не убивал, просто такая уж у него планида, что он терпит одно несчастье за другим. Нил понимал, что все это чушь, но у него были связаны руки: сыщик никак не мог определить, каким образом можно утопить трех физически нормальных женщин в ванне и не оставить при этом ни одной травмы.

Нил с разрешения службы публичного обвинения Скотланд-Ярда обратился к неординарному ученому, не раз помогавшему в судебных делах.

Бернард Спилсбери, работавший патологоанатомом госпиталя Святой Марии в Лондоне, практически не допускал ошибок в определении обстоятельств смерти. История о трех утоплениях показалась необычной и ему, но Спилсбери решил проверить экспериментально, как это могло произойти. Он пригласил опытную пловчиху и несколько раз пытался топить ее. Безуспешно. Тогда эксперта осенило: Спилсбери сел на край ванны в ногах женщины и начал гладить ее лодыжки, а потом резко дернул. Это едва не привело к четвертому смертельному случаю: даже спортивная участница эксперимента испытала шок, едва не захлебнувшись. Выяснилось, что внезапное проникновение воды в носовую полость и глотку вызывает шок и потерю сознания, чем и воспользовался хитрый убийца. Так была восстановлена картина жестокого, заранее продуманного преступления. 22 июня 1915 года Джон Джозеф Смит всего за двадцать минут был приговорен к смертной казни и вскоре повешен. А Спилсбери снискал славу основателя судмедэкспертизы.

Лейпцигский поединок

Еще один коллега Спилсбери, руководитель института судебной медицины при Лейпцигском университете Рихард Кокель выступил в похожем деле со страховкой, причем его сражение с вероломным преступником превратилось в поединок ума и амбиций.

В 1929 году некто Эрих Тецнер на большую сумму застраховал себя от несчастного случая, а потом попал в аварию, а его «оппель» врезался в столб в районе Регенсбурга и загорелся. Сегодня каждый школьник, начитавшийся и насмотревшийся детективов, знает, что сгоревший труп почти наверняка не принадлежит тому, кому его приписывают. Но в те времена никаких зацепок у страховой компании не было. Разве только странное поведение вдовы, которая пришла за деньгами, не успев похоронить мужа. Надо заметить, что Эмма вела себя весьма артистично и переживала всерьез, даже плакала. Но спешка, с которой она хотела получить 145 тысяч марок, удивляла.

Арест Эриха Тецнера. Фото 1929 г.

Тогда страховщики и наняли профессора Кокеля: за час до погребения тела. То есть Кокелю предстояло за час – а еще лучше – за полчаса – провести обследование сгоревших останков. Проводить экспертизу пришлось в капелле на Южном кладбище, что само по себе выглядело экзотично. Однако эксперт не смутился и установил, что удар машины был не столь значительным, чтобы вызвать аварию и смерть водителя. К тому же в легких трупа не было копоти, а это говорило о том, что он уже мертвым был подложен в машину. И вообще, лежавший перед ним человек был вовсе не Тецнером, а неизвестным юношей не старше 22 лет. И наконец он понял, что убитый – подросток. Профессор поставил в известность знакомого полицейского, который тут же воскликнул:

– А куда же, черт возьми, делся Тецнер?

Кокель мгновенно предположил, что Тецнер имитировал автокатастрофу, а подростка, видимо, убил сам. Поскольку Тецнер был не такой идиот, чтобы отсиживаться в собственном доме, полицейские устроили засаду. На это ушло несколько дней, в течение которых Кокель установил причины смерти несчастного: ему проломили череп чем-то тяжелым, и это вызвало закупорку кровеносных сосудов легким жиром.

Замечательным фактом – равно как и нелепым – оказалось появление в полиции юного слесаря Ортнера, который едва не стал жертвой этого преступления. Его заманили в «оппель» и попросили кое-что исправить: прием всем известный. Однако Ортнер смог оказать сопротивление и убежать. Кому-то другому это не удалось…

Поскольку телефон имелся только у соседки Тецнеров, полиция уже неделю сидела на этом телефоне, а соседка была подготовлена. Она и ответила неизвестному абоненту из Страсбурга, что фрау Тецнер придет в шесть вечера. Полицейские отправились в Страсбург и внедрились в кабинки международной связи главпочтамта. Там Тецнер и был пойман, поскольку его приметы были известны.

Однако дело оказалось непростым. Тецнер держался стойко и все отрицал. Кокель подготовился и предъявил ему неопровержимые доказательства. И тогда обвиняемый пошел на очень хитрый ход. Он переменил мотив преступления. Фальсификация собственной смерти была вызвана вовсе не желанием получить страховку, а паникой из-за убийства по неосторожности: якобы Тецнер случайно сбил пешехода и хотел скрыть следы преступления по неосторожности. Но выглядело это неубедительно, и его приговорили к смертной казни. Эмма получила тюремный срок как соучастница.

Заслуга в этом деле по праву принадлежит профессору Кокелю. С такими ощутимыми успехами экспертов и произошло революционное реформирование полицейских управлений: теперь в каждом полицейском департаменте открылся отдел судебной медицины.

Химики помогают закону

Химия криминалисту необходима: без нее порой невозможно провести анализ вещественных доказательств, установить личность жертвы и оставленные убийцей следы. А в тех делах, где в качестве орудия преступления выступает