100 великих имен России - Полина Ребенина

Перед своими сторонниками Пугачев отлично играл «царскую роль». Он издавал указы не только от себя лично, но и от имени «сына и наследника» Павла. Часто при людях Емельян доставал портрет Павла и говорил со слезами в голосе: «Ох, жаль мне Павла Петровича, как бы окаянные злодеи его не извели!» А в другой раз самозванец заявлял: «Сам я царствовать уже не желаю, а восстановлю на царствие государя цесаревича».

Повстанцы были поделены на «полки», возглавляемые выборными или назначенными Пугачевым «офицерами». В 5 верстах от Оренбурга, в Берде, сделал Пугачев свою ставку. На пугачевские указы ставили «большую государственную печать». При «царе» действовала Военная коллегия, сосредоточившая военную, административную и судебную власть. Как доказательство высокого происхождения Пугачев показывал свои родимые пятна: тогда все были убеждены, что цари имеют на теле «особые царские знаки». Красный кафтан, дорогая шапка, сабля и решительный вид завершали образ «государя». Он умело играл роль такого царя, каким желала видеть его мужицкая фантазия: степенным, грозным и скорым на суд над «изменниками». Он казнил и жаловал. Казнил дворян и жаловал простых людей..

5 октября 1773 года Емельян Пугачев с 2,5 тысячи сподвижников начал осаду Оренбурга. Это был хорошо укрепленный губернский город, его защищали 3 тысячи солдат. Пугачев стоял под Оренбургом 6 месяцев, но взять его так и не сумел. Со временем войско восставших выросло, в некоторые моменты его численность достигала 30 тысяч человек. На выручку осажденному Оренбургу с верными Екатерине II войсками поспешил генерал-майор Кар. Но его полуторатысячный отряд был разгромлен. То же произошло и с воинской командой полковника Чернышева. Остатки войск отступили в Казань и вызвали там панику среди местных дворян. Дворяне уже были наслышаны о свирепых расправах Пугачева и начали разбегаться, бросая дома и имущество.

Положение складывалось нешуточное. Екатерина, чтобы поддержать дух поволжских дворян, объявила себя «казанскою помещицей». К Оренбургу стали стягиваться войска. Требовался талантливый главнокомандующий, и вот на придворном балу императрица обратилась к А.И. Бибикову, которого не любила за близость к своему сыну Павлу. Но тут поступилась своими убеждениями и с ласковой улыбкой попросила его возглавить армию. Бибиков отвечал, что посвятил себя службе Отечеству и принимает назначение. 22 марта 1774 года в сражении под Татищевой крепостью Бибиков сумел разгромить лучшие силы Пугачева. Две тысячи пугачевцев были убиты, 4 тысячи ранены или сдались в плен, у повстанцев захватили 36 пушек. Пугачев был вынужден снять осаду Оренбурга. Казалось, что бунт подавлен.

Суд Пугачёва. Художник В.Г. Перов. 1875 г

Но весной 1774 года началась вторая часть пугачевской драмы. Пугачев двинулся на восток – в Башкирию и на Урал. Когда он подошел к Троицкой крепости, в его армии насчитывалось 10 тысяч человек. Пугачевцы жгли заводы, отнимали у приписных крестьян и работных людей скот и другое имущество, чиновников, приказчиков, пленных «господ» уничтожали без жалости, иногда самым изуверским способом. Часть простолюдинов пополняла отряды пугачевских воинов, другие сбивались в отряды вокруг заводовладельцев, чтобы защитить их и свою жизнь и собственность.

Войско Пугачева все больше росло за счет отрядов поволжских народов – удмуртов, марийцев, чувашей. 12 июля 1774 года «император» с 20-тысячным войском взял Казань. Но в Казанском кремле заперся правительственный гарнизон. К нему на помощь подоспели царские войска во главе с Михельсоном. 17 июля 1774 года Михельсон разбил пугачевцев. «Царь Петр Федорович» бежал на правый берег Волги, и там крестьянская война развернулась вновь. Пугачев издал манифест 31 июля 1774 года, в котором даровал крепостным волю и «освободил» крестьян от всех повинностей. Везде возникали повстанческие отряды, которые действовали на свой страх и риск, часто вне связи друг с другом.

Пугачев с главными силами двигался к Нижней Волге. На пути восставших стояла мощная крепость Царицын. Здесь в августе 1774 года пугачевцы потерпели крупное поражение. Поредевшие отряды мятежников начинали отступать туда, откуда пришли, – на Южный Урал. Сам Пугачев с группой яицких казаков переплыл на левый берег Волги.

Однако 12 сентября 1774 года бывшие соратники предали своего предводителя и захватили Пугачева. Не действовали уже гневные окрики Емельяна Ивановича: «Кого вы вяжете? Ведь если я вам ничего не сделаю, то сын мой, Павел Петрович, ни одного человека из вас живым не оставит!» Связанного «царя» отвезли к Яицкому городку и там сдали офицеру. Михельсон приказал отправить Пугачева в Симбирск. Конвоировал его отозванный с турецкой войны полководец А.В. Суворов. Пугачева везли в деревянной клетке на двухколесной телеге.

Генерал-поручик Суворов со своим отрядом за неделю прошел 600 верст по распутице и бездорожью в неспокойных, охваченных бунтом краях и доставил Пугачева в Симбирск. Вот что описал А.С. Пушкин в своей «Истории Пугачева»: «Суворов от него не отлучался. В деревне Мостах случился пожар близ избы, где ночевал Пугачев. Его высадили из клетки, привязали к телеге вместе с сыном, резвым и смелым мальчиком; Суворов сам их караулил. В Коспорье, против Самары, ночью, в волновую погоду, Суворов переправился через Волгу и пришел в Симбирск в начале октября.

Пугачева привезли на двор к графу Панину, который встретил его на крыльце. «Кто ты таков?» – спросил он у самозванца. «Емельян Иванов Пугачев», – отвечал тот. «Как же смел ты назваться государем?» – продолжал Панин.

«Я не ворон, – возразил Пугачев, играя словами и изъясняясь, по обыкновению, иносказательно. – Я вороненок, а ворон-то еще летает». Панин, заметя, что дерзость Пугачева поразила народ, столпившийся около дворца, ударил самозванца по лицу до крови и вырвал у него клок бороды».

Победа правительственных войск сопровождалась зверствами не меньшими, чем творил Пугачев над дворянами. Екатерина II решила, что «в теперешнем случае казнь нужна для блага империи». Емельян Пугачев сложил свою голову на плахе 10 января 1775 года при большом стечении народа на Болотной площади в Москве. Вместе с Пугачевым были повешены несколько его сподвижников. Знаменитого атамана Чику увезли для казни в Уфу. Тысячи людей были казнены без суда и следствия. На всех дорогах восставшего края валялись трупы, оставленные в назидание. Невозможно было счесть крестьян, наказанных кнутом, батогами, плетьми. У многих отрезали носы или уши.

Император Павел I

Сын Екатерины II Павел взрослел и все больше становился для нее живым укором, ведь она практически узурпировала его власть. В 1776 году он женился на Софии-Доротее Вюртембергской. Это был второй брак, первая жена, Наталья Алексеевна, умерла в родах. София, перекрещенная в Марию Федоровну,