Из руин - Arlenna

Идиот! Хотя, Поттер и так не обольщался, что мы сдержим слово отпустить его друзей в обмен на шар.

Из осколков на полу поднялись призрачные фигуры и что-то забормотали.

И мы, и школьники уставились на них, пытаясь разобрать, что они говорят. Долохов даже под маской выглядел растерянным и словно сам не понимал, что на него нашло. А действительно, — подумалось мне, — Антонин хоть и вспыльчив, но не до такой степени, и когда нужно, прекрасно владеет собой.

Что же получается? Сначала на меня нашло помрачение рассудка и я уже была готова швыряться заклятиями, но Родольфус меня остановил. Тогда что-то случилось с Долоховым, что-то, что заставило его нарушить план операции. Уж не для того ли нас провоцировали на нападение, чтобы подать Поттеру идею с разбиванием пророчеств, которое, как я знала, скоро должно последовать? Но тогда выходит, что всё было запланировано с самого начала, все роли расписаны, все мы, и Пожиратели, и Поттер с друзьями, и даже сам Тёмный Лорд — лишь марионетки в руках «великого светлого» кукловода, который собрал нас здесь с единственной целью — выманить Волдеморта и продемонстрировать его магической общественности. Заодно, конечно, вернуть себе все посты и титулы.

Изначально роль невольной подсказчицы предназначалась Беллатрикс. Ей, самой вспыльчивой и возбудимой, легче всего подкинуть подобную идею. Я ведь уже практически поддалась, когда вмешался Родольфус. Невидимый игрок, поняв, что со мной номер не прошёл, тут же переключился на следующий вариант. Антонин считал, что мой план лучше, видел, что всё рассыпается, и ему легко было внушить идею спасти операцию.

Поттер снова чем-то рассмешил Пожирателей, они захохотали, а я увидела, что его губы едва заметно шевелятся — он раздавал указания. Гермиона за его спиной машинально кивнула.

— Родольфус, — не оборачиваясь, окликнула я мужа, — кажется, сейчас они обрушат стеллажи.

— Редукто!

Пять палочек взметнулись вверх, пять синих лучей ударили в полки с пророчествами в пяти разных направлениях.

— Протего! — мы с мужем вскинули наши палочки, в последние мгновения успев поставить щит, наткнувшись на который, обломки стекла и дерева соскользнули вниз, не причинив вреда ни нам, ни Басти, Долохову, Мальсиберу и Макнейру, стоявшим рядом. Остальным повезло меньше.

Здоровенная балка упала на Крэбба. Впрочем, он и не заметил, только отмахнулся. На Джагсона пролился стеклянный дождь, он стянул пропитанную кровью маску и прижал её к лицу. Нотта сбило с ног, Эйвери помог ему подняться. Руквуд пришибленно смотрел на разлетающиеся шары и поднимающиеся из них молочно-белые фигуры, чьё невнятное бормотание слилось в сплошной гул.

Подростки кинулись врассыпную.

— Задержите их! — взвизгнул Малфой! — Только осторожно, берегите пророчество!

Руквуд, выйдя из прострации, метнулся наперерез, но Поттер умудрился ударить его локтем в лицо так, что на секунду дезориентировал, и этого мгновения им с Гермионой хватило, чтобы проскочить мимо.

Мальсибер стремительно сорвался с места и ухватил Поттера за плечо, но Гермиона оглушила его Ступефаем.

— Коллопортус! — услышали мы. Хлопнула дверь, свет, пробивавшийся из соседней комнаты, погас.

— Нет! — Малфой в ужасе закрыл лицо руками. Надеялся на лёгкую победу, милый, уже предвкушал награду, которую вручит Лорд за успешное выполнение приказа?

Родольфус снял заклятие с Малькольма и склонился над Ноттом, который снова опустился на пол. Его довольно сильно оглушило.

— Оставьте его! — Заорал Малфой. — Лорду нужно пророчество, а не Нотт! Джагсон, назад, будем действовать организованно! Разобьёмся на пары и будем искать. Помните — с Поттером осторожно, пророчество не должно пострадать! Остальных можете убить, чтобы потом не тратить время!

С учётом того, что подростки наверняка всё ещё в соседней комнате и прекрасно нас слышат, это было архиглупо, но что поделаешь — не первая и далеко не последняя глупость Люциуса в этой операции.

Малфой отправил нас с Родольфусом налево, Крэбба с Рабастаном направо, Джагсон с Долоховым и Макнейр с Эйвери ушли в боковые ответвления, Руквуду пришлось идти одному — Нотт так и не оправился от удара. Себе в пару Люциус взял Мальсибера.

Родольфус был не в восторге от того, что брат ушёл с Крэббом, но понимал, что сейчас не время препираться. Мы осторожно ступали, стараясь не производить шума и чутко прислушиваясь. Но ничего не было слышно — очевидно, компания Поттера выбрала другое направление.

— Ты была права, Белла, — сказал Родольфус, когда мы упёрлись в стену, и стало ясно, что надо возвращаться. — Что-то здесь не так. У меня такое впечатление, что каждый наш шаг предугадан, что нас заставляют играть навязанные роли.

— Не забывай про портал, — напомнила я. — Похоже, нас заманили в ловушку, а школьники не более, чем наживка. Выход основных игроков впереди.

— Мы его взяли! — донёсся приглушённый расстоянием голос Долохова. — Он в чула…

Крик оборвался. Мы переглянулись и кинулись туда.

— Мерлин, что это? — остолбенел Родольфус, глядя на Крэбба, на широченных плечах которого сидела крошечная сморщенная головка младенца. Младенец то и дело заходился плачем, в то время как огромное грузное тело бестолково металось в разных направлениях, а мощные кулаки молотили воздух и то, что под них попадалось. — Где Басти? Он был с Крэббом!

Рабастан неподвижно лежал на полу среди среди осколков стекла и обломков часовых механизмов.

— Басти! — бросился к нему муж. Я присела рядом.

— Ступефай, — определил он, снимая заклятие. Рабастан очумело помотал головой и с ужасом посмотрел на мечущегося по комнате Крэбба.

— Что с ним? — спросил Родольфус.

— Не знаю, — Рабастан снова мотнул головой. — Поттер сбил его с ног, он попал головой в эту штуку, — Басти кивнул на стеклянный сосуд, от которого исходил переливчатый свет, и его голова… его голова… она делалась то крохотной, как у младенца, то обычной, так было несколько раз, потом он вытащил голову, но она так и осталась…

— Да уж… Ему стоило подождать, пока голова придёт в нормальное состояние, и только тогда вытаскивать, — пробормотал Родольфус.

— Вряд ли он в младенческом состоянии мог это сообразить, — заметила я. Хотя что касается Крэбба, он и во взрослом состоянии соображал не очень.

— Но что это такое?! — спросил Рабастан, опасливо отодвигаясь.

— Это комната времени, — сообщил появившийся на пороге Руквуд, печально оглядывающий разгром. — Была… Маховики погибли, часы разбиты, боюсь, в ближайшие годы этого не восстановить. Если вообще удастся. Беллатрикс, — повернулся он ко мне, — признаю, что был неправ, выступив против вашего плана. У нас действительно был шанс отделаться всего-то десятком-другим шаров с пророчествами. Теперь я вижу, что это было бы наименьшим злом.

— Не сокрушайтесь, Августус, — я лишь махнула рукой. — Люциус не поддержал бы меня, даже если бы мы все одиннадцать были «за».