Его враг – его жена - Ника Давыдова

Я замолчала, пытаясь вспомнить ещё что-нибудь.

— На руке у него был какой-то браслет, — добавила я вдруг. — Широкий, металлический. С какими-то узорами. Я видела его, когда он протянул руку к Сэлире.

Аэлрик кивнул, будто что-то для себя отмечая.

— Хорошо.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, и в нем было что-то тёплое. Почему? Почему он вдруг перестал избегать контакта глаза в глаза?

— Не волнуйтесь, Шаэри, — сказал сильвах. — Вы очень помогли. Вы молодец.

Что-то внутри меня сломалось от этих простых слов. Всё напряжение, весь страх, что копились с момента пробуждения, вдруг вырвались наружу. Я не успела подумать, не успела остановить себя и просто шагнула вперёд и обняла его, прижимаясь лицом к груди и пряча его в складках рубашки.

— Мне страшно, — прошептала я, чувствуя, как голос дрожит. — Так страшно. Когда я была в своем теле, то не могла ни за что зацепиться. Просто наблюдала. Хотя это же я! А вдруг… вдруг оно уже и не примет мою душу обратно? Вдруг я застряну в теле Сэлиры навсегда?

Слова вырывались сами собой, бессвязные, отчаянные. Я чувствовала, как дрожат руки, как перехватывает дыхание, мне хотелось, чтобы меня спрятали от моих собственных страхов, и только сильварх мог это сделать.

Аэлрик замер. Несколько секунд он стоял неподвижно, а потом его ладони осторожно, почти неуверенно легли мне на спину. Сжались в ответном объятии едва заметном объятии.

— Я уверен, что ваша душа сможет вернуться в тело, — произнёс он таким тоном, от которого внутри всё перевернулось.

Голос звучал совсем близко — прямо над моей макушкой. Я чувствовала, как вибрирует его грудная клетка, выпуская низкий, немного хриплый звук наружу.

— Ведь вы очень сильная.

Я замерла, не решаясь пошевелиться. Боялась, что если сделаю хоть малейшее движение, момент разрушится, и он отстранится.

— Почему вы так думаете? — прошептала я в ткань его рубашки.

Аэлрик помолчал. Потом одна из его рук медленно скользнула выше, коснулась моего плеча, мягко подталкивая меня чуть отстраниться. Я неохотно подняла голову, встречаясь с его взглядом.

Он смотрел на меня с таким выражением, что сердце пропустило удар.

— Знаете, какого цвета сейчас ваши глаза? — спросил он негромко.

Я моргнула, не понимая.

— Какого?

— Зелёного, — ответил он просто.

Я замерла, осознавая смысл его слов. Это значило…

— Ваша душа настолько привязана к вашему телу, что даже чужое пытается изменить под ваш изначальный облик. И пока она это делает, пока вы не сдаётесь — ничего не потеряно. — продолжил Аэлрик, и в голосе его послышалась убеждённость. — Как только появится шанс, вы обязательно вернетесь.

Его ладонь всё ещё лежала на моём плече. Большой палец почти неосознанно чертил небольшие успокаивающие круги по ткани халата.

Я с громким выдохом прижалась к нему еще сильнее, будто бы пыталась стать частью одного целого. Ну почему вы не мой?

* * *

Аэлрик

Дверь закрылась за Шаэри с тихим щелчком, оставив Аэлрика стоять посреди спальни в полной тишине. Девушка исчезла так же внезапно, как и ворвалась. Успокоившись, вдруг засмущалась и маленьким испуганным зверьком скрылась за порогом спальни, бормоча что-то невнятное про то, что попросит слуг накрывать на завтрак, если они ещё не начали. Голос её звучал растерянно, словно она только сейчас осознала, что натворила, ворвавшись к нему в спальню.

Забавно, как она освоилась за эти недели в его доме. Уже и со слугами не боялась разговаривать, знала, где что находится и чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы в случае чего отдавать распоряжения. Совсем не похоже на ту испуганную девушку, что очнулась здесь несколько недель назад. И на Сэлиру, которая всегда держала слуг на расстоянии, относилась к ним как к безликим исполнителям своих капризов.

Аэлрик медленно выдохнул, опуская взгляд на свои руки. Ладони всё ещё хранили остаточное тепло от её тела и помнили, как осторожно сжимали знакомую по ощущениям тонкую спину через ткань халата. От понимания, чье именно тело он обнимал, накатила дурнота. Он провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями, и ему вдруг показалось, что он чувствует какой-то тонкий витающий по комнате аромат. Свежий, цветочный и едва уловимый. Аэлрик замер, втягивая этот запах носом, и только через несколько секунд осознал, что делает. Резко развернулся в смежную с спальней ванную.

Холодная вода ударила в лицо, заставив вздрогнуть. Он обдал себя ледяным подобием душа несколько раз, пока не почувствовал, что голова немного прояснилась. Нужно было прийти в себя и взять под контроль эмоции.

А в мыслях все еще такой нежный, кроткий взгляд, который словно по волшебству менял все восприятие Аэлрика. Каждый раз, когда эти зелёные глаза буквально загорались на лице, когда-то принадлежавшем Сэлире, он забывал обо всём. О предательстве, о боли, о том, что перед ним тело ненавистной ему женщины. Он смотрел в эти глаза и чувствовал спокойствие. Такое же, какое накрывало его, когда он наблюдал за тем, как девушка собирает цветы в саду.

Аэлрик выпрямился, глядя на своё отражение в зеркале над рукомойником. Мокрые пряди волос прилипли ко лбу, капли воды стекали по щекам. Глаза светились золотом от пробудившейся невовремя магии. Иногда Свет появлялся не по команде, а из-за разбушевавшихся чувств.

Он резко мотнул головой, изгоняя ненужные мысли прочь. Сейчас не время думать о Шаэри. Точнее, думать о ней втаком ключе. Она принесла важную информацию, и нужно было действовать. Найти союзника Сэлиры.

По одному описанию мало что можно было понять. Тёмные волосы, резкие черты лица, уверенная манера держаться. Таких мужчин в столице было пруд пруди, особенно среди аристократов и военных. Но вот браслет… Некоторые из старинных родов любили носить подобные украшения, на которых были выгравированы гербы или девизы. Фамильные ценности, передаваемые из поколения в поколение. Если этот браслет был именно таким, то вычислить владельца не составит труда. Достаточно поднять архивы, просмотреть геральдические записи. Только если Шаэри не запомнила хотя бы некоторые символы на нем, то и эта деталь совершенно бесполезна.

Аэлрик быстро вытер лицо полотенцем и принялся одеваться. Движения были автоматическими, отточенными годами службы. Он застегивал пуговицы мундира, не глядя на них, мысленно уже составляя план действий.

Ещё одна деталь, которая не давала покоя. Если Шаэри вновь оказалась в своем теле, значит,