Аристократ - Анна Кондакова

Пламя сделало дело — у двери начался хаос. Крики обожжённых людей, кашель, стоны, треск огня, вонь подпаленных волос и кожи, беспорядочные выстрелы.

Густой дым заполонил камеру.

К моему натиску добавился и мощнейший удар Хлои. Она опять атаковала слепыми рунами, окончательно сбивая противника с толку. Мерцающая россыпь рисунков озарила мрак камеры и метнулась сквозь дым, в сторону чернеющего дверного проёма.

Опять послышались крики, опять выстрелы.

Малой кровью тут точно не обойдётся. Надо было быстрее покидать камеру, иначе мы завалимся трупами, потратим кодо и время.

Я рванул к середине камеры. Увидев меня на прямой линии огня, Хлоя кинулась ко мне и завопила:

— Ты что?! Уйди оттуда!! Уйди!

— Стой на месте! — рявкнул я в ответ.

Она мгновенно замерла — поняла, что сейчас лучше ко мне не лезть.

Дым послужил прикрытием моему и без того полупрозрачному силуэту. Одна проблема — всё это не защищало от случайных пуль, а моя многострадальная левая рука уже успела получить свинца, да ещё и Печать на пальце давала о себе знать.

Двигалась рука еле-еле, но всё же двигалась. И на том спасибо.

Я наклонился, отставив одну ногу назад, а вторую согнув в колене, будто стоял на старте у беговой дорожки. Потёр ладони друг о друга, разогревая кожу, и приложил их к полу.

Каменные плиты отозвались длительным гулом, звук откатился и заухал в коридоре по всему восьмому корпусу.

Пол мутировал уже спустя пару секунд.

С охраной тюрьмы я поступил точно так же, как в Змеиных пещерах с полчищем свинорылов. Насадил противника на шипы. Только на этот раз кодо я не экономил и не считал каждую потраченную единицу. Сработал так, чтобы убрать максимум стражи за пределами камеры и освободить путь.

Из коридора донеслись хрипы и стоны, опять прогрохотали беспорядочные выстрелы.

Не поднимая ладони и не меняя положения, я снова пустил кодо в камни. Окровавленные шипы скользнули обратно в плиты пола.

Хлоя подбежала ко мне, разъярённая как дьяволица.

— Ты совсем уже?! Так подставляться! Отбились бы без идиотского геройства!

— Так быстрее, — бросил я и, зорко осматриваясь, двинулся к выходу, заваленному телами охранников, заодно вынул один из револьверов из-под плаща.

Хлоя всё никак не могла успокоиться.

— Не знала, что есть Печать, лишающая мозгов, — фыркнула она мне в спину. — Ты именно её надел, да? Что там изображено? Дождевой червь? Или дубовые опилки?

Она бы наговорила мне ещё много приятных вещей, если б не вышла в коридор.

В жуткой тишине мы остановились и огляделись.

Казалось, весь восьмой корпус был завален трупами и ранеными. Те, кто ещё оставался жив, пытались либо спрятаться, либо атаковать, но на любое движение моментально реагировала моя рука с револьвером.

Я шёл по коридору, липкому от залитой крови, а щелчки курка и выстрелы оповещали тюрьму о смерти очередного её стражника. Хлоя тоже убирала раненых, но куда более изящно — сонными рунами. Скорее всего, уснув, эти бойцы уже никогда не проснутся.

Интересно, доложили ли императору об атаке на тюрьму? Или решили справиться сами? Сказать императору — это ж расписаться в собственной беспомощности. Всё-таки Красный Капкан — не просто тюрьма. То, что происходило здесь, испокон века оставалось только здесь…

Мы уже были на полпути к выходу из восьмого корпуса, как Хлоя вдруг остановилась.

— Слышишь? — прошептала она, нахмурившись. — Рэй, ты слышишь? Что это?..

* * *

Если б не Хлоя, я бы не придал тихому звуку значения.

Он доносился из запертых камер, только из-за толщины стен и дверей призывы напоминали очень далёкий отголосок эха, еле различимый.

— Это ведь заключённые восьмого корпуса… это адепты, — добавила Хлоя с придыханием. — Надо их освободить. Рэй, надо их…

— Пошли. У нас другая задача. — Я ухватил девушку за запястье и потянул за собой.

— Нет, Рэй. Мы должны их освободить. Эти адепты не менее важны, чем твои чёрные волхвы. Чем они хуже? Тем, что тебе на них наплевать? Только этим?

Она выдернула руку из моих пальцев и кинулась к ближайшей камере.

— Хлоя, твою ж мать, — процедил я.

Не обращая на меня внимания, она заколотила ладонью по двери.

— Сейчас… сейчас, подождите. Мы вас вытащим. Потерпите.

Я бы силой увёл её отсюда, но на это ушло бы даже больше времени, чем на освобождение адептов. Она ж в меня рунами начнёт швыряться, бешеная ведьма, а ведь знает, что без мастера мутаций двери ей не открыть. К тому же, в механизмах содержится дериллий.

— Нахрена мне твои грёбанные адепты, Хлоя? Нахрена? — проворчав, я быстро подошёл к ней, подвинул плечом и приложил ладонь к трём замочным скважинам поочерёдно.

Хлоя напряжённо наблюдала, как под напором моего кодо плавятся замки и скрипят запирающие устройства.

Через полминуты дело было сделано.

Массивная железная дверь открылась, и в глубине камеры, где-то в углу, я увидел две пары блеснувших в кромешной темноте глаз.

Хлоя без промедления кинулась во мрак.

Она даже не подумала о том, что там могут сидеть совсем не адепты. И эта девчонка десять минут назад твердила что-то про мозги?

Я остался на пороге, приготовившись отбивать Хлою, если придётся.

Не пришлось.

В коридор она вывела за руки детей лет восьми. Два пацана, оборванные, грязные и худые. Увидев их, я опешил. Дети? Здесь не гнушаются держать даже детей?..

— Какие ублюдки вас сюда сунули, — выдавил я, пялясь на измазанные пылью и плесенью лица.

Теперь Хлое не пришлось требовать с меня открыть другие камеры. Я сделал это добровольно и очень быстро.

Переходил от камеры к камере, плавив все замки подряд, и пока я это делал, те два пацана ошеломлённо смотрели на меня.

В конце концов, один из них не выдержал и прошептал:

— Ты видел, Сэмми? Он плавит дериллий. Смотри, Сэм. Ты видел?.. Кто это? Кто он такой?

— Кто-то очень… круто-о-ой, — выдохнул второй пацан.

Я открыл все пятнадцать камер восьмого корпуса, Хлоя вывела заключённых в коридор. В итоге получилась целая толпа из тридцати человек. Детей больше не было, в основном молодые мужчины и женщины, но я заметил и пару стариков.

Теперь все они смотрели на меня. Причём не просто как на спасителя, а как на божественное чудо.

Перешёптывались, но не решались сделать из коридора и шага. То ли слишком их запугали, то ли они до сих пор не могли поверить в свою удачу. А может надеялись, что я их из тюрьмы за ручку выведу.

Ну да, у меня же других задач нет, только спасать невинно заточённых.