Путь Наставника 2 - Игорь Ан

Как ни странно, недолгое лежание в холодном проёме, пошло на пользу.

— Ты отважный пацан! — ткнул в меня пальцем угольщик. — Мог бы бросить здесь старого, никому не нужного человека и уйти. Но ты тащишь меня куда-то. Брось…

— Идём, — ответил я.

Прекрасно понимаю, что алкоголь в нём чуть подвыветрился и сейчас начнёт требовать разговора. Что ж, пусть болтает что хочет, главное — идёт, куда ведём.

Наконец, мы полностью втащили угольщика в лавку и закрыли дверь. Сразу же стало теплее. Между лавкой и пристройкой, как тамбур между вагонами — вроде и дверь, и там, и там тепло, но сквозь щели проходит столько холода, что успеваешь замёрзнуть, пока делаешь эти пару шагов.

В лавке я толком никогда не был. Только проходом в пристройку. А потому не представлял, как здесь всё устроено. Огляделся.

Входная дверь — довольно большая. Два высоких окна, они же витрины. Очаг в дальнем углу. Сейчас в нём горел огонь, а рядом валялось на боку старое деревянное кресло-качалка. Тут же стояла початая бутыль какой-то мутноватой жидкости. Ближе к очагу ещё одна — пустая.

Справа от очага выходила низкая дверь — сейчас запертая.

Угольщик, хоть и сильно шатался, и нам приходилось ловить его на заносах, но тянул он однозначно к той двери.

Бивень, придерживая хозяина под руку, толкнул дверь. За ней оказалась спальня с низким потолком и грубо сколоченной односпальной кроватью. Постельного белья, как такового, не было. Лишь два тонких тюфяка побольше и один пухлый поменьше. Видимо: матрас, одеяло и подушка.

— Я подержу его, поправь, — сказал Бивень и вцепился в угольщика двумя руками.

Верное решение. Я бы такую тушу один не удержал.

Я быстро поправил постель. Мы подвели и усадили угольщика на край кровати.

— Это всё вы! — чуть запинаясь, произнёс тот. — Вы виноваты!

Я посмотрел на него, но промолчал.

— Вы! Беспризорники…

Второе слово он выговорил с пятого или шестого раза.

Понеслось… Теперь будем высказывать претензии?

Бивень вопросительно взглянул на меня. Мол, довели до кровати, уходим?

Я понимал, что теперь угольщик и сам может справиться. Вот только мой опыт говорил: пока не уложил, есть шанс, что снова поднимется и куда-нибудь попрётся.

Потянув за рукав, я попытался повалить угольщика на кровать.

Но не тут-то было. Тяжёлый, да ещё упирается.

— Нет! Ты послушай! Если бы не вы, я был бы… был бы… я подавал надежды! У меня могло быть будущее.

Он на секунду замолчал, и его взгляд вдруг стал осмысленным. Но это лишь на мгновение. Затем глаза снова расфокусировались, но зато он продолжил:

— Нахрен я спасал его? А? Вот зачем⁈

Похоже, угольщик сейчас мог либо осмысленно смотреть, либо говорить. Задав вопрос, он снова уставился на меня.

— Может, потому, что вы хороший человек? — предположил я.

Бивень покачал головой, и едва заметно усмехнулся. Было видно, что он слегка расслабился. Подопечные ушли, угольщик доведён до безопасной кровати. Теперь он просто мог послушать.

Собственно, я тоже. Моей задачей осталось заставить угольщика улечься и укрыться одеялом. Как показывала практика, после этого человек уже не порывался встать. Просто засыпал. Мозг словно переключался в другой режим, осознав перемену в окружающем пространстве.

Но сейчас угольщик никак не хотел угомониться. Ему требовалось что-то сказать.

— Да! — уверенно заявил он. — Я спас его! Мог бы и оставить! Тонешь, и хрен с тобой! Но я спас! А потом от меня ушла жена.

Я посмотрел на угольщика. Логика его подводила. Связи между этими утверждениями я не видел.

— Нет… — подняв руку, угольщик поводил пальцем перед носом. — Нет! Он не виноват. Я сам. Всё из-за меня.

Он вдруг уронил голову и всхлипнул.

— Я хотел стать Ростком.

Бивень нетерпеливо мялся уже у двери. Похоже, его этот разговор совершенно не интересовал. Впрочем, что ждать от пьяного бреда?

— Иди, — тихо произнёс я, — Я уложу его.

Бивень помотал головой и сделал знак рукой, мол, нет, сваливаем вместе. Я покачал головой в ответ. Нет. Я доведу дело до конца.

Бивень вздохнул, пожал плечами.

— Уверен? — тихо спросил он.

Я кивнул. Дверь скрипнула едва слышно, в комнату пробился свет от очага, Бивень ещё немного помедлил и вышел.

Здесь было тепло. Задняя стенка очага грела спальню. Сквозь окно в противоположной от двери стене долетало немного света с улицы. Но там уже была ночь, лишь отражались фонари в плотных облаках. Но мне этого хватало. Я прекрасно видел всё вокруг.

— Ложитесь спать уже, — мирно произнёс я, попробовав снова подтолкнуть угольщика.

— Спать… — протянул он. — Да, сейчас… Только понимаешь… он же отблагодарил меня. Он!

— Кто он?

— Беспризорник тот чёртов!

Угольщик так резко переходил от воспоминаний и вполне тёплого отношения к тому, о ком говорил, к резкой и, судя по тону, давней ненависти.

— Он, понимаешь… мне сток принёс. Крохотный. Вот такой.

Угольщик свёл большой и указательный пальцы вместе. Не думаю, что сток, скорее всего, имелся в виду праносток, был таким. В зазоре между пальцев и миллиметра не было. Но я не хотел сбивать с воспоминаний. Сейчас тон угольщика снова сделался тёплым. Я просто надеялся, что в такой момент, погрузившись в приятное прошлое, он попросту отрубится и уснёт. Но не на этот раз.

— Вот он-то и виной всему!

— Сток? — уточнил я.

— Пацан! — рявкнул угольщик. — Да он же украл его! Откуда нищему бродяжке взять сток? А?

— Может, нашёл?

Угольщик уставился на меня. А потом пьяно хохотнул.

— А, может! Но я думаю — украл. Щенок! Ненавижу беспризорников!

Снова перемена. Я всё равно был настороже, и вариантов действий у меня была масса. На самом деле, я мог отрубить угольщика парой способов, но признаться, меня увлекла его история.

Он спас какого-то беспризорника. Вытащил его из воды. И тот в подарок дал ему праносток. Интересно, конечно. Может, и впрямь тот украл его? Хотя о чём я? Вообще, неважно ведь! Допустим, украл и не смог сбыть, но был настолько благородным, что подарил его своему спасителю. Да, пофиг! Допустим.

— Но он же отдал мне его… — задумчиво продолжил угольщик, в очередной раз сменив настроение. — Отдал. Словно знал, что он мне нужен. А он был нужен! Я стоял на грани. Росток… вот-вот, достигну. И стена. Сложно.

Речь угольщика вдруг стала сбивчивой, словно он хотел пройти этот момент как можно быстрее.

— Я решился. Сток. В нём мало, но мне бы хватило. Я не умел. Этому учат, но я не знал. Просто… просто… решил что смогу. Понимаешь?

Он снова