Небесный всадник. Том 4 - Кирико Кири

— Ещё когда не существовало никакой Нарианской империи, всадницы разных земель, что были в то время разрознены, решили объединиться между собой, чтобы дать бой захватчикам.

— Агадарки?

— Да, агадарки. Лишь вместе они могли выстоять. Однако здесь была и проблема: они были воинами, идущими в авангарде, а требовались и те, кто смог бы поддерживать их из тыла. И они заключили договор с одним из правителей, Агерштейном, который был харизматичен, умён и находчив. Он при поддержке всадниц смог уговорить всех объединить усилия, чтобы дать бой захватчикам. Мы победили. Вернее, отстояли свои земли. Многие века небесные всадницы были компасом империи, в то время как император лишь управлял ею. Время шло, он подмял под себя всю власть, земли стали одним целым, и вот мы имеем что имеем — император и небесные всадницы. Тот, кто направляет империю, и те, кто её защищает. По крайней мере, так было до последнего времени.

— Понятно… — пробормотал я.

Её история не сильно отличалась от истории императора. Расходились лишь акценты. По его версии, наибольшую роль сыграл первый император, который смог всех собрать, всё организовать и спланировать. По их версии, небесные всадницы были теми самыми капитанами, которые направляли и защищали империю, в то время как император просто организовывал её существование.

Вроде бы одна и та же история, а каждый тянет главную роль на себя. А в учебнике истории и вовсе было написано, что Нарианская империя занималась тем же, чем и Агадарская — всеми правдами и неправдами захватывала соседей, и выдающихся просто не было. Обычное королевство, которое пыталось выжить.

Где правда? Если бы меня спросили, то я бы сказал, что посередине, а они оба набивают себе цену. А посередине — это…

И тут у меня мелькнула очень даже безумная догадка. Просто вот догадка, когда смотришь на картину в целом, ловишь отрывки оттуда и оттуда, а потом внезапно у тебя возникает мысль: а случаем ли это не то-то то-то?

В нашем конкретном вопросе: а первый император не мог быть сам небесным всадником?

Да, в этом мире все поголовно упорно твердят, что были, есть и будут только небесные всадницы. Но те же агадарки допускают, что какие-то небесные всадники очень давно могли существовать. Не известно, это красивая легенда или правда, но моё существование вроде как говорит в пользу второго.

Но я ушёл в сторону. Если предположить, что небесные всадники существовали и, прежде чем окончательно выродились, может быть такое, что первый император им и являлся?

Тогда это объясняет, как он смог найти общий язык с небесными всадницами — по факту человек их уровня, равный им, кого бы они послушали. И как он смог убедить других присоединиться — они вместе всех и заставили.

Он мог взять на себя трудоёмкий процесс или, если был из последних, его решили поберечь, оставив в тылу. Точно, а может, он и был одним из последних, почему небесные всадницы, боясь остаться вообще без небесных всадников, оставили его в тылу управлять теми, кого они прижали!

Тогда понятно, как допустили две силы в одной империи, потому что на деле не было никаких двух сил — был один-единственный совет небесных всадников, правящих простым людом. Потом тот умер, оставив после себя слабого потомка, занявшего его место управленца, со временем превратившегося в императора, а небесные всадницы как были, так и остались.

Это могло бы и объяснить, почему именно среди аристократов появляются чаще небесные всадницы — все они так или иначе дальняя родня первого императора, небесного всадника, и иногда гены, пересекаясь, дают небесную всадницу.

Сука, да я гений! Жаль только пруфов подвести к теории не могу. А значит, это просто теория, одна из сотен, которые предлагали другие, ничем не лучше и не хуже, потому что нет доказательств. Эх… а ведь я был так близок к разгадке…

* * *

Хотелось бы мне сказать, что в дальнейшем моя жизнь была полна интересных приключений, но правда в том, что всё вернулось на свою колею.

Меня мучили иногда кошмары, девушки говорили, что я даже иногда кричал по ночам. Мои будни представляли из себя тренировки, занятия и дежурства. Всё как раньше, за исключением того, что Серафина перестала меня приглашать к себе на занятия по этикету, и я больше не ходил в патрули. Даже сам просил меня отправить, но находилась сотня отговорок, чтобы этого не делать. И, скорее всего, я знал причину.

С Серафиной — просто из-за того, что та порка кое-что вбила между нами. Мы вроде и общались как обычно, но будто уже не так, как прежде. Не столь тесно и искренне. Что касается дежурств, то меня банально боялись потерять в третий раз. Как бы Серафина ни пыталась меня не выделять на фоне остальных и давать ту же свободу, в итоге риски перевесили равенство, и она решила не рисковать.

Я говорил, что у нарианок был самым свободным, однако в итоге всё пришло к тому, чего мне хотелось избежать — я оказался точно так же заперт в башне, пусть и не в цепях.

Отношение всадниц в принципе слегка изменилось: те, кто меня ненавидел, продолжали ненавидеть, а вот с кем я хорошо общался, как будто отдалились. Разговаривали, отвечали, но как будто держали определённую дистанцию. Кроме Аэль и Мелиссы — казалось, что эти двое останутся такими же, даже обрушься небосвод всем на головы.

Что касается демонов, то всё в итоге пришло ровно к тому, что и ожидалось. Кошмары были — результатов не было. Я несколько раз подходил с вопросом о результатах, но Серафина лишь качала головой, говоря, что пока ничего выяснить не удалось.

Иногда я задумывался над тем, даже если бы ко мне тогда все прислушались и поверили, что бы изменилось? Не, то, что они поступили как сучки плешивые, отмахнувшись, остаётся фактом, однако даже поверь тогда мне, что, собственно, они сами могли предпринять? Да, демон, да, опасность, но куда лететь, кого бить, что делать? Всё упиралось в то, что угроза есть, а бороться с ней непонятно как.

Что касается кошмаров… ну, это только в первый раз страшно, как прыжок с парашютом. А когда ты прыгаешь раз за разом, привыкаешь. Тень появлялась, пугала, что-то там говорила заученными фразами. И вроде бы во сне страшно, а на утро вроде уже и пофиг, потому что