Небесный всадник. Том 4 - Кирико Кири

Агадарки прибыли настолько тихо, что, не скажи мне Серафина об их прибытии, я бы узнал только по факту, когда мне сказали собираться.

— Зачем я-то там? — спросил я. В прошлый раз на подобные встречи меня никто не приглашал.

— Потому что надо, — ответила Серафина. — Они попросили.

— Даже так? Уж не Градарма лично?

— Нет, Зедринзса Драшра, если тебе говорит это имя что-то.

— Глава всадниц агадарок, — кивнул я, припомнив занимательную личность, которая как будто поставила целью забить каждый свободный участок татухой. — И что, мы делаем теперь то, что они просят?

— Очень смешно, Самсон, — поморщилась она, явно тоже пребывая не в восторге. — Это будет дружественная встреча, на которой мы обсудим планы на будущее. От этого будет зависеть, как сложится ситуация дальше.

Да херово она сложится, что тут говорить.

И нет, я не из тех, кто говорит, что стакан наполовину пуст, просто я знаю, что туда нассали.

— Как бы то ни было, это жест уважения, — подытожила Серафина.

— Они замыслили какую-то херню.

— Я даже не сомневаюсь. Заодно и посмотрим, к чему именно нам стоит готовиться.

В шпиль никого впускать не собирались, поэтому встреча должна была состояться во дворце. Под это даже выделили один из залов с длинным столом и стульями по обе стороны. И когда мы туда пришли, никого ещё не было. Собственно, и не должно было быть, потому что принимающая сторона встречала гостей на месте, таковы были правила этикета, которого сами агадарки вряд ли придерживались.

В нашей скромной делегации были Серафина, Каталина, Мелисса — можно сказать, основная ударная тройка. Потом я, Флория, Жаннель и Ирис.

Мы расселись по местам и в полной тишине сидели, пока наконец не прибыли агадарки и не стал ясен уже их состав делегации. Там была сама Зедринзса Драшра, глава небесных всадниц, а также её кто-то, кто-то, кто-то, а ещё кто-то, кто-то и, внезапно… Ози Дрисня. Моя старая знакомая, с которой мы весело и непринуждённо разносили столицу ушастых.

А ты тут каким раком затесалась, Глиста?

Честно сказать, конкретно с её присутствия я знатно и прихерел, так как среди двадцати двух всадниц, которые у них имелись, новенькая вряд ли была той самой, кому прямо-таки было необходимо находиться на подобном совещании. Или её посвящение настолько произвело впечатление на других, что её статус решили немного поднять?

В знак приветствия знакомой, с которой мы, так-то, прошли очень много, я слегка кивнул, но в ответ получил такую рожу, будто она говна нюхнула. Вот же сучина, ты посмотри на неё…

Мы встали со своих мест в знак приветствия и уважения, хотя уважение друг к другу было буквально на лице у обеих сторон написано. Все выглядели так, будто лимонов нажрались за обе щёки.

— Приветствую вас в Дракархейме и добро пожаловать, — произнесла Серафина. — Надеюсь, вы добрались до нас без происшествий.

— Слава богине, обошлись без приключений на пути, — оскалилась агадарка, блеснув раздвоенным языком. — Мы бы вас сами пригласили, да столица нам дорога.

— О, не сомневайтесь, мы бы вашу столицу не тронули. Пока что.

— Спасибо за одолжение, — она вальяжно плюхнулась на стул, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. — Это у вас прослушиваемый зал?

— Нет, можете не беспокоиться на этот счёт.

— Отлично, а то не хотелось, чтобы ваши импотенты подслушивали наши разговоры, — её взгляд остановился на мне. — Итак, к нам тут чистоплюйки постучались на днях внезапно. Думали, что объявлять войну собрались, а нет, на вас жаловались.

— Почему они к нам не обратились? — поинтересовалась Серафина.

— Может, стесняются? А может, боятся? А может, потому что у нас тут война на носу и с ними дипломатических каналов у нас чуток больше, чем с вами — выбирай вариант, который нравится больше. В любом случае, речь шла о вас.

— И чего они хотели?

— Вернуть дракона, для начала, и меч, — оскалилась глава агадарок. — Плакались, что вышло некрасиво.

— Меч не отдадим, — тут же отрезала Серафина. — Дракона… мы подумаем над этим. И вообще, если чего-то они хотят, пусть к нам напрямую и обращаются.

— Вот именно это я им и сказала. Так что имейте в виду. Считайте наше посредничество жестом доброй воли, — махнула она рукой так, будто прощала нас за эту дерзость, делая великое одолжение. — А теперь забудем про этих недоагадарок и поговорим о том, ради чего мы собрались здесь… О нашем будущем.

* * *

Тьма сочилась через ночной лес.

Растекалась по земле, словно утренний туман, заставляя округу затихать. Мелкие животные просыпались, чувствуя её приближение, и бросались прочь. Те несчастные, что всё-таки не успевали спастись от губительной тьмы, так и падали, умирая на месте с открытыми, полными ужаса стеклянными глазами.

Насекомые, мелкие животные и более крупные представители животного мира — все спасались бегством, позабыв обо всём на свете. Они бросали собственное потомство, спотыкались друг о друга, топтали тех, кто попадал под их лапы, но бежали прочь, потому что это было единственное, что мог подсказать их инстинкт. От хищника можно спрятаться — от того, что приближалось, спасения не было.

Лунный свет закрыли тучи. Тьма, растекающаяся по лесу густым туманом, подобралась к обрыву глубокой расщелины и начала стекать туда водопадом, устремившись к одному-единственному проходу, что вёл глубоко вниз. Заполняя собой всё, она будто знала, куда двигаться. Безошибочно выбирала проходы, пока в итоге не оказалась в небольшой пещере, где на другом конце светились мягким зеленоватым светом грибы. Но в то же мгновение, едва туман тьмы оказался в пещере, они потухли.

А тьма направилась вперёд. Не к камню, что напоминал о когда-то разыгравшейся трагедии, а к воде, к скрытому проходу всё дальше и дальше, в огромный грот, вглубь земли, пока не достигла нужного места.

За многие века после произошедшего лишь однажды это место посетили люди, но сейчас вновь царила тьма, но даже она не могла сравниться с той, что затекла сюда, растекаясь по земле. А после медленно начала впитываться в застывший камень. Гул усилился, возрос многократно, будто от боли застонала сама земля.

А потом всё внезапно стихло.