Зов лисы - Валерий Сергеевич Горшков

Зрение очень быстро адаптировалось к пестроте и с трудом различало скрытое в тени. Агата несколько раз останавливалась, чтобы вглядеться в овражки между елями.

Мешал и звуковой фон — лес казался переполненным звуками. Пели птицы, стрекотали какие-то насекомые, ветви скрипели от ветра, да и сами его порывы грозно выли на вершинах деревьев. Иногда он приносил с собой отзвуки с проходившей неподалёку автотрассы.

К ночи же обычно затихали и ветер, и посторонние звуки. С тьмой приходила контрастность, а лучи фонарей насквозь пробивали и густую траву, и кустарники, и даже бурелом.

Однако времени ждать темноты в случае с Анной Власовой не было. Истощённый младенец нуждался в немедленной помощи.

— Анна — своеобразный человек, — говорила Фугу. — Я же сама с Ужесельги, хорошо её знаю. Она из города сюда перебралась специально ребёнка растить на природе, ну и на всём натуральном немного излишне сфокусирована.

Агату не покидало ощущение, что Фугу в компании малознакомых людей намеренно старалась выбирать более расплывчатые формулировки, но сама хотела говорить более прямолинейно, а может, и грубо.

— Никакой химии не приемлет, — продолжала Фугу, сверяясь по навигатору с направлением к точке входа. — Еду только домашнюю признаёт, что вырастила, вместо моющих средств использует разное: для посуды — песочек, вместо шампуня — яичко. Посуду пластиковую презирает, в одежде выбирает только натуральные ткани… Это ещё ничего, но и лекарства нормальные тоже обходит стороной, народными средствами лечится. А самое плохое, что ребёнку этим вредит: родился он недоношенный, а у неё с лактацией проблема. Ей смеси прописали, а она всё одно: «За грудное вскармливание бороться буду». Надя, фельдшер наш, сказала, за две недели полкило потерял. Собиралась её в Петрозаводск направлять на госпитализацию под наблюдение, а Аня вон… Учудила…

— Кажется, здесь? — спросил вдруг Грант, резко остановившись.

Фугу изучила навигатор.

— Да, действительно, — проговорила она и щёлкнула тангентой рации. — Заря — Лисе-2, Лиса-2 на задачу вышла.

— Лиса-2 — Заре, принял, продолжайте работу.

Из-за особенностей дневного леса в цепи идти приходилось плотнее, а двигаться медленнее. Внимание поначалу рассеивалось из-за обилия движения и звуков, однако в какой-то момент притупилось из-за возникновения едва заметного, но уже знакомого чувства.

Агате казалось, что чуть правее от неё лес немел. Звуки были слева, впереди, немного правее, затем резко обрывались и возобновлялись уже совсем справа. Чем дальше двигалась «лиса», тем отчётливее становилось это чувство. Почти физически пространство в этом направлении становилось пустым. Не визуально, а на каком-то скрытом, внутреннем уровне.

Окончательно Агата отбросила идею об иллюзии после первой попытки докричаться до Анны.

— Лиса-2 работает на отклик, — прозвучало из рации.

Агата остановилась. На какое-то время лес наполнился естественными спокойными звуками. А затем Фугу закричала.

— Анна-а-а! — протянула она.

Звук понёсся вдаль, и в той части леса, где Агата чувствовала отсутствие движения, эхо смолкло. Звуковую волну точно рассекли на две части полосой шириной в несколько метров.

Тот же самый эффект Агата наблюдала во время своего первого поиска в Калмаранте. Тогда пустота исходила из оврага, но теперь тянулась между деревьями сквозь заболоченные ложбины.

Фугу кричала ещё дважды, и в оба раза крик разбивался надвое, точно на его пути стояло огромное невидимое лезвие.

— Лиса-2 работу на отклик закончила.

Агата сделала на телефоне несколько скриншотов карты и продолжила «линию тишины» от себя вдаль. Она уменьшала масштаб, мысленно чертя стрелку мимо села Деревянное, озера Анашкино, между деревней Матвеева Сельга и озером Петъярви в сторону Калмаранты и…

Она достала из рюкзака свою карту, на которой Лиса-11 оставила автографы в полном составе. Воображаемая линия проходила через обозначенную Пеплом финальную точку прочёса. «Глухой» овраг лежал на той же линии, а за ним, там, куда во время поиска они не дошли, находилась зона, ограниченная координатами бывшего участкового, отца и тиетяйя. Находясь в лесу, Агата чувствовала это место. Всё пространство указывало на него, складываясь в «немой путь» — именно так про себя Агата назвала уходящую вдаль пустую полосу тайги.

Свернув задрожавшими руками карту, Агата убрала её обратно в рюкзак, прикрыла глаза и выровняла дыхание. Она пыталась заставить себя мыслить рационально, как советовала Лилия Семёновна, однако не могла найти никакого объяснения ни иллюзии затухания звуков, ни внутреннему чувству пустоты, ни тем более почти физическому ощущению отсутствия температуры у воздуха в направлении загадочных отметок на карте.

Единственное, что приходило в голову: галлюцинация. Дискомфорта она не приносила, её без труда удавалось игнорировать, но перестать думать о ней не получалось.

«Лиса» продолжала двигаться в выбранном направлении, и чем дальше шла поисковая группа, тем отчётливее в атмосферу пустоты «немого пути» вплеталось чувство чьего-то присутствия. Оно проявлялось движением: Агате чудилось, будто что-то шевелилось в «глухой» стороне, но стоило повернуться, и перед ней представал обыкновенный лес.

— Стоп! — Фугу остановила «лису».

Из рации послышались шорох одежды и сопение СПГ.

— Заря — Лисе-2, мы обнаружили артефакт: серый правый крокс, размер тридцать семь, — оповестила Фугу.

— Лиса-2 — Заре, серые кроксы тридцать седьмого размера были у потеряхи, — отозвался штаб. — Подробнее осмотрите местность в радиусе пятидесяти метров.

Пока СПГ называла координаты находки по навигатору, Агата боролась с желанием броситься к Фугу, чтобы посмотреть на обнаруженную обувь.

Вновь затрещала рация.

— Лиса-2 — Заре, к вам направляется Коптер, — предупредил Бриз.

— Заря — Лисе-2, приняли, осматриваем местность, — ответила Фугу.

Сквозь шум ветра послышалось жужжание БПЛА. Агата запрокинула голову, но не смогла ничего рассмотреть среди крон смешанного леса. Звук прошёл где-то совсем рядом.

— Лиса-2 — Коптеру, вижу вас, — доложил оператор.

— Коптер — Лисе-2, слышим вас, — прохрипела рация голосом Фугу.

— Заря — Коптеру, на задачу вышел.

— Коптер — Заре, принял, продолжайте, — отозвался штаб.

Около минуты эфир сохранял молчание. Агата с нетерпением ждала развязки, но она всё никак не наступала.

— Лиса-2 — Коптеру, в двадцати метрах южнее первого артефакта в топи жёлтое пятно, — подсказал оператор.

— Лиса-2 — Заре, проверьте жёлтое пятно, — доложил оператор.

— Заря — Лисе-2, проверяем.

Справа послышались углубляющиеся в воду шаги. Агата шагала по самой кромке болота. Находившееся длительное время в напряжении сознание вдруг не выдержало.

Воображение начало рисовать ужасающие картины: синие тела мамы и малыша, захлебнувшихся в болоте; второй крокс, качающийся