Боевая техника русской армии в огне Первой мировой войны - Алексей Владимирович Олейников

Пополнению бронепарка русской армии способствовала миссия командира Учебной автомобильной роты полковника П. И. Секретева – она должна была заказать в Великобритании автомобильную и бронеавтомобильную технику (мощностей Русско-Балтийского вагонного завода пока не хватало).

Было приобретено следующее количество бронеавтомобилей на шасси: «остин» – 48, «рено» – 40 и «изотта-фраскини» – 1. Прибытие «остинов» (этот тип стал самым массовым броневиком русской армии) позволило (после перебронирования на Ижорском заводе – британская броня была крайне слаба) начать формирование автомобильных пулеметных взводов, в штат которых первоначально входило три броневика.

Потребность в пушечных броневиках привела к тому, что в начале 1915 г. на Путиловском заводе началась работа по бронированию 4-тонных американских автомобилей «гарфорд» («гарфорд путиловец»), вооруженных 76-мм противоштурмовой пушкой и 3 пулеметами. По новому штату каждый автомобильный пулеметный взвод должен был иметь 2 пулеметных и пушечный бронеавтомобили.

Весной 1915 г. в Россию начали прибывать (в разобранном виде) броневики «рено». Вооруженные пулеметом, не имея горизонтального бронирования, они использовались в бронечастях для подвоза боеприпасов (в основном к пушечным броневикам), а 11 единиц было передано на Ижорский завод – для бронирования по системе штабс-капитана Мгеброва.

По системе Мгеброва было бронировано 16 машин: «рено», «уайт», «пирс-эрроу», «бенц», «изотта-фраскини», «руссо-балт». Машины Мгеброва отличали совершенные формы бронекорпусов (рассчитанных на рикошет) и 2-пулеметные башни оригинальной конструкции.

В петроградских мастерских А. Братолюбова по системе штабс-капитана Некрасова бронировалось еще 11 машин (10 «руссо-балт» и «рено»), а на Обуховском заводе под руководством штабс-капитана Былинского были забронированы 3 машины (2 «мерседеса» и «ллойд»). Последние должны были действовать вместе с кавалерией: «ллойд» имел две, а «мерседесы» – по одной пулеметной башне («мерсы» были вооружены еще и 37-мм пушками, установленными на тумбах в кормовой части корпуса). «Ллойд» и «мерседесы» укомплектовали 25-й автомобильный пулеметный взвод.

Во второй половине 1915 – весной 1916 г. из-за границы в Россию прибыл 161 бронеавтомобиль (60 «остинов» 2-й серии, 36 «армиа-мотор-лориес», 30 «армстронг-уитворт-фиат», 25 «шеффильд-симплекс», 10 «армстронг-уитворт-жаррот»). Пригодными для боевого применения оказались лишь «остины», а остальные пришлось дорабатывать, устранять недостатки. «Жарроты» и «фиаты» стали поступать на фронт лишь в конце 1916 г., в то время как «шеффильды» и «армиа» в действующую армию так и не попали (один «шеффильд-симплекс» был превращен в бронедрезину, остальные – не успели).

Для укомплектования пушечных отделений новой серии (формируемой из «остинов» 2-й серии) автопулеметных взводов понадобился новый пушечный бронеавтомобиль. Тогда 37-мм пушкой Гочкиса вооружили 22 бронеавтомобиля «ланчестер», предназначавшихся для Английского бронедивизиона – и с лета 1916 г. новые пушечные броневики успешно применялись на Русском фронте.

Летом началось и бронирование (по системе штабс-капитана Поплавко) 30 грузовиков «джеффри» – впоследствии из них был сформирован Броневой дивизион особого назначения. А Путиловскому заводу был дан заказ на разработку пушечного бронеавтомобиля на базе грузовика «FWD» – и уже в октябре 1916 г. небронированное шасси с установленной на нем 76,2-мм полевой пушкой образца 1902 г. успешно прошло испытания. Было решено усилить вооружение, установив на машине 42-линейную (107-мм) пушку с прекрасными баллистическими данными (броневик фактически становился самоходным орудием), но после февраля 1917 г. работы были прекращены.

Помимо приобретения 60 «остинов» было решено организовать широкомасштабное бронирование автомобильных шасси на русских заводах. Для этой цели были приобретены 150 шасси (90 «фиат» и 60 «остин») – бронированием занялись Путиловский и Ижорский заводы. Из-за задержек с поставкой шасси работы были сорваны – к октябрю 1917 г. было забронировано лишь 41 шасси «фиат».

Одновременно на Обуховском заводе по системе старшего лейтенанта Ульянова бронировалось 31 шасси «паккард» – в законченном виде был изготовлен лишь один экземпляр, вооруженный 37-мм автоматической пушкой Максима-Норденфельда во вращающейся башне на крыше корпуса и 7,62-мм пулеметом «максим» в башенке в кормовой части машины.

Таким образом, броневой парк русской армии рос – как за счет поставок готовой или полуготовой продукции, так и за счет выпуска боевых машин на отечественных предприятиях.

Интересно отметить и факт развития полугусеничных машин, изготовленных по проекту заведующего Технической частью Собственного Его Императорского Величества гаража А. Кегресса. Летом – осенью 1916 г. испытание «остина» 2-й серии было настолько успешно, что было решено поставить на гусеничный ход часть бронируемых «остинов» и «фиатов», а также все пушечные «паккарды» Обуховского завода. В перспективе же намечалось оборудовать движителем Кегресса все бронеавтомобили Русской армии. Планам сбыться было не суждено: помешала революция, после которой А. Кегресс покинул Россию.

Необходимо упомянуть и оригинальные 3-колесные пушечно-пулеметные броневики, строившиеся Ижорским заводом и Офицерской стрелковой школой, бронеавтомобили прапорщика Вонлярлярского, бронеавтомобиль «бурфорд» (забронированный на Кавказе).

Наконец, стоит сказать и о русской танковой программе. Речь идет не о сложных конструкциях танков А. Пороховщикова («Вездеход») и Н. Лебеденко («Царь-танк»), обоснованно отвергнутых ГВТУ, а о следующем. Во-первых, для укомплектования планируемых к формированию танковых частей Русской армии предполагалось в 1917–1918 г.г. закупить во Франции 360 танков «шнейдер» (присутствовал интерес и к английскому танку MK V); во-вторых, имелся реальный и доступный для производства русский проект – его объектом являлся 12-тонный танк, вооруженный трехдюймовым орудием и пулеметом (был предложен ГВТУ обществом «Русский Рено» в конце 1916 г.).

Структурно в составе Русской армии в конце 1917 – начале 1918 г. должны были появиться еще 12 броневых дивизионов, оснащенные полно-приводными бронемашинами «FWD» и «джеффри», полугусеничными броневиками (система Кегресса) и танками[74].

Применялись русской армией и бронепоезда – прежде всего на Галицийском фронте. В конце 1915 г. на Русском фронте действовало 15 бронепоездов – 8 на Юго-Западном, 4 на Кавказском, по 1 на Северном и Западном фронтах и 1 в Финляндии (использовался для береговой обороны побережья). Главное в тактике бронепоездов – активность действий как в обороне (усиливая боевые порядки войск), так и в наступлении (совершая рейды вглубь обороны противника). Например, бронепоезд 2-го Сибирского железнодорожного батальона № 3, в начале июня 1915 г. прорвав оборону, совершил дерзкий набег на позиции австрийцев под г. Красный и нанес артиллерийский удар по тылам противника.

О тактике бронечастей и их структуре

Тактические свойства бронеавтомобиля, особенно значимые в период маневренной войны на широком фронте, определили его роль как инструмента, предназначенного наносить противнику неожиданные и сильные удары. Слабыми сторонами бронеавтомобиля являлись зависимость от качественных грунтовых дорог и ограниченный радиус действий.

Каждый броневик вместе с приданными ему грузовым и легковым автомобилем, а также мотоциклом, составляли отделение. Как мы отмечали, три боевых броневых и одно запасное (как правило) отделения объединялись в броневые (автопулеметные) взводы. Последние придавали армейским корпусам. Броневые взводы могли объединяться в дивизионы или роты.

Как отмечал очевидец, солдатский состав был отличный – особенно пулеметчики и артиллеристы, прекрасно знавшие свое дело.