Челнок Предтеч 4 - Валерий Кобозев

— Ну хорошо, пройдемте, я туда как раз и шел — усмехнулся я.

— А зачем вы туда шли? — спросил Угрюмов.

— Вот там и узнаете — усмехнулся я.

Через пять минут мы зашли в опорный пункт милиции. За столом сидел мужчина в форме старшего лейтенанта милиции, правда возраст его был уже за пятьдесят лет — засиделся он в лейтенантах или накосячил что-то, наверное.

— Вот, задержали гражданина, у него нет паспорта СССР — сказал Угрюмов участковому.

— Разберемся — сказал участковый. — Садитесь у стены в коридоре. У вас вообще нет документов?

— Есть мое служебное удостоверение, но дружинники еще не знают этот вид документов, это упущение с вашей стороны — я показал удостоверение участковому.

Тот взял в руки пластиковую карточку, повертел в руках, прочел, что там написано, взглянул еще раз на меня.

— Ты это серьезно? Эту бумажку за документ я должен принимать? — усмехнулся участковый. — Забери и больше ее не показывай. Вспоминай, где твой паспорт, а то поедешь в пункт временного содержания. Я могу тебе позволить позвонить, чтобы тебе его привезли, а могу и не позволить — понял, о чем я? А в пункте временного размещения тебя с неделю промурыжат до тех пор, пока твоя родня не хватится и заявление в милицию не принесут о твоей пропаже. Так что посиди в коридоре и подумай, как тебе быть.

В некотором шоке я вышел из кабинета участкового и сел на стул в коридоре. Там же стоял стол с сидящим за ним дружинником, который пропускал людей внутрь опорного пункта. Я переслал всю информацию Погодину, тот пожаловался, что урки начинают отходить от нокаута, бить их снова уже будет противозаконно.

— Сделай им внушение и отправляйся в санаторий, привези мой паспорт, он в кабинете в ящике стола — сказал я. Это было самое простое, что я мог сделать, чтобы уехать отсюда. Хотя есть более интересные варианты — я же напрямую могу Цвигуну все переслать, на благо коммуникатор у меня не отобрали. Я тут же переслал материалы допроса урок Цвигуну, разговор с дружинниками и участковым. После этого связался с ним через нейросеть.

— Здравствуйте Константин Иванович! Участковый явно превышает свои полномочия, сейчас я возьму свою опергруппу и с ней проедем к вам в ПКО. Пусть Погодин придержит бандитов-вымогателей, разрешаю применять к ним физическую силу под мою ответственность! — сразу ответил Цвигун, просмотрев присланные материалы.

Я переслал этот разговор Погодину, и он продолжил третировать урок, заставляя их сидеть на земле.

Я продолжал сидеть в коридоре на стуле, и тут ко мне подсел какой-то парень, по-видимому оперативник.

— Слушай, ты можешь по-хорошему отвертеться от участкового — он у нас любитель выпить — дашь пятерку, и он тебя отпустит — улыбнулся он.

— Взятка должностному лицу — это уголовное преступление — ответил я.

— Так я не должностное лицо — дашь деньги мне, и он тебя отпустит — вновь улыбнулся он.

— А ты вообще кто такой, почему я тебе должен верить? — спросил я.

— Да я командир оперотряда, так что мне можно доверять — обаятельная улыбка вновь украсила его лицо. Вид у него был как у самого надежного парня.

— Вот мое удостоверение, если ты не веришь — он показал мне удостоверение командира оперотряда со своей фотографией и фамилией Бакин. Цепочка замкнулась — этот уголовник вовлек в свою деятельность участкового.

— Надо подумать, к тому же таких денег у меня с собой нет — ответил я.

— Ну подумай — до утра далеко, придется тут ночевать на этих стульях. Машина за задержанными утром только придет — с милой улыбкой он встал со стула. Он ушел в кабинет участкового, возле меня постепенно накапливалось число задержанных, многие из них жаловались друг другу, что их задержали по надуманным предлогам.

Через полчаса двери в опорник с треском распахнулись, зашел полковник КГБ в форме, он тут же прошел вперед, за ним зашел человек в мундире генерала-полковника КГБ — это был Цвигун и зычным голосом спросил: — Где участковый тут?

Его голос расслышал участковый и выскочил из кабинета, широко распахнув дверь. Тут же его глаза округлились, он вытянулся в струну, прижав руки по швам.

— Участковый старший лейтенант Хромов — отрапортовал он, вытянувшись по стойке смирно.

— Ну что ты Хромов тут развел? — спросил генерал-полковник, проходя мимо него в кабинет. Следом за ним в кабинет прошли еще четверо сотрудников в штатском. Цвигун через пять минут вышел из кабинета и сказал:

— Товарищи, вы все свободны. Ошибочка вышла у участкового.

Народ с радостным гамом начал уходить из опорника. Цвигун поздоровался со мной за руку и сообщил, что задержанных, которых караулил Погодин, уже пакуют в машины. Сейчас и участкового вместе с командиром оперотряда тихо увезут отсюда.

— К сожалению с милицией у нас проблем много имеется — сказал Цвигун. — Завтра доложу об инциденте Леониду Ильичу, надо принимать решение по министру внутренних дел, не справляется он со своими обязанностями.

— Ну будем надеяться, что наладится работа милиции — сказал я. — Просто хотели на танцы сходить с Погодиным, на романтику потянуло.

— Ну еще не поздно — сказал Цвигун, но я только покачал головой. — Прошла мимо меня молодость, ее уже не вернуть.

Тут в опорник зашел Погодин в сопровождении сотрудника КГБ в штатском, поздоровался за руку с Цвигуном. Поговорили о проблемах охраны общественного порядка. Мимо нас провели участкового и командира оперотряда, оба шли с понурым видом, понимали, что вляпались по полной. Мы попрощались с Цвигуном, вызвали мой шестиместный дрон и отправились с Погодиным в санаторий. Там пошли в мой дворец, накатили по пятьдесят граммов водки с хорошей закуской, начали обсуждать это событие.

— Это получается, что участковый организовал преступную группу — спросил Погодин.

— Или ее организовал командир оперотряда и вовлек в нее участкового. В общем сядут оба, и те шестерки, которых мы задержали тоже присядут за соучастие в этой преступной группе — ответил я.

— О! Еще билетера задержат, он в теме! По крайней мере теперь на танцы можно будет спокойно ходить — сказал Погодин.

— Вопрос в другом — захочется ли нам снова туда попасть? — спросил я. — На эту танцплощадку?

— Да, что-то там действительно не очень интересно, даже если