Не водись с фэйри. Оковы любви - Елена Кара

— Ты давно здесь?

Он поднял на меня глаза.

— В этом убежище? Нет. Я нахожу его, когда нужно укрыться.

— Я не про убежище.

Он немного помолчал.

— Долго. Очень долго. — Он грустно усмехнулся. — Иногда мне кажется, что я живу уже целую вечность.

— А что было раньше? До всего этого?

Он поднял бровь:

— Ты уверена, хочешь узнать это, Элоди?

Я кивнула, хотя совсем не была уверена в том, что хочу услышать ответ.

— Когда-то у меня было имя, был дом, была любовь. Но это было настолько давно, что я стараюсь об этом не думать. — Он подбросил кусок мха в огонь, и пламя взметнулось выше. — Тебе должно быть достаточно того, что я здесь, и что я иду с тобой.

Мы немного помолчали.

— Дориан.

Он поднял глаза.

— Спасибо.

Он смотрел на меня так долго, что я начала считать удары своего сердца.

— Глупая смертная не понимает, во что ввязалась, — сказал он раздражённо.

— Мне надо спасти брата.

Он улыбнулся очень холодно, но, как ни странно, я поняла, что это маска. Всё таки он переживал за меня. Конечно, не как обычный человек, но всё же…

Я смотрела на огонь, на тени, которые плясали на стенах пещеры, на Дориана, который сидел напротив и молча смотрел в пустоту, и чувствовала себя в полной безопасности.

Я не заметила, как уснула у костра.

Мне приснился Кай.

Он стоял на вершине скалы, и за его спиной раскинулось поле цветов. Они были белые, как снег, и колыхались на ветру. Сладкий, терпкий аромат был похож на тот, что был в комнате, когда я нашла ледяной цветок.

— Элоди! Ты пришла за мной!

— Да, мой родной!

Я бежала к брату, но он отдалялся, исчезал, растворялся в белом цветочном море.

— Кай! — кричала я. — Кай, подожди!

Я проснулась от своего крика.

Дориан сидел рядом и смотрел на огонь, его лицо в свете костра было спокойным.

— Тебе приснился дурной сон? — спросил он, не поворачивая головы.

— Мне приснился брат, — прошептала я.

— Я думаю, что он тебя ждёт.

— Что тебе об этом известно? — я вскочила, готовая вытрясти из него всю правду, чего бы мне это ни стоило.

Дориан лениво перевёл на меня взгляд:

— Что я могу знать… Но я бы тоже ждал, если бы верил, что ты придёшь…

— Да иди ты.

Я прикрыла глаза и в следующую секунду мир поплыл.Дорогие читатели!Представляю вам следующую историю про фэйри!

Анна Айдарова

Король Самайна. Проклятие фэйри

Глава 27

Глава 27

Я закрыла глаза, и мир поплыл.

Сначала в ушах зашумело, как в морской раковине, потом темнота закружилась, смешиваясь с отсветами костра, и я почувствовала, как мир перевернулся.

Где-то далеко, словно сквозь толщу воды, я услышала голос встревоженный голос Дориана. Он тонул, рассыпался на отдельные звуки, не складываясь в слова.

Я очнулась от того, что кто-то очень сильно, почти до боли, тряс меня за плечи.

— Элоди! — голос был совсем рядом. — Открой глаза! Слышишь?! Немедленно открой глаза!

Я попыталась, но веки были тяжёлыми, словно каменные плиты. Я слышала дыхание Дориана, слышала как потрескивает огонь, как где-то в глубине пещеры капает вода, но мир качался, и я не понимала, где верх, где низ.

— Ты слишком долго пробыла у воды. Тебе не следовало в первый раз подходить так близко и касаться её.

— Я не сплю, — прошептала я, но губы не слушались.

— Очнулась! Слава небесам! Ты была на грани, я не мог добудиться тебя несколько часов, — он помолчал. — У тебя слишком сильная кровь, и магия этого места попыталась подчинить тебя. Но ты справилась и смогла вернуться.

Я открыла глаза. Дориан сидел рядом со мной на корточках, его бледное лицо было совсем близко.

Серебряные волосы выбились из хвоста и падали на лицо, делая его почти человеческим.

Я хотела отодвинуться, но сил не было.

— Твоё тело ещё недостаточно восстановилось, — сказал он. — Магия фэйри забрала у тебя слишком много сил, регенерация вытянула всё, что оставалось.

Я хотела возразить, но он был прав. Слабость была просто чудовищной, и я едва могла пошевелить языком.

Дориан легко поднял меня, будто я совсем ничего не весила, и усадил на мох у стены. Мои руки мелко дрожали, а пальцы не слушались.

— Посиди здесь, — сказал он. — я сейчас.

Через минуту он вернулся и сел напротив меня.

— Ешь, — сказал он, протягивая кусок тёмного плотного хлеба с орехами и сушёными ягодами. Рядом он поставил открытую глиняную бутылку, из которой шёл аромат трав и мёда.

Я протянула руку, попыталась взять хлеб, и это получилось только со второй попытки.

Пальцы всё ещё дрожали, я поднесла хлеб ко рту и заставила себя откусить кусочек. Прожевала и с трудом проглотила. Дориан поднёс бутылку к моим губам, помогая отпить.

Я сделала небольшой глоток, и по телу сразу же разлилось тепло, прогоняя слабость.

— Вот так! Хорошо! — Дориан ободряюще улыбнулся. — Теперь сама.

Он вложил сосуд с напитком в мою руку, и я поняла, что уже могу удержать его сама.

Силы прибывали с каждым глотком и с каждым кусочком хлеба.

— По хорошему, надо было накормить тебя ещё на равнине, но нельзя было останавливаться, иначе бы мы не успели добраться до убежища до заката.

Я ела молча, чувствуя, как жизнь возвращается в моё тело, как тепло разливается по конечностям. Дориан сидел напротив, но не смотрел на меня, устремив взгляд в темноту пещеры, за пределы света костра.

— Спасибо, — сказала я, когда последний кусок хлеба исчез, а в фляге осталось всего несколько глотков.

— У нас не принято благодарить, — ответил он, забирая у меня пустую бутылку. — Я уже говорил.

— Я не за хлеб и травы, — возразила я. — А за то, что ты не оставил меня здесь. За то, что ждал, пока я приду в себя.

Он поднял на меня глаза. На мгновение метель в них стихла, и они стали почти человеческими.

— Ты нужна мне живой, Элоди, — сказал