Осенняя жара - Владимир Валериевич Стрельников

душой. Я так скажу, хоть это ваш святой отец и не одобрит — душой даже кошки и собаки обладают. Просто они иные, не такие как мы. — Попик фыркнул на это, и пробормотал, что мол, все твари Божии. — Проекции того же страха способны порождать чудовищ. Но человек редко только боится. Обычно спектр эмоций много шире. На Земле много узелков силы, куда стоит только упасть сильной эмоции, и возникает нечисть. Духов так-то множество, элементали воды, земли, воздуха явление вполне себе обычное и множественное. Но они практически неразумны, редко сильные элементали встречаются. И прямо скажу, что сильный элементаль крайне опасен, те же волны- убийцы в океане зарождаются в месте столкновения таких существ. Двадцатиметровая волна крайне неприятная штука даже для современных кораблей, благо сто их немного.

Я еще пару часов отвечал селянам, пока председатель не принял силовое решение о прекращении нашей встречи. Народ расходился довольный, мужики не поленились, пришли лично поручкаться и пожелать удачи в службе.

— Спасибо, Аким. — Турутин доволен, и не скрывает этого. — И это, нет обид на то, что мы Надю временно взяли?

— Да никаких. Я все понимаю, что своих надо тянуть, сам так делаю. Если что, зовите через ученицу. — Я улыбнулся Наде, которая с важным видом стоит рядышком.

Еще немного пораскланивались, и я улетел.

Глава 30

Глава тридцатая

Ночевать я улетел в уже знакомое местечко, что снова снял тот же домик. Повезло, что не занят был, но сейчас уже поздняя осень, наплыв посетителей спал, рыбачить на платниках желающих всегда немного, тем более, когда Урал в паре километров.

Так что сходил в ресторанчик, от души наелся пельменей под водочку, что купил в Хабарном. Тут реально цены на водку атомные. Марк обожрался рыбы, как настоящий кот, так что до домика я его тащил на руках.

Ну а в домике запустил ноут, и зашел на одну интересную и конфиденциальную страничку. Инспектор я КПК, или погулять вышел. Но сначала нашел в сети семью предпринимателя, который мне так не понравился на лекции. Его открытые странички вполне себе ест ь в «Одноклассниках» и «В Контакте».

Царев Андрей Александрович, шестьдесят шестого года рождения, то есть старше меня на четыре года. Пивовар, варит так называемый крафтовое пиво. Мечтает варить виски и джин, но законы страны не позволяют делать это частнику.

Перед налоговой, и прочими чист.

Сама страничка вполне себе законопослушна, но еле-еле проскальзывает недовольство. Причем так, что не подкопаешься. Умный.

Зато дочь не так осторожна, кое-что ляпает, за что её из комсомола в лет бы исключили. Но она не комсомолка, она «ведунья», официальное название организации Союз Ведающей Молодежи, молодежное крыло родоверов.

В общем, зашел на сайт Комитета Партийного Контроля, авторизировался и вышел на связь с дежурным оператором.

— Здравствуйте, Росомаха. — ну да, я позывной менять не стал, он у меня везде один и тот же.

— Здравствуйте. Царев Андрей Александрович, предприниматель. Вероятно, состоит в организации антисоветского толка. Прошу проверить.

— Принято. Вам сообщат. — и дежурный отключился. Если я прав, то мне и сообщат, и решение принимать мне, ну, только если Царев пока на словах антисоветчик. Если он уже активный участник антисоветского подполья, то сам себе дурак, таких вяжут без разговоров. Что поделать, мир жесток, если не ты, то тебя. Классовая борьба не прекращается никогда.

Собственно, и все. С этого момента вся техника связи у Царева подконтрольна государству. Тотальный контроль? Да, но только по запросу спецслужб. Так государству абсолютно фиолетовы ваши аппараты. Что забавно, все про это знают, у уголовников вообще не принято пользоваться мобильной связью, телефонами и мировой сетью. А вот антисоветчики постоянно на этом палятся.

Ладно, с этим сладил. Так что позвонил невестам, позвонил домой, попал на отца, пожелал всем спокойной ночи, и сам завалился спать.

А уже утром снова выехал в Хабарное. Школа посреди села, на улице Зеленой. Обычная такая средняя школа, началка, средняя и старшая. Народу по паре-тройке классов, то есть около двухсот пятидесяти детишек.

Ну, я почти угадал. Турутин ждал меня во дворе школы, с директором, Хохловой Натальей Васильевной. Она и большинство учителей вчера были на моей лекции, так что мы заочно знакомы.

— Здравствуйте. Знаете, это несколько неожиданно, но раз вы попросили, то мы это организовали. Даже если несколько уроков этим сорвем, не страшно, доберем по ходу пьесы. — на ходу тараторит директор, стремясь поскорей зайти в помещение. Холодный мелкий дождик совершенно не располагает к прогулкам, это точно.

Марк въехал в спортзал, оборудованный для проверки, на моей шее, Надя уже тут, с трофейным хрустальным шаром на крепком столе. Даже, скорее, верстаке, не удивлюсь, если из кабинета труда притащили. Младшеклашки толпятся, смотрят завороженно и немного испуганно. Пара молоденьких учительниц, одна из них, кстати, как и директор, тоже магини, но слабенькие, еле-еле тянут на выпускника училища. Бывает, бывает. Хотя, даже такое владение магией помогает, и прилично.

— Так, детишки, давайте по одному. Не бойтесь, я не кусаюсь. Марк, помогай, туруси детвору, ты умеешь. — попросил я своего демоненка.

А тот и рад стараться, каждый из мелкоты теперь обмуркан, обфыркан, обхвостан. Дети смеются, расслабляются, и это хорошо. Потому как из сотни младшеклашек семеро одаренных. Семеро! Пусть слабенько, но семеро!

Вижу, что Турутин зол, но помалкивает, только тихонько шушукается с директрисой. Что и понятно.

Из среднеклашек одаренных двое, причем пацан-природник реально сильно. Оказалось, что грипповал, когда приезжали маги. Это что, каждый раз грипповал? Каждый год из семи классов?

Старшеклассники… тут Настена и еще одна девочка, Аминэ. Армяночка, симпатичная брюнеточка. Итого одиннадцать человек.

Дети довольны, потому как директор распустила всех по домам, ну а мы с директором стоим, и думу думаем.

— Это или саботаж, или я не знаю, что это. Кто-то занимает не свое место. Это же теперь надо перепроверять все школы, которые подпадали под действие этих комиссаров. — Наконец я высказал свое мнение. Это пипец, дорогая редакция. В небольшом селе, в одной школе, одиннадцать пропущенных одаренных. — Это уже вопрос чрезвычайной проверки из Москвы. Потому как в Оренбурге могут быть заинтересованные лица. Пойдемте к тебе в контору, Алексей Михайлович, будем звонить в область ты, а я Ташкент, своему главному магу. Такие вещи через головы личного начальства перекидывать не стоит. Потому как что угодно говори, но больше всего похоже на антигосударственный заговор. Ты прикинь, если у вас одиннадцать детишек пропустили, то сколько всего в округе таких? Ведь если не развивать дар, то он просто может уснуть к годам шестнадцати. Не каждый такой огонек, как ваша Настена.

— Пошли. — Турутин