Черногория. Полная история страны - София Жуйкова

и затем роспуска черногорской армии, эмиграции короля и правительства страна оказалась в австро-венгерской оккупации. Еще 13 января была захвачена столица – Цетине, а к 22–23 января уже были заняты Подгорица, Бар и Улцинь, Даниловград и Никшич, к 25 января – Колашин и Андриевица.

На территории страны было образовано австрийское Военное генерал-губернаторство со штаб-квартирой в Цетине. Оккупационная администрация включала сотни чиновников и несколько тысяч жандармов, обеспечивающих контроль над страной. На территории Черногории дислоцировались 22 батальона австро-венгерской армии.

Власти стремились наладить порядок и повседневную жизнь: организовали суды, службы здравоохранения, строительство дорог, работу общественных столовых и домов престарелых. В сентябре 1916 года возобновилась деятельность начальных школ и детских садов. Однако программа обучения подверглась строгой цензуре: из нее исключили историю и литературу, чтобы не пробуждать национальные чувства, а латиница была введена в качестве единственного допустимого алфавита вместо кириллицы.

Вместе с тем оккупационный режим сопровождался тяжелыми мерами. Был введен полный запрет политических партий и общественных организаций. Для устрашения населения власти прибегали к интернированию: уже в 1916 году около 4 тысяч черногорцев были отправлены в лагеря, главным образом в Венгрии. К концу войны общее число интернированных превысило десять тысяч. Условия содержания были крайне тяжелыми, что приводило к высокой смертности. Кроме того, вводились новые налоги, проводились реквизиции сельскохозяйственных продуктов и скота, ресурсы страны расхищались и вывозились в Австро-Венгрию и Германию. Голод был постоянным спутником населения Черногории.

Положение Черногории во многом напоминало судьбу соседней Сербии, где также царили голод, репрессии и массовые интернирования. Народное сопротивление не прекращалось: в 1917 году вспыхнуло Топличское восстание, а в Черногории партизанская борьба продолжалась все время оккупации.

Австрийские солдаты расстреливают сербских повстанцев. 1917

Уже в середине 1916 года в горах начали формироваться партизанские отряды, известные как комиты. Они совершали нападения на патрули, захватывали оружие, карали оккупантов за насилие над местными жителями. К концу того же года действовало около 300 таких групп, а в последующие годы их число выросло почти до тысячи. Австро-венгерские власти отвечали жестокими мерами: любой, кто примыкал к комитам или помогал им, был осужден на смертную казнь.

Проекты объединения южных славян

Первая мировая война с самого начала оказалась не только борьбой армий на полях сражений, но и ареной дипломатических столкновений. Пока пушки гремели на фронтах, в кабинетах великих держав строились планы будущего передела Европы. Италия мечтала о побережье Истрии и Далмации, Болгария – о Македонии, Сербия стремилась воплотить идею «Великой Сербии», а южные славяне Австро-Венгрии все настойчивее задумывались о собственном государстве.

Еще в декабре 1914 года сербское правительство, тогда базировавшееся в Нише в связи с взятием Белграда, выступило с программным документом – Нишской декларацией. В ней была сформулирована окончательная цель войны для Сербии: освобождение и объединение «всех наших несвободных братьев – сербов, хорватов и словенцев». Однако после этого последовала еще «сербская голгофа» и эвакуация сербской армии на Корфу, Салоникский фронт и так далее. До конечной цели было еще далеко.

Тем временем югославянская эмиграция из Австро-Венгрии во главе с Анте Трумбичем в мае 1915 года образовала в Лондоне Югославянский комитет. Комитет требовал поражения Австро-Венгрии, объединения ее югославянских земель с Сербией и создания нового государства. Для хорватов и словенцев это было не только вопросом национального самоопределения, но и защитой от германизации и мадьяризации, которые угрожали бы их существованию, если они останутся в империи. Кроме того, в этом пути они видели реализацию своих многовековых чаяний – объединению хорватских областей Славонии, Далмации и собственно Хорватии в рамках одного государства.

Анте Трумбич. 1930-е

На первый взгляд позиции сербского правительства и Югославянского комитета совпадали. Однако различие было принципиальным: Белград настаивал на унитарном государстве, тогда как хорваты и словенцы видели его только в форме федерации, а то и дуалистической монархии по образцу Австро-Венгрии. Общий враг – Габсбургская монархия – лишь временно объединял их, превращая «югославизм» в привлекательную идеологию.

Еще одним центром югославянских идей стал парламент в Вене. Депутаты Далмации, Истрии и словенских земель в мае 1917 года создали Югославянский клуб и обнародовали «Майскую декларацию». Она провозглашала стремление к объединению южнославянских земель, но в рамках Австро-Венгрии, под властью Габсбургов.

Тем временем, 20 июля 1917 года, сербское правительство на Корфу во главе с Николой Пашичем и Югославянский комитет во главе с Анте Трумбичем подписали так называемую Корфскую декларацию, в которой стороны выразили свое согласие с образованием единого государства – «конституционной, демократической и парламентарной монархией во главе с династией Карагеоргиевичей». Новое государство должно было включать территории Сербии, Черногории и всех югославянских регионов Австро-Венгрии (Словении, Хорватии, Славонии, Далмации, Воеводины и Боснии и Герцеговины). Конституция задумывалась демократической, уважающей региональные традиции местного самоуправления. Однако особой исторической идентичности сербов, хорватов и словенцев она уже не признавала, утверждая идею единого «трехименного» народа.

Никола Пашич. 1919

Этот проект поддерживали многие политические силы как в Сербии, так и в Хорватии и в других югославянских землях. А также, что еще более важно, этот проект стал приоритетным для внешнеполитических союзников по Антанте.

Правительство в изгнании

Итак, король Никола с ближайшим окружением и семьей в январе 1916 года бежал из Черногории за границу. Первоначально его резиденцией стал Лион, затем Бордо во Франции, а с мая 1916 года – город Нейи под Парижем. Его сопровождал небольшой дипломатический корпус, состоявший из представителей лишь нескольких стран: России, Сербии, Франции, Италии и Великобритании. Вместе с монархом во Францию прибыло около 300 чиновников с семьями, 100 студентов и 1500 граждан Черногории, образовавших черногорскую колонию беженцев.

В первые дни изгнания правительство пыталось оправдать перед союзниками и мировой общественностью начавшиеся мирные переговоры и капитуляцию черногорской армии. Однако их позиция по отношению к Черногории и черногорской династии была холодной.

Союзники, прежде всего Россия и Франция, постепенно настаивали на включении Черногории в будущую южнославянскую федерацию под эгидой Сербии, фактически подчиняя ее сербскому проекту. Король и правительство неустанно утверждали, что Черногория имеет право на государственную независимость и что только черногорский народ может решать ее будущее. Они настаивали, что будущее Черногории должно быть решено в соответствии с черногорскими законами и международными стандартами после окончания войны и возвращения короля и правительства в страну. Допускалась возможность объединения с другими южнославянскими территориями, но лишь в форме федерации, которая сохраняла бы государственную автономию и династические традиции Петровичей-Негошей.

Однако к концу войны стало понятно, что союзники поддерживают сербский проект и что в отдельной Черногории не был заинтересован никто.

Черногорское правительство оказалось в изоляции: без армии, финансов и реальной политической поддержки, и подвергалось нелестной пропаганде. После