Лавочник с молнией в кармане. Том 2 - Борис Владимирович Романовский

— Не получается, — буркнула она. — Сам же видишь.

— Да-да, — покивал я, скрывая улыбку.

Затушив драгоценные свечи, я расставил их в спальне. Зажгу, когда придёт Искра.

— Сегодня ночью сможешь полетать где-нибудь и оставить меня с Линьси наедине?

— Ладно, — хмыкнула Шарлотта. Она прищурилась. — Ты мне не веришь? Думаешь, я буду подсматривать?

— Верю, конечно верю… Это для моего спокойствия.

Она фыркнула, а я прошёл на кухню и там обнаружил жирную крысу, которая храпела в пустой вылизанной миске.

— Всё сожрала, — покачал я головой.

Открыв буфет, я вытащил хлеб, а затем кусок ветчины. Хоть я и съел немало закусок на юбилее, но разговор с Гразе вышел весьма стрессовым, так что я решил перекусить.

Делая бутерброд, я глянул на нетерпеливо смотрящую на меня Шарлотту и заговорил:

— Собор делится на две части. На фракцию Творца и на фракцию его сына.

— Знаю, — кивнула Шарлотта.

— Фракция Сына Творца — это фракция Просветителя. Поэтому дед так ждал помощи от эксхера Елисея.

— Экзарха, — поправила меня Шарлотта. — Это очень высокий чин в Соборе. Над экзархами только Синклит и Верховный Понтифик.

— Синклит — это собрание? — уточнил я.

Слово всплыло само собой. За плечами у меня был археологический, историю я знал неплохо: синклитом в античности называли высший совет знати.

— Да, — важно кивнула Шарлотта. — Это коллегия высших иерархов Собора.

— А кто под экзархами?

— Легаты, посланники Понтифика, — ответила девочка. — Ещё я знаю, что есть Приоры, священники, настоятели, эскулапы, инквизиторы, дознаватели, Хранители. Артур одно время изучал структуру Собора, но я не сильно за ним наблюдала.

— Понял, — задумчиво ответил я. Интересные тут названия, конечно. Уверен, что я, Мясник и Родомир Гениальный — не единственные переселенцы. В книге по истории есть несколько людей, которые выглядят очень подозрительно. Например — Кардинал, советник Гавейна. Тоже с Земли, сто процентов. Он провёл кучу реформ, которые сильно изменили мир и ускорили его развитие.

— Так что дальше? — поторопила Шарлотта. — Фракция сына Творца, это фракция Просветителя, да. И что?

— Вторая же фракция и нанесла удар по семье Ричи, — я сделал паузу. — Это фракция Творца, или, по-другому, Ареша.

— Дед упоминал фракцию Ареша, — задумчиво ответила Шарлотта. — Но почему ты думаешь, что это фракция Творца? Потому что их всего две? А вдруг там есть фракции поменьше?

— Если бы фракция Ареша была слабенькой, то почему тогда этот экзарх Елисей не помог семье Ричи? — пожал я плечами. — Из видений понятно, что Ареш — очень большая фигура в мире духов. Я уверен, что фракция Творца — это и есть фракция Ареша. Старик Эдмунд говорил именно про фракцию Творца.

— Ну, допустим, — задумчиво сказала Шарлотта. — Но почему тогда старик решил, что семье Ричи ничего не грозит?

— Потому что я сказал, что дед отмечен Просветителем, а я отмечен Мясником. И вот тут самое интересное, — я усмехнулся. — Похоже, Кровавый Император — союзник Царя Царей, Ареша. Или, скорее, даже его подчинённый.

Я вспомнил, как в видении браслета Мясник говорил про своего господина.

— Понимаешь теперь? Эдмунд Гразе узнал, что семья Ричи находится под покровительством Просветителя. Он знает, что я якобы отмечен Мясником и являюсь его верным последователем — раз Мясник говорит со мной. И он сразу делает вывод, что семья Ричи в безопасности и инквизиция им не страшна. Тут можно предположить, что Ареш и Мясник — в одной команде. Меня защищает фракция Ареша, а семью Ричи — фракция Просветителя. Эдмунд решил, что я просто не хочу раскрываться перед Понтификом. Но если бы я раскрылся, то получил бы очень мощную поддержку.

— Как всё запутано, — пробормотала Шарлотта.

— Да, — согласился я, куснув бутерброд. — Смотри, к чему я в итоге пришёл. В мире духов существует некое количество очень могущественных, так сказать, правителей. Сверхдухов, у которых под контролем огромное количество духов послабее.

Мне вспомнился термин «Старший Дух», который я слышал на собрании Мистиков.

— Духи имеют свою иерархию, — продолжал я. — Но на вершине их должно быть немного. Скорее всего, все они очень известные личности. Я точно знаю про Варвара Рагнвальда. — я загнул один палец. — Один из правителей Древнего Мира. Потом Ареш Аккадский Златоликий, он же Царь Царей, он же Собиратель Сокровищ.

Я загнул второй палец и налил себе молока.

— Если верить видению из браслета с янтаритом, Варвар и Ареш — враги. Дальше идёт Мясник, — я загнул третий палец. — Судя по всему, он в команде Ареша и при жизни был под его покровительством. Последним идёт Просветитель, о котором мы узнали недавно. Он, скорее всего, враг Ареша и, соответственно, Мясника. И он же какого-то хрена мною заинтересован.

Я поднял взгляд на Шарлотту.

— А… Есть ещё кое-что. Судя по тому, что предок рода Ричи оставил какие-то записи про Просветителя, возможно, Елена Мудрая, жившая в эпоху Просвещения, тоже была под его покровительством. Вспомни видение графини Болконской — там она сказала, что Царь Царей — их страшный враг. Всё сходится.

Шарлотта нахмурилась, обдумывая мои слова, а затем тоже начала загибать пальчики.

— Варвар, Ареш, Просветитель, Мясник. Четыре сверхдуха.

— Мясник может быть не на их уровне, — покачал я головой. — А ещё Гразе сказал, что Мясник начинает сходить с ума. И я ему очень верю. Иначе почему этот псих постоянно бьёт меня молниями?

По моему телу пробежал озноб. Мне снова вспомнилось это «Умри! Умри! Умри!», и мне резко поплохело от воспоминаний. Тот голос звучал безумно, страшно.

— А ещё есть Алхимик Душ, — напомнила Шарлотта.

— Да, — кивнул я. — Алхимик Душ, который подарил мне и Артуру Ричи способности. Более того, он каким-то образом смог дотянуться до моей планеты, — я покачал головой. — Понятия не имею, кто это такой, но, скорее всего, он тоже один из сверхдухов. Не знаю.

Мы некоторое время помолчали. Я поставил чайник.

— А вообще какие ещё могут быть сверхдухи? — задумчиво спросила Шарлотта.

— Мне кажется, это те, кого выделяют в книгах по истории, — ответил я. — Например, король Альбиона Гавейн или тот же Карис Великий. Они оба подходят под то,