Волны судьбы и таинственная академия - Мария Сухова

— А будут другие способности? — снова не утерпела Ксюша, и в голосе её звенело такое детское любопытство, что даже Елена Владимировна не сдержала улыбки.

— Скорее всего, да, — кивнула она. — Правда, не у всех. Если вы будете развивать свои силы, работать над собой, не замыкаться в страхе, то могут проснуться и другие дары. К основной стихии могут добавиться телепортация, управление ветром, землёй, лечебные способности… И даже магия иллюзий или времени.

Ксюша переглянулась с Аней, и в её глазах зажглась та самая искра азарта, которую она так долго прятала за бравадой.

Она выдержала паузу, давая студентам переварить услышанное, а затем заговорила снова, уже строже:

— Запомните: способности передаются по наследству. В ваших семьях могли быть маги, о которых вы даже не подозреваете. Это не гарантия — но это шанс. И только от вас зависит, как вы им распорядитесь. Сила — не игрушка. Она — ответственность. И теперь, когда она проснулась, вы уже не можете притворяться, что вы обычные студенты.

Она остановилась у кафедры и посмотрела на всех:

— Но сегодня я хочу сказать не только о долге. Я хочу поздравить вас. Всех. Вы прошли через страх, через сомнения, через первые неудачи — и выстояли. Вы — мой самый особенный курс за последние годы. Горжусь вами, мои хорошие.

Ксюша подскочила с места и, не выдержав, закричала:

— Мы — волшебники! — и засмеялась, и этот смех был таким искренним, что Даша и Глаша невольно улыбнулись, а Валя захлопала в ладоши.

— Волшебники, — тихо повторила Аня, и впервые за долгое время в её голосе не было боли. Только тихое удивление, почти благодарность.

Актовый зал наполнился шумом, смехом, перекличкой — тем самым живым шумом, который бывает только когда люди наконец перестают бояться быть собой.

Елена Владимировна стояла у стены и смотрела на свой класс. В её глазах блестели слёзы — но она не стеснялась их. Она просто улыбалась и думала о том, что этим ребятам ещё многое предстоит узнать. О себе, о мире, о тех тенях, что прячутся за стенами академии. Но сегодня — сегодня они заслужили радость. И она была рядом, чтобы разделить её с ними.

Глава 42. Истории одногруппников

Когда парни ушли, сестры стали мечтать о будущем. Как их мама найдется, а они уже крутые волшебницы. И мама будет очень гордится ими. В воздухе всё ещё витал сладковатый запах малинового торта и чая, когда в дверь их комнаты постучала Елена Владимировна. Классный руководитель выглядела необычно — без привычной строгой улыбки, но и без той напряжённой тени, что пряталась в уголках её глаз в последние дни. В руках она держала папку, но не раскрывала её, будто бумаги были лишь предлогом для визита.

— Собирайтесь, мои хорошие. Через десять минут в актовом зале. Сбор первого курса.

Ксюша встрепенулась:

— Что случилось? Опять кто-то поджёг общежитие?

Елена Владимировна мягко улыбнулась:

— Нет, Ксюшенька. Наоборот. Сегодня мы будем праздновать. Жду вас.

Она вышла так же тихо, как и вошла, а сёстры переглянулись. Анна, уже бледная, но живая, осторожно села на кровати:

— Может, это из-за того, что случилось вчера?

— Или из-за того, что все наши тайны теперь уже не тайны, — пробормотала Ксюша, поднимаясь и поправляя растрёпанные волосы. — Пошли.

Когда они вошли в актовый зал, там уже собрались все одногруппники: Валя и Валерка стояли у окна и о чём-то тихо переговаривались, Даша с Глашей сидели на скамье и смотрели в пол, избегая встречаться взглядами с близняшками. Дима и Илюха перебрасывались шутками, но даже в их голосах чувствовалась непривычная серьёзность.

Елена Владимировна ждала у кафедры. Когда все расселись, она поправила очки, протерла стёкла и наконец подняла глаза на студентов. На её лице не было обычной строгости — только лёгкая, почти торжественная улыбка.

— Я рада, что вы все здесь, — начала она, и голос её звучал особенно тепло. — И хочу поздравить вас с важным событием.

Она сделала паузу, обводя взглядом каждое лицо, и продолжила:

— Вы все уже не просто студенты Академии. Вы — волшебники. Ваши способности пробудились. Теперь вам не нужно ничего скрывать, не нужно бояться, что кто-то увидит что-то лишнее. За этой стеной, — она мягко кивнула в сторону окна, — есть мир, который ничего не знает о нас. Но здесь, в этих стенах, вы можете выдохнуть с облегчением. Вы — одни из нас.

Ксюша почувствовала, как внутри разливается что-то тёплое, почти забытое: облегчение. Словно она всю жизнь носила тяжёлый камень за пазухой и наконец положила его на землю.

— Все вы уже знаете, что основные магические стихии, доступные на начальном этапе, — это вода и огонь, — продолжила Елена Владимировна. — Они самые первые, самые базовые. Почти у каждого мага пробуждение начинается с них.

Она подошла к доске и написала крупными буквами:

Вода

Огонь

— Даша, Глаша, Илья и Дима, — она обернулась к ним, — у вас проявился огонь. Примите мои поздравления. Это стихия действия, воли и страсти. Она потребует от вас дисциплины, но наградит силой, которую не сломить.

Дима приосанился, а Илюха, услышав своё имя, неловко улыбнулся и почесал затылок. Даша и Глаша переглянулись — в их глазах мелькнуло что-то похожее на гордость.

— Ксюша, Валя и Валера, — Классная перевела взгляд на них, — вы — водные маги. Вода — это гибкость, умение приспосабливаться, терпение. Вы — реки, которые могут стать бурными потоками, но могут и успокаивать, как гладь озера.

— А как же Аня? — вдруг вырвалось у Ксюши. Она почувствовала, как внутри шевельнулась обида за сестру. — Вы про неё забыли!

Елена Владимировна помедлила. Она повернулась к Анне, и в её взгляде мелькнуло что-то большее, чем просто оценка студентки. Что-то похожее на узнавание.

— С Аней всё сложнее, — тихо сказала она. — Ваша мама, Анна, умела управлять льдом, но всё-таки вода у неё была основной стихией. И когда её дар пробудился, первой проявилась именно вода. У тебя же первой проявилась магия льда. Это случается, но нечасто.

— Это плохо? — голос Ани дрогнул.

— Нет, милая. Это просто другой путь. Скорее всего, ты унаследовала способности не от мамы, а от дедушки — он был чисто ледяным магом. Или… — Елена Владимировна запнулась, будто взвешивая каждое слово, — от отца.

В зале повисла