Волны судьбы и таинственная академия - Мария Сухова

опустила глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается. Она смотрела, как её маленькая льдинка медленно тает, роняя капли на пол, и чувствовала себя совершенно бесполезной. Каждая капля казалась ей упрёком: «Ты не такая, как все. Ты дефектная».

Занятие подошло к концу, но для Ани оно оставило горький осадок. Она старалась не показывать, как сильно её задели чужие слова, но внутри всё дрожало.

Ксюша, заметив состояние сестры, подошла к ней и крепко обняла, даже не обращая внимания на то, что сама до сих пор была мокрой:

— Эй, ты чего расстроилась? Подумаешь, не получилось с первого раза! У всех бывает.

— Но у всех получилось, а у меня только лёд… — тихо проговорила Аня, стараясь не дать голосу дрогнуть.

— И что? Зато какой красивый! — Ксюша попыталась подбодрить сестру, встряхнув её за плечи. — Невероятно красивый! Неизвестно, что у них было на первом занятии. Мы с тобой крутые волшебницы! Выше нос! Нас ждут новые магические открытия!

Преподаватель, наблюдавший за девушками, тихо добавил:

— Не стоит сравнивать себя с другими. Каждая стихия уникальна по‑своему. Ваша сила проявилась именно так, как должно было быть. Не пытайтесь быть кем‑то другим — станьте лучшими в том, что вам дано.

Эти слова немного успокоили Аню, но тревога всё ещё жила в её сердце. Она не могла избавиться от мысли, что её способность — это какой‑то дефект, а не дар. Её грызли сомнения. Она сравнивала себя с другими, и это сравнение было безжалостно, как ледяной ветер, обнажающий все недостатки.

Но девушка была из упрямых, словно скала, противостоящая натиску волн. Она старалась изо всех сил, постоянно тренировалась, учила наизусть все заклинания, словно молитвы, но всё равно не могла запустить нормальный ручей из воды. Единственное, что у неё получалось, — это охлаждать горячую воду. Больше ни у кого не получалось менять температуру, но Ане казалось, что это какая‑то мелочь, недостойная звания настоящей магии.

На следующих тренировках Аня снова и снова пыталась создать водяной поток. Она закрывала глаза, представляла, как вода течёт сквозь её пальцы, послушная и гладкая, как шёлк. Но вместо этого получались лишь тонкие струйки, которые тут же замерзали, превращаясь в хрустальные кинжалы разочарования. Они падали на песок и разбивались на тысячи осколков, каждый из которых словно шептал: «У тебя не выйдет».

Преподаватель дал задание: сформировать из воды фигуру в виде капли, которая не растечётся и не замёрзнет. Аня старалась так, что у неё задрожали руки. Капля начала формироваться, она была почти идеальной… и тут же покрылась тонкой коркой льда.

— Опять… — прошептала Аня, глядя на неё, как на приговор.

Ксюша тем временем продолжала бороться со своей стихией. Её водные капли то становились слишком тяжёлыми и падали, расплёскиваясь по полу, то взрывались, как миниатюрные гейзеры, окатывая всех вокруг.

— Я не могу! — крикнула Ксюша, швырнув в сторону свою недоделка — Она меня не слушается! Я чувствую её, но не могу удержать!

— Спокойствие, — повторял преподаватель, подходя к ней. — Вода — это не враг. Она не хочет тебе навредить. Она просто ждёт, когда ты научишься с ней разговаривать.

Но Ксюша не слушала. Она злилась на себя, на магию, на весь мир. Её эмоции только усиливали хаос: чем сильнее она злилась, тем непредсказуемее становилась вода.

Аня наблюдала за сестрой и чувствовала, как в груди разрастается тяжёлое чувство вины. «Если бы не я, Ксюша не была бы такой взвинченной. Если бы у меня всё получалось, она бы не переживала». Эти мысли кружились в голове, как метель, и не давали дышать.

После тренировки Аня осталась в зале одна. Она села на холодный пол, прислонившись спиной к стене, и смотрела, как рунические узоры на камне медленно тускнеют, словно засыпая вместе с залом. В руках она держала маленькую льдинку — ту самую, которая всегда получалась у неё лучше всего. Аня крутила её, разглядывая тонкие узоры внутри, и вдруг поняла: эта льдинка — не ошибка. Она была идеальной, хрупкой, но настоящей.

«Может быть, я не дефектная, — прошептала она, глядя на льдинку, как на единственное доказательство своей магии. — Может быть, мне просто нужно найти свой путь».

Но сомнения не уходили. Они прятались в уголках сознания, холодные и настойчивые, и ждали момента, когда Аня снова попытается сделать что‑то «как все». И тогда ледяной ветер снова пробирался под кожу, напоминая, что она другая. И что быть другой — это тоже испытание.

Глава 44 Предложение

Внезапно в дверь тихо постучали. Анна растерялась. Ксюша недавно ушла на озеро с Саней.

«Неужели что‑то забыла?» — спросила Анна, открывая дверь, и ахнула.

На пороге стоял Макс — такой, каким она иногда видела его в мечтах: чуть взъерошенные волосы, лёгкая улыбка, в глазах — эта привычная искорка, от которой у Анны каждый раз внутри что‑то поджималось и одновременно расправлялось, будто крылья, которые только учились летать.

— У меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — загадочно сказал он и, не дожидаясь приглашения, шагнул в комнату и зачем‑то закрыл дверь на замок.

Анна от неожиданности отступила на шаг, и в груди у неё всё сжалось от странного предчувствия — то ли тревоги, то ли восторга, который она тут же попыталась загнать подальше. Сердце застучало быстрее, и этот стук отдавался даже в пальцах.

Макс двинулся ей навстречу. Он начал медленно расстёгивать олимпийку.

— Ты что делаешь? — испуганно вскрикнула Анна и попятилась, чувствуя, как по спине пробегает холодок, а щёки тут же заливает жар. Ей вдруг стало невыносимо тесно в собственной комнате, будто стены пододвинулись ближе.

Макс продолжал расстёгивать кофту. Анна зажмурилась, будто пыталась отгородиться от непонятной ситуации, и на секунду ей показалось, что время растянулось, замерло, и в этой тишине слышно только её собственное дыхание — неровное, сбивчивое.

Когда она открыла глаза, то увидела, что парень достаёт из‑за пазухи деревянную коробку.

— Шахматы? — удивилась Анна, и напряжение в груди вдруг лопнуло, как туго натянутая струна, сменившись облегчением — и тут же новой неловкостью, потому что она всё ещё стояла, раскрасневшаяся, будто её поймали на чём‑то тайном.

— Сыграем? — улыбнулся Макс, и в его глазах заплясали искорки. — Или ты чего‑то другого ждала?

— Ничего я не ждала, — Анна покраснела ещё сильнее и опустила взгляд, будто в полу можно было найти