Кровавый майдан: западный след в документах СБУ - Василий Прозоров

Говорят, когда автобусы с севастопольским «Беркутом» выехали на забитую народом площадь адмирала Нахимова в городе-герое, они сначала боялись выходить. Настолько они привыкли к всеобщей ненависти. Ведь тут тоже была огромная толпа людей, только бойцов встречали не камнями, а цветами и объятиями.

Большое количество бывших бойцов спецподразделения уволились и уехали, кто в Россию, кто на Донбасс.

Многие из них сражались и продолжают сражаться с оружием в руках против киевского режима, защищают порядок и закон в Крыму и Севастополе, в ДНР и ЛНР, в Москве и Санкт-Петербурге. Даже в Минске есть бывшие украинские сотрудники «Беркута». Продолжают служить закону.

А что же случилось с бывшими «Беркутами», кто остался служить на Украине?

Многие перешли на службу новой власти.

Некоторые даже возглавили добровольческие батальоны, как например выходцы их харьковского отряда братья Сергей и Андрей Янголенко. Один возглавил в мае 2014 года добробат «Харьков-1», другой — «Слобожанщина».

Многие бойцы перешли в патрульно-постовую службу, в заново формируемые батальоны специального назначения национальной полиции.

Но знаете, есть один страшный вопрос, который не дает мне покоя с 2014 года. Как офицеры, прапорщики, сержанты, прошедшие Майдан, так легко перешли на противоположную сторону?

Я ведь помню, как с трудом сдерживали ненависть офицеры ВЧ 3066 Национальной гвардии Руслан и Олег «Мустанги» (я вас прекрасно помню, парни) летом 2014 года в Мариуполе. На служебных совещаниях в штабе сектора «М» АТО им приходилось сидеть на совещаниях за одним столом с командирами «Азова»** и «Днепра»** — добробатов, которые во многом состояли из «Самообороны Майдана»**. К слову, именно в «Днепре»** тогда служил Владимир Парасюк***, который подтолкнул толпу 21 февраля 2014 идти на штурм президентского квартала и был причастен к расстрелам как протестующих, так и правоохранителей.

Я помню, как осенью 2014 года, в Мариуполе, офицеры Южного командования Национальной гвардии из Одессы, которые были в ротации в секторе «М» АТО, плевались после результатов выборов в Верховную Раду. Тогда, напомню, в парламент прошло много бывших майдановцев и боевиков добро-батов. За 9 месяцев до этого новые депутаты убивали и жгли силовиков на Майдане…

Я помню, как один из командиров ВЧ 3057 (Саня, земляк, я тебя помню), сжигая сигарету за две затяжки, рассказывал, как на Майдане казак Гаврилюк бил его бойцов пикой (т. н. карпатський спис) в лицо. А перед этим сообщники Гаврилюка забрызгивали забрала шлемов бойцов краской и ослепляли лазерными указками, заставляя их открыть лицо…

Как, как эти офицеры спокойно потом служили этой новой власти? Которая убивала, жгла, резала их подчиненных. А потом ставила на колени, подвергала уголовному преследованию…

Как?

Я уже писал про нынешнего командующего Национальной гвардией Александра Пивненко.

Он прошел весь Майдан в составе отряда спецназа ВВ «Омега». Видел все своими глазами. Ощутил горечь предательства старой власти и презрения со стороны новой.

А теперь он герой Украины, генерал…

Я этого не понимаю. Да и не хочу понимать.

Поэтому павшим на Майдане бойцам правопорядка — вечная память и слава.

Тем, кто не стал служить новой власти, — уважение.

А тем, кто перешел на сторону убийц, — бог вам судья.

Приложение 3

Андрей Парубий — зловещая фигура Майдана

(К моменту издания книги эту мразь уже нашла своя пуля. Но главу я все-таки решил оставить. Слишком много зла сделал этот ублюдок.

Мне жаль только, что он легко ушел. По-хорошему, его надо было бы взять живым, чтобы он рассказал все, что знает про Майданы, трагедию в Одессе, добробаты и АТО. Но, что уж поделать. Земля тебе стекловатой, мразь!)

Рассказывая о Майдане, практически все публицисты, историки, журналисты в качестве основных лидеров протестов указывают Арсения Яценюка, Олега Тягнибока, Виталия Кличко и Петра Порошенко.

Все остальные лидеры протестов априори выносятся на второй план, и им отводится второстепенная роль.

И в принципе с этим можно согласиться. Ведь именно вышеуказанные лица являлись воплощением требований людей на Майдане, так как они доносили эти требования властным кругам. Да и контакты с западными спонсорами и организаторами, в том числе — самыми высокопоставленными, вели именно они. Плюс — указанные лица являлись либо первыми лицами, либо входили в руководство своих политических сил. Будь то партия «Удар» Кличко, «Свобода» Тягнибока или «Батькивщина», куда входил Яценюк.

Но если смотреть более пристально, то становится понятно, что указанные лица являлись только политическими лидерами протестов. Власти над радикальными группами Майдана они не имели или имели не в том объеме, когда можно говорить о полноценном руководстве.

Иногда вообще возникали ситуации, когда политические лидеры Майдана оказывались перед фактом самостоятельных действий националистов. Вспомните 19 января 2014 года, когда в начале столкновения у стадиона «Динамо» политические лидеры Майдана пытались остановить толпу протестующих, призывая не поддаваться на провокации и даже утверждая, что «это метод Януковича». Виталия Кличко, пытавшегося остановить толпу, не просто послали подальше, но даже окатили порошком из огнетушителя.

А вспомните, как Порошенко пытался остановить толпу боевиков 1 декабря 2013 года у здания Администрации президента. Его тогда тоже, не церемонясь, отодвинули с дороги радикальные молодчики.

Вот и получается, что политические лидеры протестов — это только одна, наиболее видимая сторона Майдана. Другая же сторона, состоящая из боевых групп радикальных структур, зачастую откровенно нацистских взглядов, всегда была более закрытой от глаз.

Да, все мы знаем про «Самооборону Майдана», про «Правый сектор»** и «Автомайдан», но кто в действительности управлял этими группами?

Точнее, мы прекрасно понимаем, кто являлся их, так сказать, генеральным заказчиком — спецслужбы США. Взять хотя бы представленные мной документы, которые подтверждают факты передачи денег членам таких радикальных групп