Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Это да, — сказал я. — Учеба прежде всего.

Честно говоря, не хотелось мне открываться, до зубовного скрежета не хотелось! Моя интуиция в голос вопила вместе с рациональной частью сознания: даже несмотря на все, со мной случившееся, у меня категорически не хватает опыта жизни в той социальной страте, которой принадлежат по праву своего дара маги Огня! Думал, наконец-то нашел место, где можно без рисков и проблем осесть лет на десять-двадцать и этот самый опыт спокойно себе нажить! Занимаясь тем, в чем уже более-менее разбираюсь: академической работой. Интриги, борьбу за власть и вот это все — только когда буду готов!

Но пусть. Я сам принял это решение.

Вдруг жужжание прекратилось. Агрим повернулся к нам. Развернулся как на шарнирах, очень четко.

— Мэтр Шелки, — сказал он громко, четко; его глубокий, чуть надтреснутый голос звучал над заледеневшей равниной точно так же, как и в его кабинете. — Благодарю за то, что дали мне возможность осознать содеянное. Я глубоко раскаиваюсь. Вижу, что совершил непростительную ошибку, которая привела ко множеству преступлений. Вижу, что мой план должен был окончиться крахом. Передаю себя в ваши руки. Себе не доверяю. Буду следовать вашим приказам.

Сказав это, он застыл — абсолютно неподвижно, как может застыть только немертвый некромант, не шевеля ни мускулом, даже без движения мимических мышц. Восковая статуя, а не живое существо… человеком его назвать было сложно, с этими его ногами!

Правильно сказала Олла, от большого счастья себе четыре лапы не пришивают.

— Отлично, — сказал я, с усилием проглотив все те слова, что рвались у меня с языка в ответ на «передачу себя». «Я сдаюсь, у меня лапки», блин! — Сейчас мы вернемся телепортацией в город. Я хочу, чтобы вы разослали всем вашим сигнал… ну, такой сигнал, какой вы делаете, модулированным воем. Чтобы фиолетовые некроманты поняли всю тщетность ваших усилий. Чтобы сложили оружие и добровольно отправились на переконсервацию. Все, эксперимент Эльма провалился, фиолетовый консервант Империя использовать явно не будет! — по крайней мере, массово; есть у меня идейки насчет его нишевого применения, но Агриму об этом говорить пока рано. — И всем очень повезет, если я смогу хоть как-то отмазать большинство из них! По крайней мере, первую пятерку, с кого все начиналось.

— Надеетесь добиться к ним снисхождения? — вот теперь в лице Агрима что-то дрогнуло.

— Попытаюсь, — хмуро сказал я. — Конечно, удобнее было бы для этого, чтобы я продолжал считаться магистром некромантии… Вмешательство постороннего мага Огня тут же выведет ситуацию на другой уровень.

— Почему же не хотите и дальше скрывать ваш дар? Столько ведь скрывали. Телепортацию кто-то видел?

Я изумленно поглядел на Агрима.

— Я думал, вы всем скажете. На допросе или как там.

— Ничего не скажу, если таково ваше желание, — чуть качнул головой Агрим. — Даже Карсену. Сказал же: располагайте мной. В долгу перед вами. Виноват. Если сможете спасти моих подчиненных… — он помолчал. — Не прошу спасти меня. Нужен виноватый. Пусть казнят. Не могу поверить, что я столько натворил. Воспоминания магистра Глерви. Картины пчел. Не верится

Ну вот еще, блин! Столько с ним возился — и теперь выдать его на заклание? Хрен там.

— А как же «то, что не противоречит законам Империи»? — почти ехидно спросил я. — Разве не сообщить о манифестации стихийного мага — это нарушение закона?

— Есть такой закон. Нужен для защиты стихийных магов, особенно подростков. Слышал ваш разговор. Вы не хотите открываться. Явно в защите не нуждаетесь.

Однако! Ну и эмоциональные качели! Неужели же нашу устроенную жизнь здесь еще удастся спасти?..

Хотя…

Несмотря на отсутствие непосредственной угрозы, разум опять ушел в овердрайв, перебирая множество вероятностей и вариантов развития событий. Ужасно не хватало пчелиного процессора! Как бы выкрутиться так, чтобы спасти всех своих людей?

Хм, я что, уже начал считать Агрима одним из своих?.. Д-да, пожалуй… иначе не выходит. В этом состоянии он действительно полностью и добровольно в моей власти, но даже если привести его в норму — будет отдавать долг так, как его понимает. И будь я проклят, если пятисотлетний некромант с гигантским научным стажем и опытом руководства целой планетой мне не пригодится! Но ладно бы это — я хочу его спасти прежде всего как реально хорошего человека. Не без недостатков — так у кого их нет? Польза и мотив — все вместе, как было с Элсином. Осталось только собственно спасти.

Допустим, я действительно смогу отмазать Агрима — хотя бы частично. После этого по-любому придется увести его с Гробницы. И отправлять его одного, во-первых, опасно — мало ли чего он натворит в его нынешнем состоянии! Во-вторых, спасти Агрима — это сейчас значит прежде всего излечить от безумия. Как это сделать с тем, кто уже четыреста с гаком лет как мертв? Есть у меня идейка. Но для этого, конечно, нужна помощь Карсена.

Насколько глава Круга стихийных магов Гробницы ценит Агрима как личность? Насколько он ценит их дружбу? Очень много неясностей. С другой стороны, если я откроюсь как маг Огня, то смогу просто «забрать Агрима себе» — держу пари, это будет возможно. Или выставить его членство в моей «свите» как одно из условий сотрудничества. Однако такой вариант не решает главную проблему — безумие старого некроманта.

А то, что решает…

А то, что решает — точнее, имеет шанс решить — может прокатить даже с сохранением моего инкогнито! Если действовать быстро, и если мое фирменное везение не подкачает, и если Тайту Карсен согласится помочь, и если у меня все получится с технической стороной дела. Что тоже не факт. В конце концов, речь идет об экспериментальной — дальше некуда! — процедуре.

— Хорошо, — принял я решение, — никому не говорите про меня. И про телепортацию тоже, естественно. Говорите, мы сумели вас вырубить, вытащить из особняка и переубедить с помощью пчел. Если кто-то спросит. Или вообще напустите туману. Я же со своей стороны постараюсь спасти не только Эльма и остальных, если они не погибли окончательной смертью во всей этой заварухе. Вас тоже постараюсь спасти.

— Нет нужды, — спокойно ответил Агрим. — Если меня не казнят, только покончить с собой. Больше ничего не остается.

— Ну уж нет, — сказал я, чувствуя, как мои губы растягивает недобрая ухмылка. Умирать он тут собрался, да сейчас! — Вы сами сказали, что передаете себя в мои руки. Так что я решаю, жить вам или умереть. И я хочу, чтобы вы жили.

— Я давно не живу, мэтр.

— Это мы