Rus Lietuvos. Великое княжество Литовское от рассвета до заката - Андрей Юрьевич Дворниченко

заставляя иной раз историков излишне её модернизировать. Ведь соседи, которые уже дальше продвинулись по пути социального и политического развития, видели у литовцев те институты и те социальные отношения, к которым привыкли на родной почве. Здесь уместно сравнение с ситуацией в советской африканистике 50-х гг. XX в.: исследователи опирались на свидетельства западных путешественников прошлого, а те видели в африканских вождях и старейшинах всяких там графов, баронов и герцогов. Вот и наполнилась африканская история не свойственным ей феодальным содержанием.

По мере формирования государства внешние источники отступают на второй план. В недрах государственной канцелярии зарождается знаменитая Литовская Метрика — собрание документов Великого княжества. Эта богатая коллекция хранится в Российском Государственном Архиве Древних Актов, а второй вариант — в архиве в Варшаве. Написаны документы на разных языках: нижненемецком, латыни, польском, западнорусском. Здесь содержится многочисленный актовый материал, который до 1917 г. не раз издавался. Уже в советский период были осуществлены весьма информативные подборки документов. Наиболее ярким примером являются «Полоцкие грамоты». Автор этого уникального издания А. Л. Хорошкевич по разным изданиям и архивам выявила и опубликовала материал по истории Полоцкой земли, составивший несколько выпусков. Подобное издание, к сожалению, менее масштабное, есть и по Смоленской земле.

Важный источник — законодательные памятники. Выдающееся значение имеют уставные грамоты, своего рода договоры, которые великие князья литовские заключали с присоединяемыми землями. Исследователи выяснили, что эти грамоты — это как бы слоёный пирог, в котором можно выделить ядро, относящееся к древнейшему периоду Великого княжества. Вот почему уставные грамоты зачастую содержали нормы, уходящие своими корнями в древнерусскую старину. Ряд исследователей полагает, что древнерусские земли и жили на основе этих грамот, а созданный в 1468 г. так называемый Судебник Казимира имел достаточно локальное значение, распространяясь на территорию собственно литовского этноса. Весьма архаичным был и первый общегосударственный Литовский Статут 1529 г. Затем статуты издавались ещё в 1566 и 1588 гг., и, таким образом, Великое княжество дало средневековой истории уникальный факт: издание трёх статутов на протяжении столетия. Почему так получилось, скажем ниже.

В Смоленске, крупном центре ВКЛ, зарождается своя летописная традиция, которую часто именуют «белорусско-литовским» летописанием. Эта ветвь летописного древа, может быть, не столь пышная, как московская, но очень важна для постижения литовско-русской истории. Для познания этой ветви полезна книга того же Н. Н. Улащика[23]. В его книге можно прочитать и о сложных, не до конца пока ясных отношениях этого летописания с произведениями польских историков, прежде всего Мацея Стрыйковского. Белорусско-литовские летописи были опубликованы в 32-м и 35-м томах Полного собрания русских летописей (ПСРЛ).[24] Одним из важнейших памятников является «Летописец Великого княжества Литовского и Жомойтского».

Впрочем, и без московского летописания не обойтись. Важнейшим трудом по истории этого летописания остаётся книга Я. С. Лурье.[25] Надо заглядывать и в новгородские, и в псковские летописи. К нарративным источникам этого времени надо относиться с такой же осторожностью, как и к ранним. В них часто весьма сильна политическая составляющая. В качестве примера можно привести трактат Михалона Литвина «О нравах татар, литовцев и москвитян», который фактически был политическим памфлетом.

Итак, история ВКЛ не обделена источниками. Свой вклад вносит археология, которая получила значительное развитие в послевоенный период. Именно на основе раскопок можно восстановить суровый и романтичный быт древних литовцев, их военные нравы и обычаи. Полезную информацию доставляют и вспомогательные исторические дисциплины: нумизматика, сфрагистика, топонимика и др.[26] Правда, работа с ними, как и с археологическими артефактами, требует специальных знаний и навыков.

Надо иметь в виду, что многочисленные сведения сохранились и по истории соседней Пруссии. Тут встаёт серьёзный вопрос: можно ли привлекать материалы по пруссам, ведь они не были литовским этносом? В полной мере этот вопрос относится и к ятвягам. Думается, что можно, тем более что XIII век является «тёмным» периодом отечественной истории.

4. Средневековый мир

в эпоху генезиса литовско-русской

государственности. Древние литовцы

Каков был окружающий мир во времена становления и развития ВКЛ? Западная Европа, родившаяся из синтеза античной и варварской культур, за это время прожила значительную часть Средневековья и успела шагнуть в раннее Новое время. Здесь уходили в прошлое пресловутые крестовые походы. Четвёртый крестовый поход в результате деятельности хитрых венецианцев обрушился на их главного конкурента — византийцев. В 1204 г. рыцари взяли и разгромили Константинополь.

В Европе постоянно шла борьба между императорами Священной Римской империи германской нации и римскими же папами, гвельфы — сторонники папы и гибеллины, поддерживавшие императорскую власть, истребляли друг друга. Выдающуюся роль в этой борьбе играла Ломбардская лига — объединение мощных североитальянских городов. Огромное, но рыхлое государство, Империя включала в себя временами чуть не пол-Европы. Уже в X в. она стала «прирастать» землями на востоке, где жили славяне. Шёл неоднозначный процесс онемечивания славян, который зачастую сопровождался их физическим уничтожением. Не оставались в стороне и скандинавы: шведы совершали свои крестовые походы на земли Балтики, датчане основали здесь крепость Ревель (будущий Таллин).

После лютичей, ободритов и прочих пришёл черёд Восточной Прибалтики, где уже в 1201 г. немцы основали в устье Западной Двины город Ригу и приступили к планомерному крещению язычников. Здесь возник специальный духовно-рыцарский орден — меченосцев. Через несколько лет на эти же территории переселился из Палестины и Тевтонский орден. Рыцарские ордена стали важнейшим фактором, во многом определявшим раннюю историю Литвы. Тевтонский орден пригласил, видимо, как следует не подумав, мазовецкий князь Конрад. Мазовия — отдельная польская земля, которая старалась проводить свою собственную политику, не оглядываясь на уже бойко объединявшиеся в начале XIII в. при Владиславе I Локетке польские земли.

Орден — сильная духовно-рыцарская организация, переросшая со временем в своего рода теократическое государство. Уже в 1243 г. в землях пруссов папские легаты учредили четыре епископства: Кульм, Помезанию, Вармию и Самбию. Как пишет в своём классическом труде Хартмут Бокман, нельзя преуменьшать самостоятельность политики епископств.[27] Однако главой ордена был великий магистр. В делах правления ему помогали следующие лица: великий комтур, верховный маршал, верховный госпитальер, верховный интендант и главный казначей. Вместе с главами крупных комтурств они составляли совет верховного магистра. Ком-турам подчинялись фогты, надзиравшие за теми или иными сферами хозяйства ордена.

Основу ордена составляли рыцари, которые, вступая в орден, давали обет бедности, целомудрия и послушания. Закованные в броню, на таких же «бронированных» лошадях, в плащах с чёрными крестами (у меченосцев кресты были красные), рыцари представляли собой могучую силу. Братьям-рыцарям прислуживали «полубратья», или «серые плащи» (по цвету одежды), которые отвечали за вооружение и лошадей. В повседневной жизни