От Лукоморья до Буяна. Атлас русской фольклорной географии - Кирилл Михайлович Королев

что такое «Древняя Русь». Одни предлагают называть так период с древнейших времен до начала XII века нашей эры на территории расселения славянских племен от Балтийского побережья до Волги, другие же считают Древней Русью историческую «летописную» Россию в ее границах с IX по XVII век, до петровских реформ. Если принять первую точку зрения, мы ступим на крайне зыбкую почву реконструкций, способную затянуть глубоко в пучину домыслов и свободного полета фантазии; вторая точка зрения значительно сужает простор для исторического и квазиисторического воображения «русской старины».

Впрочем, на нынешних ментальных картах этой старины, как уже говорилось, Древняя Русь оказывается обширной областью с богатой фольклорной географией, о которой и пойдет речь в нашей книге.

Из тех же уроков истории знакомо и понятие «Киевская Русь», которое нередко употребляется как синоним названия «Древняя Русь». Это понятие придумали в XIX столетии, причем вошло оно в историю отчасти по вине отечественных этнографов: те былины, действие которых разворачивается в самом Киеве или вокруг Киева, довольно долго именовали в этнографии «киевским» – или «Владимировым», по имени былинного киевского князя, – циклом. А где «богатырство киевское», цитируя диссертацию русского филолога и этнографа Ореста Миллера (1869), там и Киевская Русь.

«Наши далекие предки, – пишет историк Петр Толочко, – были бы несказанно удивлены, услышав такое наименование страны, в которой им довелось жить». Для русских людей допетровской эпохи Русь была Русской землей, а само понятие «Киевская Русь» ввели в употребление лишь во второй половине XIX века, и то как указание на Киевское княжество. В школьные уроки истории понятие проникло и закрепилось, получив современное значение, благодаря советским историкам Михаилу Покровскому и Борису Грекову, авторам послереволюционных учебников и пособий.

Царь Всея…

С Древней Русью как умозрительным представлением связано и известное, условно-историческое (хотя, скорее, больше все же политическое) деление принадлежащей восточным славянам территории на Белую, Черную и Красную Русь (а также на Великую и Малую, на Нижнюю и Верхнюю).

«Цветовое» деление пришло к нам от западных хронистов и географов, хотя один из классиков отечественной историографии Василий Татищев утверждал, что выражение «Белая Русь» восходит к XII веку и встречается в русских летописях. Тут не помешает оговорка: Татищев, при всех его несомненных заслугах перед страной и наукой, обладал изрядной фантазией, которой порой откровенно злоупотреблял в своих трудах, поэтому его сообщениям и утверждениям доверять следует с немалой оглядкой.

На западных географических картах вплоть до XV века пространство между Волгой и Белым морем обозначалось как Белая Русь, Червонной или Красной Русью называли Галицию, бывшие земли Галицкого княжества, а Черная Русь кочевала по картам – ее помещали то в Поволжье, то в польско-литовских владениях, в верхнем течении реки Неман, где проживали «литвины», будущие белорусы.

В западной физической географии название Ruscia, или Ruthenia alba, то есть Белая Русь, восходило к античным и арабским сочинениям, где упоминалась Альба, или Албания, Белая земля. Эту-то Албанию западные картографы и стали отождествлять с восточнославянскими территориями.

В русских средневековых источниках встречается титул «белый царь», который будто бы носил правитель Московского государства в XV столетии. Позднее в титулование правителя включили, по словам того же Татищева, полное перечисление всех «цветных» частей России: «В титуле царя Алексия положено так – всея Великия, Малыя, Белыя, Черныя и Червонныя Руси, как мне такие грамоты видеть случилось». Правда, как отмечал историк, после русско-польской войны и заключения мира с Речью Посполитой в 1661 году земли Червонной и Черной Руси вернули полякам, а «в титуле только три первые оставлены».

По поводу того, откуда взялись на картах эти цвета и что они обозначали, высказывалось множество догадок. Василий Татищев полагал, что Белая Русь названа так по «множеству снега» и «белому платью» населения. Немецкий дипломат Якоб Рейтенфельс указывал, что «обитатели Белой Руси носят по большей части белые одежды». Филолог Александр Потебня считал, что Белой называли ту часть Руси, которая осталась независимой от татаро-монголов (в его толковании Белая значит «свободная», а Черная, соответственно, «зависимая»). Еще один классик отечественной истории, Николай Карамзин, сопоставлял Белую Русь с древнейшими государствами хорватов и сербов, Белой Хорватией и Белой Сербией; на этом основании он делал вывод, что Белая Русь – это Великая, или Древняя Русь, северо-восток современной России. Предполагалось также, что Белой Русью будто бы называли земли, где утвердилось христианство, а те края, где долго сохранялось язычество, якобы именовались Черной Русью.

Историк Георгий Вернадский высказал любопытное предположение – что «цветовое» деление Руси могло быть связано со сторонами света. В доказательство он ссылался на наименования двух «ветвей», или провинций, монгольской империи Золотой Орды – Белая Орда и Синяя Орда[2]. Монголы, в его описании, переняли у покоренных ими китайцев в том числе и представления о цветовой символике сторон света, согласно которой синий цвет связывался с востоком, а белый – с западом. По этой логике Белая Русь должна была бы располагаться на западе славянской территории, Черная – на севере, а Красная – на юге, но в действительности, насколько можно судить по путевым заметкам и западноевропейским картам, дело обстояло иначе. Белая Русь находилась вокруг Великого Новгорода и выше (с этим фактом, к слову, соглашались и Татищев с Карамзиным), а позднее так стали называть земли Московского княжества; Черная Русь лежала на западе, вместе с Червонной, которая могла восприниматься в качестве южной только по отношению к Польше.

Лишь в XVII столетии Белую Русь начали соотносить с нынешней Белоруссией и частично с Прибалтикой, а само название «Белоруссия» стало общепринятым в конце следующего века.

В русском фольклоре Белая Русь и другие «цветные» области тоже известны: например, в некоторых былинах и народных песнях обычное для былинного склада выражение «на святой Руси» может изменяться в выражение «на белой Руси» (хотя здесь белая Русь может толковаться и как синоним выражения «белый свет»), а Красная Русь была переосмыслена как «прекрасная» и утратила географическую привязку – точнее, так могли называть всю Русскую землю.

Откуда родом Колобок?

Рассказ о воображаемой русской фольклорной географии будет неполным без упоминания об одном современном проекте – о «Сказочной карте России».

Этот проект стартовал в 2010 году, хотя отдельные населенные пункты задумались над тем, чтобы стать «родиной» какого-либо фольклорного персонажа, еще до старта проекта, приблизительно в середине 2000-х годов. Уже в самом начале выяснилось, что сказку и фольклор в целом организаторы и участники проекта понимают очень широко: вместе с «настоящими» фольклорными героями, вроде Бабы Яги, того же Ильи Муромца, Добрыни Никитича и Колобка, на карту стали наносить места, связанные с литературными и кинематографическими героями – к примеру, с Хозяйкой Медной горы или Чебурашкой. Впрочем, эти персонажи в современной культуре успели, благодаря своей чрезвычайной популярности – кто не видел мультиков о Чебурашке и Крокодиле Гене и не смотрел фильм о Буратино? – сделаться вполне фольклорными, недаром о них складывают анекдоты