Осеннее танго Веры - Анела Красаф

Лечилась долго, пришлось брать академический отпуск, в училище вернулась только с началом следующего учебного года. Вера на квартире осталась одна.

Но в комнате, где она проживала, было место для двоих, и хозяйка настаивала, чтобы Вера искала вторую девочку. И новая жиличка нашлась. Так в жизни Веры появилась Алла, которая в тот год только поступила учиться в медучилище, но на фельдшера. Они стали подругами. Вместе готовили незамысловатые блюда, ходили прогуляться к морю, если позволяла погода, делились девичьими секретами и щедро раздавали друг дружке советы. Вместе плакали над неудачами и радовались успехам. Хозяйка была спокойной доброй женщиной, любившей поговорить. Но в целом, атмосфера была дружной, доверительной.

Во время учёбы в медучилище, она вспомнила эпизод на тему алкогольной зависимости.

Было это на занятии у нарколога. Преподававший предмет «Наркология», он же практикующий врач, начал доказывать гипотезу о том, что в семье, если женщина была замужем за человеком-алкоголиком, то после расставания с ним она если и решится снова выйти замуж, то обязательно будет искать похожего на предыдущего. То есть алкаша…

Как же молодую девушку это возмутило! Она начала доказывать обратное, спорить, в итоге задохнувшись от бессильной ярости на подобные тупые выводы, покинула учебную комнату. Как такое вообще возможно? Кто мог написать такой бред и даже опубликовать всё это, преподнеся как некую закономерность…

После окончания училища, она устроилась на работу в хирургическое отделение районной больницы. Все это внесло неизгладимые коррективы в дальнейшую жизнь Веры. Оставляя в памяти, как негаснущие искры счастья, так и шрамы того, что не могло случиться с такой чистой, впечатлительной и скромной девочкой, какой была Вера, но случилось…

Шёл 1992 год. Нелёгкие были времена. Вера работала в больнице медсестрой по сменам. Сутки через двое, а иногда, через трое. Работа ей нравилась, коллектив состоял в основном из молодых, начинающих медработников. В первое время, как у всех, конечно, были трудности в практических навыках, боязнь что-то сделать не так, не успеть, другие рабочие моменты.

Но период адаптации закончился, и Вера была принята официально не только записью в трудовую книжку, но и коллективным мнением опытных медсестер, а особенно старшей.

Доверие непосредственной начальницы, которую боялись все, включая Веру, она заслужила после случая, который она помнит до сих пор. Случилось это через четыре месяца после принятия Веры на работу. В ночную смену с почечной коликой поступила женщина.

Вера была на смене и отправилась принимать больную. Изумлению Веры не было предела. Поступившей оказалась их родная старшая медсестра Екатерина Арнольдовна собственной персоной. К удивлению, со скоростью экспресса, добавились страх и паника. Её напарница, такая же молоденькая и неопытная, со слезами проблеяла, что хоть зарежьте, но она вообще ничего не сможет сделать. Вот и пришлось Вере находить силу воли и духа, а главное — мужество, идти в палату и спасать уважаемую Екатерину Арнольдовну.

Улыбаясь, успокаивая, что всё будет хорошо, сейчас станет легче, Вера принесла грелку с горячей водой, как отвлекающее средство, приложив к ногам женщины, поставила инъекцию со спазмолитиком. Под пристальным взглядом немигающих глаз старшей сестры, Вера принялась готовить капельницу. Это был не просто экзамен, это было испытание жизненной реальной ситуацией, когда кроме тебя — никто. И она справилась!

На все сто! Еле слышно вздохнула с облегчением и Екатерина. Ведь наверняка, она испытывала те же чувства, что и Вера и мысленно молилась, чтобы та смогла всё сделать правильно. Свою напарницу Иру Вера нашла в изоляторе. Та тряслась и плакала, проклиная свой страх.

Так Вера, молодая, начинающая медсестричка, завоевала полное доверие и расположение уважаемой Екатерины Великой. А было это, поверьте, очень непросто для всего персонала. Перед ней робели даже те, кто имел огромный стаж и опыт работы в отделении. Но, по правде говоря, ругала и строила она всегда по делу и вполне справедливы были все её требования. Не терпела старшая расхлябанность, безответственность и неисполнительность. И это в общем-то справедливо.

Прямо-таки ненавидела, когда медсестры бегали на перекур и презирала сплетни…

Но после того случая, когда сама имела опыт побывать в роли пациентки в своем родном отделении, к Вере не цеплялась никогда.

Проживала Вера на квартире всё у той же Ларисы Ивановны вместе с Аллой.

Однажды, когда Вера ещё училась, ей приснился сон. Она венчалась в церкви. Но вместо настоящего храма, в её грёзе был один из корпусов училища. Всего было три корпуса, составлявшие один комплекс: центральный — двухэтажное здание с окнами на проспект и два небольших во дворе — которые имели довольно смешные названия — курятник и голубятня. По своему внешнему виду, в точности соответствуя чьей-то удачной шутке.

Курятник являл собой старое покосившееся одноэтажное здание, которое лет сто назад, наверное, было казармой. Голубятня имела свою неповторимую особенность — на высоте второго этажа, куда надо было подниматься по узкой шаткой лестнице, находились учебные комнаты, где будущим медикам читало лекции старшее поколение медицинских светил. Вот именно в голубятню Вера и поднималась по лестнице, в ослепительно белом платье и лёгкой, как облако прозрачной фате. Далее во сне, она находилась уже в самом здании в одной из комнат, но с церковной обстановкой. Слышала звучание органной музыки и священника в длинной рясе, совершающего таинство обряда венчания. Вера стояла с зажжённой свечой в руках, вокруг тоже горели свечи, вот только была она там одна. В смысле венчалась с пустотой. Не было рядом никого. Чувствовала чьё-то присутствие, но никого не видела. Одела на палец обручальное кольцо, а второе подбросила в воздух, и оно исчезло. Всю жизнь Вера помнила этот сон, который стал вещим. Много думала о нём, не однократно рассказывала знакомым, в первую очередь подруге и хозяйке. Лариса Ивановна покачала головой и сказала, что сон нехороший, к одиночеству, мол, даже возможно вообще никогда не выйти замуж. Представляете, что испытала в то время девушка девятнадцати лет? То же, что и до сих пор чувствует уже взрослая, да, что там — зрелая женщина. В том возрасте, взгляд на жизнь сопровождается беспечностью и молодость — тому оправдание. Но спустя годы, когда Вера поняла, что не суждено ей в реальности примерять наряд невесты, пришло отчаяние.

Через четыре года после такого знакового сна, Вера стала матерью замечательного ребенка, узаконила отношения с его отцом и — всё. Не была она в роли жены, не прожили они